считались роскошью.
Гермиона вздрогнула от неожиданности, услышав это. Не потому, что она так сильно обиделась за нелестный отзыв об оформлении гриффиндорских спален. Просто она узнала этот голос. И говорила вовсе не одна из третьекурсниц, появления которых она ожидала.
— Джеймс?! — воскликнула она, буквально подскакивая на неразобранной постели и подхватывая с прикроватного столика свою палочку. Кот проявил чудеса ловкости, вывернувшись и соскочив на пол, чтобы не отлететь в сторону от резкого движения.
Даже в свете заходящего солнца, падающего из окон, она не сумела бы обознаться и принять первогодку в форме Рейвенкло за кого-то другого. Вот только его не могло здесь быть. В гостиные не принято пускать посторонних с других факультетов. Мальчишкам закрыт путь в женскую половину каждого общежития. Разглядывая гостя, ведьма быстро перебирала в голове варианты действия. Применить парализующее заклинание и сразу выставить щит. Ущипнуть себя свободной рукой, чтобы убедиться, что это всё ей не снится. Скатиться на пол вслед за котом и попытаться дотянуться до шпаги под кроватью…
— Прошу простить, что визит без предварительной записи. Но мне кажется, ты и без того не слишком привыкла следовать этикету, — с иронией ответил ученик, изучая её. На первый взгляд он был безоружен, а палочка, скорее всего, спрятана в рукаве мантии. Но она слишком давно его знала, чтобы убедиться — Мерфи параноик уже сейчас и был таким ещё до их знакомства. И судя по слегка отведенной левой руке с неизменным «щитовым» кольцом и по тому, как повёрнута правая ладонь, в которой вполне может скрываться какой-нибудь стальной шарик с наложенными заранее чарами паралича или сна — просто так легкомысленно стоять «под прицелом» он не собирался.
— Ты в такие моменты выходишь из образа, не замечал? — спросила она, удивившись собственному спокойствию.
— Вот как? — кажется, Джеймс не ожидал такого ответа. — Спасибо, учту на будущее.
— А пока, может, объяснишь, как ты здесь оказался? — поинтересовалась Гермиона. Палочку она так и не опустила. А судя по тому, как натурально отозвались болью царапины на левой ладони от собственных ногтей, вряд ли ведьма сейчас видит всего лишь странный сон.
— Давно хотелось поговорить. Я прождал неделю, и, думаю, мог бы ждать ещё и две, и три, потому решил нанести визит первым. Кое-кто с вашего первого курса был так любезен, что открыл мне дверь в нужное время. А гостиная сейчас практически пуста. Ведь ужин — это святое.
— А лестница?
— Там пришлось повозиться. Весьма занимательный барьер, стоит отдать должное основателям и их заботе о нравственности и целомудрии студентов. Правда, он совершенно идентичен тому, что наложен и в нашем общежитии, так что у меня было время для экспериментов ещё там. А когда подобран метод, воспроизвести его уже нетрудно.
— И?
— Трансфигурировать пол или диван во вторую лестницу поверх настоящей. По очереди левитировать несколько объектов в качестве передвижной платформы. Уменьшить свой вес и попросить кого-то из студенток донести до нужной двери. Обмануть или обойти сам распознаватель этих чар, заставив принять меня за девушку либо вовсе не заметить, — произнёс он, спокойно пожав плечами. Затем добавил: — Ещё одиннадцать способов я оставлю на твоё воображение.
— Вот теперь я верю, что это ты. Простой ответ меня бы не убедил… — начала объяснять Гермиона, медленно опуская палочку.
В этот момент она замерла, вдруг осознав, насколько ужасно, должно быть, выглядит со стороны и она сама, и окружающий беспорядок. Рука метнулась пригладить спутанные волосы, затем поправить мятую ветровку, которую она не снимала уже третий день даже на ночь, затем ведьма оглядела раскиданные вокруг кровати книги, брошенные где попало вещи, с дюжину пустых и ещё полных флаконов с зельями на столе, стоящих на заляпанном кляксами листе пергамента… После открывшейся картины Гермиона просто повалилась на спину и застонала от отчаяния, прикрывая покрасневшее лицо ладонями. Если она хотела произвести впечатление — она его, без сомнения, произвела.
Кайнетт тем временем не стал дожидаться приглашения и занял стул у кровати, перед этим убрав в карман заготовку с парализующим заклинанием, достав вместо неё мистический знак и заклинанием переместив сваленную на стуле одним комом школьную форму на пол. Хуже всё равно уже не будет — не отдав сначала домовикам для чистки, это точно никто не наденет. Пользуясь паузой в разговоре, он палочкой наложил пару не самых сложных заклинаний, чтобы им не помешали. Последним маг обновил заглушающий звуки барьер — очевидно, его ведьма вокруг своей кровати до того создавала и сама. Закончив с необходимыми действиями, он вновь посмотрел на Грейнджер. Выглядела ведьма так, что сама вполне могла бы сейчас сойти за вампира или другую гуманоидную нежить — красные глаза, глубокие тени под ними, бледный, почти серый цвет лица. Судя по не только мятой, но и чересчур свободно болтающейся одежде, она уже давно толком не ела, да скорее всего и не спала нормально, держась на одних зельях. Хотя маг всё-таки ожидал картины похуже. Но всё равно сейчас в ней не было ни следа от будущего мага, что иногда проявлялись в последнее время — всего лишь обычная девочка после долгой истерики и депрессии. Однако просто уйти, бросив её, было бы неправильно — жаль потраченные месяцы своих усилий.
Положив мистический знак на колени, Арчибальд принялся ждать, пока можно будет продолжить разговор. От скуки он огляделся по сторонам, но совершенно ничего примечательного в комнате не было. Ни в плане наложенных барьеров, мало чем отличающихся от аналогичных в башне Рейвенкло, ни в плане обычного для детей беспорядка. Разве что зелья на столе Грейнджер привлекли внимание. Успокаивающее, усыпляющее, поддерживающее силы, средство против обезвоживания, против тошноты, против истерик… в принципе, ожидаемый набор. Хотя характерные флаконы с успокоительным и зельем сна стояли и на столах и тумбочках остальных студенток — после произошедшего их ученикам выписывали буквально галлонами, как пятикурсникам перед министерскими экзаменами. Возможно, только благодаря алхимии занятия в школе и удалось продолжить так быстро.
— Ты ведь уже слышал, что там произошло? — спросила ведьма негромко. Она не смотрела на собеседника, так и продолжала лежать, теперь прикрыв верхнюю половину лица скрещенными руками.
— Слышал основную версию, но без подробностей. Твои приятели уже всей школе её пересказали, выгораживая тебя, — ответил маг. Затем, усмехнувшись, добавил: — А Уизли кричал, как я слышал, что «поднимет в школе бунт», если авроры тебе попытаются, как он там сказал, «пришить» превышение самообороны.
— Да, я тоже это слышала, — бледно улыбнувшись, ответила она. Первоначальное удивление от внезапного визита уже прошло, и Грейнджер вновь заговорила апатичным и почти лишенным эмоций голосом. — Но заходить так
