Задумчивость и показательное спокойное лицо Анастаса могли обмануть многих, но не Родиона. Он видел, в каком гневе князь и догадывался, что план мести уже зреет.
Глава 9. Урок
Наши приключения в метро закончились безоговорочной победой. По крайней мере, когда я создал несколько больших печатей, чтобы разом накрыть внушительную площадь… Для чего пришлось создавать печати прямо на стене, вырезая их и дополняя усиливающими контурами… Живых пауков и какие-либо новые следы обнаружить не удалось.
Что не означало, что проблема исчерпала себя. Пауки вполне могли удрать на поверхность и засесть где-то, но тогда нам остаётся только ждать, когда они проявят себя. Чем-то мне это напоминало болезнь, которая может выскочить в любой момент, от неё есть лечение, но сам иммунитет не справляется. Сиди и жди, пока не рванёт.
— И что дальше? — спросил я Софию, когда закончили.
— Судя по времени, — глянула она на наручные часы, — Ты ещё успеешь на пары.
Вот так вот. С утра ты герой, спасающий город от катастрофы, а спустя пару часов — снова студент.
Замечу, что спасал я не один. Мы с Софией… Ну и тем отрядом, что шёл с нами, перебили от силы половину. Да и то, только потому, что у меня были продвинутые средства обнаружения, а остальным группам пришлось действовать с помощью кустарных поделок. Брали они количеством, а не качеством. Я ведь не только пауков отслеживал, но и всех живых мониторил. Не постоянно, а чтобы удовлетворить любопытство и оценить масштабы задействованных сил. Которые, признаюсь, меня впечатлили. Метро наверху было перекрыто обычными полицейскими, внизу на перронах дежурили гвардейцы с тяжелым вооружением, а по туннелям бегали специальные отряды зачистки, которых готовили как раз на случай противостояния паукам.
Беда не коснулась аристократов… Имею ввиду знакомых мне. Что студентам то, они спокойно добрались на машинах на учёбу. А вот обычному народу наверняка пришлось туго. Я видел, сколько бывает людей утром в метро. Тысячи и тысячи. И все они столкнулись с тем, что метро перекрыли. София не шутила, когда упомянула логистическую катастрофу.
Если припомнить уроки управления и пораскинуть мозгами, то можно просчитать и дальнейшие потери. Часть людей не сможет добраться до работы, а это вставшее производство, ну или бизнес, а значит и ещё какие-то потери. Не говоря уж про обычный хаос.
Чуть не забыл — самому метро тоже досталось. Погрызенные перроны, разрушения от взрывов и применения оружия. Сомневаюсь, что сегодня метро запустят. Пока проверят все пути, пока определят, где можно пустить вагоны, пока починят то, что сломано… Боюсь представить, насколько долго встанет город.
— А тебе разве самой не надо учиться? — отвлекся я от мыслей и задал вопрос.
— Надо, — вздохнула София обреченно, — Тебя обратно домой закинуть? Кстати, если ты придумаешь, как обезвреживать и уничтожать пауков на случай повторения угрозы, чтобы это могли делать обычные люди, а не мы с тобой носились… Ну, ты понял.
— Есть подумать, товарищ княжна! — козырнул я.
На этот раз София показала новый трюк. Толкнула меня в грудь и… я вывалился у себя в комнате. Неудачно вывалился. Споткнулся и упал на задницу.
Опасные эти создания, ходоки.
***Провозились мы два часа с копейками. София меня забрала за тридцать пять минут до начала первой пары. Сама пара идёт полтора часа… Добавим к этому то, что мне надо помыться, переодеться и дойти до института, в итоге получим то, что получим. Я в любом случае опоздаю, а поэтому нет смысла суетиться — от отработки отвертеться не получится.
Суровые будни государственного алхимика — прогуливаешь пару, чуть не оказываешься похищенным враждебным ходоком, убиваешь пауков-чудовищ, а потом бежишь снова на учёбу и беспокоишься о том, что преподаватель накинет отработок.
