всё не было. Потянулись другие дома. Одни были с настежь открытыми дверьми, другие, большая часть, были наглухо закрыты.
Часто им приходилось переступать через разбросанную в беспорядке по всей улице домашнюю утварь. Видимо обитатели деревни собирались в большой спешки, а может быть мародёры постарались.
Он, внимательно глядя себе под ноги и одновременно держа взглядом дома, шёл вперёд, за ним почти вплотную сгибаясь под тяжестью мешков, тащилась Тифа. Иногда сквозь затянутые непрозрачной материей, узкие окна можно было разглядеть смутный силуэты их обитателей, которые внимательно разглядывали их.
Вот они миновали последний дом, обогнули большую лужу с застрявшей в ней телегой и вновь зашагали по дороге. На них никто так и не напал. Никитин громко выдохнул, сбрасывая напряжение и начал снимать мешок с плеч женщины.
Она не хотела отдавать его.
— Я не устала господин!
— Когда устанешь, то поздно будет — мягко сказал он ей и, отобрав мешок, вновь перекинул его через плечо.
— Ты здесь когда-нибудь ходила?
— Несколько раз господин, я ….
— Слушай что ты всё господин, господин. Зови меня Сажи.
Во многих здешних алфавитах, отсутствовала буква «р» и выговорить слово Сергей или Серж, для многих из них было трудно, поэтому он адаптировал его в Сажи. В здешних языках оно звучало хотя и странно, но его можно было выговорить без запинки.
— Сажи… — протянула она — Хорошо господин. Так вот у моего дедушки был там дом — она махнула рукой вперёд. — Там будет ещё одна деревня, потом там будет просека, хотя нет — она наморщила лоб вспоминая. — Да там было огромное поваленное дерево, потом узкая просека и там вскоре на полянке дом дедушки. Я уже там не была, — она стала загибать пальцы, считая года — шесть сезонов. Дедушка как-то ушёл охотиться и исчез, с тех пор мы к нему больше не ездили, а домик должен остаться. Отец был там недавно и говорил, что он ещё стоит.
Она на мгновение остановилась около придорожного родника и припала к тонкой прозрачной струйке. Сергей, скинул рюкзак и, откинув капюшон, присоединился к ней, смывая с лица грязь. Тифа с удивлением разглядывала его светлые волосы. Никитин, заметив её взгляд, молча, усмехнулся и припал губами к тонкой струйке чистой холодной воды. Напившись, он заполнил водой все три свои фляги, Тифа, к сожалению, забыла захватить свою флягу и пила из горсти.
Бурдюк он наполнять не стал, женщина рассказала ему, что родников по пути будет довольно много и не стоит тащить излишки воды на себе.
— А может быть они там, и спрятались от эпидемии? — вдруг задумчиво сказала она, когда они отошли от родника. Давай зайдём туда, нам это будет по дороге, там недалеко… — Тифа умоляюще взглянула на него.
— Хорошо, зайдём. — кивнул головой он — Заодно и переночуем, да и обедать нам давно пора.
Никитин остановился и, вытащив флягу, отпил из неё несколько глотков воды. После того как он просидел в городе заражённых, экономя каждый глоток, он всё ещё никак не мог напиться.
Немного поколебавшись, он вытащил из бокового кармана рюкзака, вторую запасную флягу и протянул её женщине. Он не любил когда кто-то пил из одного с ним сосуда, да и к тому же всё ещё непонятно было больна она или нет.
Тифа взяла флягу, но пить не стала только, плеснула в руку и обтёрла себе лицо. Несмотря на то, что она тоже умывалась у родника, лицо у неё было всё ёщё грязным, впрочем, и сам Сергей после двухдневного сидения в грязной башне выглядел не лучше. Да и, он наклонил голову и понюхал себя, пахло от него тоже не очень…
К сожалению, из того родника, текла очень слабая струйка воды. Напиться из него ещё было можно, а вот помыться, увы…
— Ладно, вымоюсь сегодня, если повезёт — подумал он.
Тело откликнулось на его мысли о чистоте, неприятным зудом в области спины.
— И бельё заодно выстираю и сменю!
Хорошо, что день был облачным, светило почти не было видно из-за туч, а то бы он в своёй куртке и с капюшоном на голове просто испёкся ещё в начале пути. Ещё было хорошо то, что временами налетал прохладный ветерок с далёких Драконьих гор. Тифа рассказывала, что там водятся большие крылатые рептилии, довольно злобные и опасные.
— Может быть здесь и драконы водятся. — размышлял Сергей глядя на далёкие пики гор. — Что стоило здешним Демиургам притащить из какого-нибудь уголка Вселенной, подобных зверюшек! Жалко, что я их не увижу.
Час спустя они подошли к третьей деревне. Тифа уже привычно взяла второй мешок, и они двинулись по направлению к деревне, но бояться там оказалось некого. Деревня почти вся была сожжена, только два дома выглядели невредимыми, хотя их крыши, выложенные деревянной корой, местами были обугленными. Двери домов были распахнуты настежь, было ясно, что их обитатели давно покинули их.
Быстро пройдя деревню, где-то тут, то там лежали тела его жителей, они пошли дальше, несмотря на то, что и он и она уже были порядком измучены. Отдыхать в таком месте, было явно опасно для здоровья.
Никитин остановился и тряпкой вытер пот со лба.
— Уже немного осталось господин — сказала его попутчица, смахивая рукой со лба капельки пота. — Уже скоро должен быть родник — она облизала пересохшие губы — потом поваленное дерево и там за ним просека.
Никитин устало взглянул на идущую вверх дорогу и, покачал головой. Вариантов не было, только вперёд.
Около холодной струи родника они на ненадолго задержались, что бы немного дать отдохнуть уставшим ногам, напиться и смыть грязь с лица, после чего вновь тронулись в путь. Вскоре, как и обещала Тифа, показался огромный пень, рядом с которым лежала огромная куча трухи, бывшая некогда деревом.
Из трухи старого дерева, молодые, полные жизни, деревца упрямо тянули свои ветки вверх к солнцу, как бы доказывая всем, что волну жизни не удастся остановить.
Тифа минут десять задумчиво ходила вдоль дороги, внимательно вглядываясь в раскинувшийся перед ними лес. Потом обрадовано вскрикнула и, отодвинув вбок пышную крону молодого дерева, махнула ему рукой.
За деревцем действительно начиналась еле заметная тропинка, на которой то и дело, попадались небольшие деревца, которые приходилось обходить.
— Еще года три-четыре и тропинка окончательно зарастёт. — отметил про себя Никитин, огибая ощетинившиеся колючками растение немного похожее на земной кактус, который деловито разрастался вширь, не давая вырасти другим растениям-конкурентам.
— Вот он смотри! — девушка показала рукой на открывшуюся перед ними поляну и уверенно
