же вошел в город через служебные ворота: помогая тетушке Лилибет, поэтому никто и не спросил с него денег. — Ну так это случайно. Ты должен был уплатить. Разве не помнишь, что и Гретхен заплатила за нас всех в «Счастливом Драконе»? Она это сделала. А мы обязаны уплатить здесь, но за большее время, чем одни сутки. Поэтому не торопись, подожди.
Я шагнул к столику.
— Добрый день. За воздух платить вам?
Продавец воздуха поднял глаза от чайнворда-крестословицы.
— Вас это не касается. Вы уплатили за воздух, когда приобрели билет.
— Не совсем, — объяснил я ему. — Я лунианин, дружище, вернувшийся домой. С женой и одним иждивенцем. Мне нужен воздух на троих.
— Прекрасная попытка сэкономить. Но скидки не будет. Взгляните: вам не положено платить по местному гражданскому тарифу, так как вы считаетесь туристом. Если вам угодно продлить визу, пожалуйста. В городском офисе.
Они засчитают вам и продление пользования воздухом. И уходите, пока я вас не обжулил!
— Приятель, я вас развеселю, — сказал я, доставая и вручая ему паспорт (и удостоверившись, что это тот из моих паспортов, в котором я значусь как «Ричард Эймс»!). — Я отсутствовал несколько лет и, возможно, стал похож на землянина-сурка, что и у меня вызывает сожаление. Но, прошу вас, убедитесь, откуда я родом!
Он пробежал глазами паспорт и вернул обратно.
— О'кей, лунни, а я было подумал, вы меня дурачите… Так всем троим, да? И на сколько времени?
— Я не знаю точно, сколько пробуду. Каков кратчайший период льготной оплаты для постоянных жителей?
— Один квартал. А если вы возьмете на пять лет, то скидка пять процентов. Однако, учитывая нынешнюю тенденцию к снижению цен, это лишь приманка для сосунков. Я заплатил за трех взрослых, намеревающихся дышать в течение девяноста дней, и поинтересовался, где можно устроиться на квартиру.
— Пробыв столько времени вдалеке отсюда, я не только не владею здесь «кубиком» (кубометром жилплощади), но даже не знаю, где находится жилищный рынок. Но мне совсем не улыбается ночевка в «Донной Аллее»!
— Да уж, там вас ожидает пробуждение без обуви, с перерезанным горлом и крысами, гуляющими по вашему лицу… Да-с, задача не из легких, дружище.
Видите эти смешные красные колпаки? Сейчас идет самая крупная их конференция из всех, какие бывали в Луна-Сити. С ее началом до Дня Независимости город переполнен до отказа. Но если вы не слишком прихотливы…
— Нет, не слишком.
— После уик-энда вы найдете что-нибудь получше, но сейчас есть одно местечко на шестом уровне. Это «Раффлз»[780], он напротив…
— Я знаю, где это. Попробую туда попасть.
— Лучше с самого начала скажите, что вы от меня. Я — рабби Эзра бен Давид. Запомнили? А вы — «Эймс, Ричард»?.. Вы не тот ли Ричард Эймс, которого обвиняют в убийстве?
— О Господи!
— Вас это удивляет? Увы, это так, дружище! У меня здесь где-то есть экземпляр объявления.
Он порылся в журналах, ища среди отчеркнутых заметок и шахматных задач нужный текст:
— А, вот оно! Вас разыскивает спутник-поселение Голден Рул. Похоже, вы «охладили» какую-то весьма важную персону! Так, во всяком случае, они возвестили…
— Интересно. А что, меня и здесь разыскивают?
— На Луне? Не думаю. Как это может быть? Ведь действует старый дипломатический статус: никаких отношений с Голден Рулом, пока они не примут Декларацию конвенции Осло о гражданских правах человека. Так что вряд ли вас здесь ищут.
— Надеюсь.
— Впрочем… если вам понадобится юридическая помощь, обратитесь ко мне. Я этим тоже занимаюсь. Меня можно застать здесь ежедневно после полудня. Или можно так: оставьте мне записку в рыбной лавке Сеймура напротив библиотеки Карнеги. Сеймур — мой сын.
— Благодарю. Я запомню. Но, кстати, кого же я там убил?
— А вы не знаете?
— Поскольку я никого не убивал, то откуда мне знать?
— Тут некий логический пробел, мне пока неясный. Утверждается, что вашей жертвой удостоился стать Энрико Шульц. Это имя не колеблет вашу память?
— Энрико Шульц? Не думаю, что мне приходилось слышать о таком человеке. Это чужак. А ведь большинство убийств совершается друзьями или родственниками, а не чужими людьми. И тем более не мной!
— Это очень странно. А ведь власти Голден Рула назначили солидную награду за вашу смерть. Или, если точнее, за «доставку вас живым или мертвым». При этом не оговорено, что «живым» предпочтительнее. Они заплатят только за ваше тело, дружище, теплое или холодное! Так вот, если я стану вашим поверенным, то потеряю моральное право использовать такой счастливый случай.
— Рабби, не думаю, чтобы вы были способны им воспользоваться в любом варианте — вы же настоящий старый лунни! Просто вы побуждаете меня нанять вас! Ну что ж, я решу это в течение трех дней.
— Ладно, согласен. Вам нужна только расписка в уплате за воздух или штамп на коже?
— Наверное, не помешает и то и другое, поскольку я потерял вид лунианина.
— Вот и прекрасно. Крону или две «на счастье»?
Преподобный Эзра поставил печать на наших предплечьях с датой, отметкой «три месяца» и грифом своей лавки. Для этого использовались водостойкие чернила, видимые лишь в свете «черной лампы». Это позволило нам вполне легально дышать в любой точке муниципальной капсулы Луна-Сити, а также наслаждаться другими сопутствующими привилегиями, такими, как прохождение через общественные помещения («кубики» или объемы). Я вручил рабби три кроны сверх платы за воздух, он принял только две.
Поблагодарив преподобного Эзру и пожелав ему доброго дня, мы двинулись вперед по туннелю, нагруженные своим не слишком элегантным багажом. Через пятьдесят метров туннель перешел в обычную улицу-коридор.
Мы уже приблизились к выходу и я прикидывал, куда нам свернуть, влево или вправо, когда нас остановил звук полицейского свистка и женское сопрано скомандовало:
— Остановитесь. Не спешите! Первая санинспекция.
Я обернулся. У задержавшей нас особы был вид, отчетливо выражавший понятие «гражданская служба». И не спрашивайте меня, что это значит! Я просто знаю это по опыту пребывания на трех планетах, нескольких планетоидах и в еще большем количестве поселений. Даже после многих лет пребывания в отставке у «гражданских чиновников» остается такое выражение лица. На особе была форма, не похожая ни на армейскую, ни на полицейскую.
— Вы сюда из Конга?
Я согласился с этим.
— Все трое? Кладите багаж на стол и откройте все. Фрукты, овощи, пищу?
Я спросил:
— А что это такое?
Гвен заметила:
— У меня есть плитка шоколада. Не хотите ли кусочек?
— Я расцениваю это как подкуп. Но почему бы и нет?
— Конечно, это попытка дать вам взятку. Пожалуйста… Не за что… У
