энергии.
В такой отличной форме я никогда ещё не был. Можно было драться с десятком врагов. А ведь ещё недавно хотелось лечь и подохнуть, после всего, что случилось.
Да уж, спасибо, Мияко. Надо и дальше устраивать для нее «книжную тему». Может, получу еще что полезное.
Кроме восстановления сил, мне дали пакет с едой, когда сказал, что надо зайти в магазин. А после вызвали такси, которое доставило до квартала. Неплохие люди эти японцы, хоть и слегка азиаты.
Хорошо иметь таких союзников. Но все хорошее быстро кончается. Когда ехал от Мияко, вспомнил про телефон. Там было десять пропущенных вызовов…
Звонила, конечно же, Анна. А это значит одно: до смертельной битвы я могу не дожить.
Несмотря на это, решил особо не париться. По лестнице взмыл как на крыльях. Вошёл в квартиру и сразу попал под шквальный огонь из женского крика.
— Мааарк, ты чего? Где можно было гулять четыре часааа??? — вопила Анна, размахивая руками. — Так ещё трубку не брааал! Я чуть с ума не сошла!
— Стой, я все купил, — сказал, как можно спокойнее.
— Что все? Что у тебя там, почему пакет такой странный? Где ты шлялся остальное время?
Я спокойно отдал еду, подаренную Орденом дракона. Потом пожал плечами, сказав:
— Очередь была просто, мам.
— Как? В нашем супермаркете что ли? Погоди, стой… Это что, суши, роллы? Что за булка из риса?
— Прости, мам, мне надо поспать. Устал стоять в очереди, ну, правда.
С этими словами проскользнул мимо женщины и бегом бросился в свою комнату. Отличный плюс быть подростком. Можно не отвечать на вопросы, при любом удобном случае, закрываясь в своей конуре.
Не думал, что это сработает. Но спустя какое-то время квартира перестала дрожать от маминых воплей. Чуть позже Анна позвала нас к столу, как ни в чем не бывало.
«Черт, надо собираться на кабу. Мать теперь точно упрется».
С этой мыслью я вышел из комнаты и встретился взглядом с Ини. Она пялилась на меня, как на смертника. В глазах девушки застыл напряженный вопрос. Но я не спешил говорить, а лишь спокойно направился в кухню.
Там сел, как ни в чем не бывало, решив подкрепиться перед боем, чтоб набраться побольше сил. Главное не есть слишком много, чтобы все устаканилось, и живот не сделался шаром.
— Обалдеть! У нас японская кухня? — ахнула Инга, когда вошла в комнату.
— Да… — процедила Анна. — Это Марк, не сказал откуда принес.
— Хм, он вечно не говорит и приносит, — промямлила Ини, садясь за стол.
Какое-то время все ели молча. Но в воздухе ощущалось напряжение, как перед скорой атакой. И вскоре оно вылилось в неприятный вопрос Анны, адресованный мне.
— Ты опять куда-то пойдешь? — нервно спросила она.
Ини вытянула шею и посмотрела на меня так, будто я умирал. Да уж, совсем без палева. Хорошо, что у меня иммунитет к таким взглядам.
— Нет, не пойду, — сказал, недоуменно пожав плечами. — А с чего я должен идти?
— Ну… ты же хотел, — чуть слышно произнесла Инга. Вот сучка, специально меня подставляет!
— Ни с чего, — сказала мама. — В последнее время, ты вечно сбегаешь. Раньше из дома не выгонишь, а сейчас… Это может быть все опасно, Маркуша. У меня плохое предчувствие. Сегодня посидишь дома. Вот так.
Последние слова мама выпалила твердо, как бы подчеркивая, что спорить бессмысленно.
— Эй, ты чего? — рассмеялся в ответ. — А если мне прогуляться захочется… после еды. Врачи говорят, ходить надо, чтоб кишки к позвоночнику не присохли.
— Нет! — ахнула Ини.
— Дорогая сестра, заткнись нахер, — мило улыбнулся я.
— Марк! Вот опять ты… стал не таким. Так нельзя. Все, достаточно. Ты связался с плохой компанией, сын. Или может… даже страшно представить. Потому сиди дома, а дальше я все решу, — запричитала мама, размахивая руками, и чуть не смахнула со стола чашку чая.
— Осторожнее, мам. Погоди. Смотри, горячее разольешь, — участливо сказал я.
— Насчет горячего, Анна. Давайте продолжим кушать, ага? А то, что мы все, это самое, — наигранно хихикнула Ини.
Да уж, меня крепко держали. Вроде в цепи не заковали, но я чувствовал, что не могу даже пошевелиться. Что ж, хорошо. Придется чуть поднапрячься. Кто сказал, что будет легко?
Я решил затаиться, чтоб не раздувать сильный скандал. Сделал вид, что действительно никуда не пойду.
Какое-то время, мать за мной наблюдала. Вскоре она поняла, что я снова стал «Марком», перестав играть роль бунтаря. Тогда женщина взяла кружку с чаем и сделала пару глотков. Ее примеру последовали мы с Ини.
Не знаю, с чем едят суши, но с дешевой чайной трухой они шли очень круто. Мы быстро умяли все, что дали японцы. Нас слегка разморило, в животе возникла легкая тяжесть.
Это послужило сигналом для матери. И она снова ко мне пристала.
— Скажи честно, Марк, что с тобой происходит? Здесь все свои, мы тебе не враги, — тихо сказала она.
Но я-то знал, что поддаваться не стоит. Прогнал хрень о том, что вдруг полюбил прогулки.
— Ага, блин, прогулки, — хмыкнула Ини.
— Инга? — оживилась Анна. — Может, ты что-то знаешь? Марк раньше не был таким. Что случилось? Говори мне, не бойся! Проблемы надо решать, понимаешь?
Я понял, что Инга сдастся, и вывалит все, как есть. Ух… как не вовремя, сука. Ни одно так другое.
— Ничего не случилось, — сказал, глядя Ини в глаза.
— Нет! — воскликнула она. — Хватит, Марк! Нельзя же так с родной мамой…
Глава 2
— Что именно ты хотела сказать? Не тяни! — воскликнула мать.
— Нет! — ахнул я.
— Прости, Марк, но ты перешел все границы. Такого точно не должно быть, — протараторила сиседка. — Госпожа Анна, он хочет сегодня…
Девушка взялась за голову и закашлялась. Она хлебнула еще чая, хотела продолжить, но не смогла.
— Кхе, кхе, что ж такое, — процедила Ини.
— Инга, с тобой все в порядке? — взволнованно выпалила мать.
— Ага, щас посплю и отпустит, — улыбнулась девушка, после чего обмякла и грохнулась на пол.
Я постучал пальцами по столу, глядя в окно. А мать открыла рот, вытаращив глаза.
— Что это с ней такое? Ей что плохо стало? — крикнула женщина.
— Нет, просто спать захотелось. Бывает, — пожал плечами.
— Погоди, но это как-то не очень. Разве можно вот так валяться? Если надо поспать, лучше лечь аккуратно, принять удобную позу…
С этими словами Анна встала со стула и легла на пол, где свернулась клубком.
— Вот так, — сказала она. — Так гораздо получше. Не знала, что на кухне есть кровать такая хорошая.
