тела своей ученицы и просто не мог встать. Болела каждая клеточка моего уставшего тела, разорванные мышцы ныли, а сломанные кости напоминали о себе каждую секунду. Я даже немного завидовал Аризе, что она сейчас не чувствует боли.
Я, глядя на свою дрожащую, обожжённую до мяса руку, проматывал снова и снова те последние секунды нашего боя: наша чакра на исходе, сил сражаться больше нет, а болит буквально всё, и мы вместе решаем завершить бой столкновением наших сильнейших техник.
Всё начиналось по-другому: мы начали с тайдзюцу, я был сильнее и быстрее в этом, но до того момента, пока Ари не вошла в режим отшельника. После этого Ариза встала словно на одну ступень со мной, все её показатели значительно выросли, она будто ощущала всё вокруг. Я не знаю, как так получилось, но мы словно молча договорились, что кристалл заберёт только тот, кто победит.
Я сражался с шаринганом, лидировал в тактике и ведении боя, частенько загоняя её в самый угол, прижимая к стене своим опытом и обманными манёврами. Но каждый раз думая, что вот она, моя победа, уже практически в моих руках, я ошибался. В последние секунды Ари всегда вытаскивала козырь из рукава. Так я узнал, что у неё есть взрывные клоны, хирайшин (!), масштабные техники воздуха и огня. Я был поражён. Я не знал, что у Аризы высочайший уровень контроля своего огромного резерва чакры. На это нужно не просто годы, на это нужно десятилетия постоянных тренировок, по-другому не развить такой контроль.
«И она ещё убеждает, что не гений…» — с упрёком вспомнил её слова.
Если бы в последние секунды Ариза не убрала из фаербола воздух и практически весь огонь, то сейчас бы без сознания лежал я.
Она обещала не поддаваться и поддалась.
— Эх, — я разочарованно покачал головой и тяжело выдохнул. Поднял голову наверх, кинув взгляд на всех, кто наблюдал за нашим боем, и снова опустил взгляд на ученицу.
И всё же победил я…
Глава 71. Честь и достоинство
Глава 71
Честь и достоинство«Успех — это способность идти от поражения к поражению, не теряя оптимизма»Уинстон Черчилль
В груди всё тряслось. Я буквально слышала стук своего сердца, казалось, что ещё немного, и оно выпрыгнет. Моё мнение успело уже тысячу раз измениться, хотя прошло всего несколько секунд с того момента, как я выкрикнула эти чёртовы четыре слова. Я пыталась отдышаться, понимая, что пути назад нет. Как говорят: «Слово не воробей», — и, наверное, это даже к лучшему.
Спустя пару мгновений за спиной Безымянного разгорелось рьяное обсуждение, хоть и негромкое. Паника немного отступила, отдав место любопытству, и я, опустив взгляд, устремила его за спину своего оппонента. Мне было интересно, о чём же они так начали спорить, но как только смысл слов мне стал ясен, я нервно сглотнула:
— Семь. Не больше.
— Я ставлю на пятнадцать.
— Пятнадцать это уже много. Я думаю, десять.
— И что Лидеру делать оставшиеся пять секунд? Тридцать тысяч ставлю, что хватит и пяти секунд, чтобы отправить эту девочку на тот свет.
— Вы уже что — забыли, кто вызов бросил?
— Она половину Конохи на лопатки уложила.
— Да она ребёнок!
— Лидер таких пачками мочил.
— Это ничего не…
— Хватит, — спокойно и коротко проговорил Безымянный, и все в тот час же умолкли, склонив покорно головы. Однако молчание продлилось недолго, ведь теперь в дело вступила моя команда, которая однозначно не могла сидеть на месте.
— Это плохая идея, девочка, — прокомментировал Джирайя, немного покачав головой, со сложенными руками на груди, словно я не драться собираюсь, а броситься на чидори.
— Ари, ты серьёзно?! — Саске с ужасом уставился на меня, отчего мне стало как-то не по себе. Я отвела взгляд. Он за меня сильно переживает, мне это прекрасно известно. И эта битва… Ох, сколько же нервов он на меня уже потратил.
Я услышала его шаги и то, как он через секунду сорвался на бег. Но не добежал. Огромный красный барьер появился между нами, и через секунду я поняла, что заточена в нём вместе с Безымянным. А по земле, прямо под ногами, проходила неизвестная рябь загадочных иероглифов.
«Когда он успел? И что это за символы? Какая-то техника фуиндзюцу?» — тут же пронеслось у меня в голове, и я подняла взгляд на своего будущего соперника.
— Правила просты, — поднял Безымянный палец вверх. — Выйдет самостоятельно отсюда только один из нас, — он указал пальцем влево, и я, повернувшись, увидела проход: в форме дверного проёма барьер застыл, оставив возможность спокойно пройти. — Прямо сейчас ты можешь отказаться от своих слов и покинуть барьер. Но если ты останешься, то ответственности за твою жизнь и здоровье я нести не буду.
— Ари, зачем ты это делаешь?! Ты же себя погубишь! — крикнув это, Саске решил вбежать к нам в барьер, но был отброшен невиданной силой. Это не ранило его, но заставило меня разозлиться. Я подняла глаза на Безымянного, который, опустив руку, спокойно перевёл взгляд на меня.
Удостоверившись, что с Саске всё в порядке, я перевела взор на остальных. Джирайя снова немного покачивал головой, что-то бормоча себе под нос, а его опущеные веки и выражение лица явно давали мне понять, что он считает этот поступок безрассудным. Какаши же жестом мне показал, чтобы я вышла из барьера и не задерживала миссию, ну а Итачи… это просто Итачи — как всегда, стоял с покерфейсом, не давая никому понять, о чëм он думает. Мне даже показалось, что ему вообще плевать на то, что сейчас происходит.
— У тебя есть выбор, — подал голос Безымянный. — Положись на здравый рассудок и покинь барьер. Не задерживай ни меня, ни остальных.
— Почему ты мне это говоришь? — подняла я на него взгляд.
— Ты приняла решение, основываясь на своих эмоциях. Но, в отличие от жизни, я даю тебе второй шанс всё взвесить и сделать правильный выбор — не рисковать там, где это попросту не нужно.
— Ты убьёшь меня? — прямолинейно спросила я. — Если я останусь?
— Вполне возможно, — спустя несколько секунд паузы ответил соперник.
— Ммм…
— Решай быстрее.
Я сглотнула, перевела взгляд снова на Саске, а потом на Наруто, что лежал рядом с Какаши.
А