Вражеской ходок… Мало того, что эта сволочь сломала мне позвоночник. Те ещё ощущения… Так ещё и одежду попортила. Сейчас я в деньгах не нуждаюсь особо, но всё равно бесит. Надо бы сделать какую-то защиту. Да и идея со шлемом себя не оправдала. Ходок легко его скинул и попытался меня усыпить. Или отравить? Эффект сошёл на нет, стоило подышать. Запишу в блокнот, чтобы потом у Родиона узнать подробности. Надеюсь, он не забыл про наши договоренности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Шлем и разорванную одежду я спрятал в шкаф, надеясь, что Матвею не придёт в голову рыться там. Подумав, одежду вытащил и засунул в пакет — по пути на учёбу выброшу. А маску оставил. Хорошая она получилась, даже не поцарапалась сегодня. Если сделать полноценную защиту и крепления, но никто её с меня скинуть не сможет.
Стоило выйти на улицу, как сразу же увидел последствия. Пробка. Одна большая, гигантская пробка, которая тянулась на протяжение всей доступной видимости. Да и люди какие-то нервные.
Заметил я и полицейских возле метро. Оцепили периметр и никого не пускают. Люди то и дело подходят, спрашивают и недовольные уходят.
А ведь, насколько помню, прошлые версии пауков ещё и электричество поглощать умели. Что будет, если электростанции разрушить? Ох… Как бы так случайно не оказаться в городе, который захлестнет хаос и анархия. Сам лично я такой угрозы не боялся. Обычным людям будет проблематично причинить мне какой-то вред. Для этого им надо завладеть серьезным оружием или закидать трупами. А вот Гвоздевым может достаться. Да и просто не хочется жить в разрушенном городе.
Какие же уроды те, кто готов применять столь разрушительное оружие против населенного пункта. Я и в прошлой жизни убивал темных алхимиков, которые использовали схожие методы, ставя свои цели превыше всего. В этой жизни своим привычкам изменять не собираюсь.
***То, что в моём положении есть свои плюсы, я прочувствовал, когда вошёл в аудиторию и преподаватель, бросив взгляд, вернулся к чтению лекции. Событие настолько эпохальное, что, не побоюсь этого слова, случившееся впервые на моей памяти.
Отметил это не только я. Многие студенты проводили меня недоуменными взглядами.
В институте спрашивали со всех, без оглядки на серьезность фамилии. Почти… Небольшая, но оглядка присутствовала. Тем не менее, за серьезные косяки, а опоздание к таким как раз относилось, спрашивали в любом случае. Поэтому то, что меня проигнорировали, жестко выбивалось из привычного ритма студенческой жизни.
Я добрался до задней парты, постаравшись не замечать недоуменные взгляды знакомых. Виктор Моржов так и вовсе, так выразительно приподнял левую бровь, что я задумался, а не взять ли у него мастер-класс по этому делу.
***— Да?
Это первое, что сказал Матвей, когда подошёл ко мне после пары.
— Что да?
— Не при людях будет сказано, — подмигнул он мне, — Так да?
— Да что да?
— То и да! — воскликнул он. — Ладно, дома обсудим.
— Соколов, — подошёл к нам и Моржов, — Признайся, что ты тайный внук нашего замечательного Игоря Павловича. — это про преподавателя.
— Да вроде нет.
— Тогда это не объяснимо.
— Вот и так я думаю, — закивал Матвей, — Что-то наш дружище мутит…
— И мы, как истинные джентельмены, не будет задавать вопросы… — добавил Виктор.
— Не будем, — согласился Матвей.
— Совсем, — кивнул Моржов.
— Спасибо вам, ребята, — от души сказал я, прошмыгнул мимо них и побежал из аудитории прямо… в столовую. Есть хотелось неимоверно.
***Стоило толкнуть дверь в столовую, как я чуть не налетела на… Катю.
— Ой! — воскликнула девушка.
— Ой, — поддержал я её, — Привет.
— Эд? Привет.
Оторопь прошла быстро и девушка меня обняла.
Когда я только попал в это аристократическое общество, то плохо разбирался во многих вещах. В том, как на меня реагируют, как смотрят, да и когда просто внимание обращают. Но за прошедшее время, то ли в силу набранного опыта, то ли в силу изменений после испытания, то ли в силу того, что шла война, мои чувства обострились.
