(4) и Авель принесе… от первородных овец своих и от туков их. Авель принес жертву по выбору, а Каин – без выбора. Авель избрал и принес первородных и туки, Каин же принес или класы[27], или вместе с класами и плоды, бывшие в то время. Хотя жертва его была скуднее жертвы брата, но если бы он принес не с небрежением, то и его жертва была бы угодна, как и жертва брата его. Но поскольку когда вместе принесли они в жертву: один – овец из стад своих, а другой – плоды земные, то Каин уже в самом начале жертвоприношения показал свое небрежение, и Бог не восхотел приять от него жертвы, чтобы научить его, как должно приносить ее. У Каина были волы и тельцы, не было у него недостатка в зверях и птицах, чтобы принести их в жертву, но он не принес их в тот день, когда надлежало принести начатки земных плодов. И ужели был у него недостаток в класах, чтобы принести в жертву класы добрые, или в плодах древесных, чтобы избрать из них лучшие? Но он не сделал этого, хотя было то удобно[28], не позаботился о класах добрых или о плодах лучших. В душе приносящего жертву не было любви к Приемлющему приношения. И поскольку с небрежением принес он жертву, то Бог отверг ее, чтобы Каин не подумал, что Богу неизвестно его небрежение, или что Ему дары приятнее самих приносящих. Бог отверг жертву Каина и за то, что было им сделано, и за то, что готов он был сделать, потому что Каин был и родителям непокорен, и к брату жесток, и пред Богом неблагоговеен. Итак, жертва Авелева была принята по усердию Авеля, и Каинова отринута по небрежению Каина.
(5) Опечалился Каин не о том, что отринута жертва его, – ведь избранной жертвой он мог умилостивить Прогневанного жертвой небрежной. И испаде лице его, – но опять-таки не потому, что отринут, ибо он мог принести молитву Богу. Но была или не была бы угодна его избранная жертва, если бы и принес ее, – он показал уже, чего хотел. Был или не был бы умилостивлен Бог его молитвами, – Каин уже показал, чего домогался. Если вместо небрежной и отринутой Богом жертвы не принес он жертву избранную, если не загладил молитвами пренебрежения, с каким принес жертву Богу, то явно, что опечалило его принятие жертвы брата. Опечалил сошедший с небеси огонь, которым одна жертва была отличена от другой. Испаде лице его, потому что отринутая жертва его внушала ему опасение быть осмеянным от родителей и сестер своих, которые видели, что жертвы его коснулся огонь, но она осталась непринесенной.
(6) И рече Господь Бог Каину: вскую прискорбен был еси? и вскую испаде лице твое? Тебе вместо того, чтобы исполниться гнева, надлежало исполниться сокрушения, а вместо того, чтобы лицу твоему опечалиться, надлежало проливать слезы из очей твоих. Если сделал ты добро, не принес ли? Смотри, жертва Каинова не потому отринута, что мала, но потому не принята, что принесена с небрежением и неблагоговением. Если сделал ты добро, то не принес ли? Хотя и ничего не принес бы ты, вместе с избранной жертвой брата твоего была бы принята и от тебя жертва, хотя, по-видимому, и не была бы приемлема. (7) А если не сделал ты добраго, то у дверей грех лежит. И Авель обратится к тебе, послушает тебя, и пойдет с тобой в поле. Ты же властелин греха, то есть в твоей власти сделать его. Но Каин, хотя Бог и обещал, если будет делать добро, принять жертву его, как благоугодную, Кому принес прежде жертву небрежения, Тому приносит в жертву еще и убийство.
(8) И рече Каин ко Авелю брату своему, пойдем на поле. Говорит пойдем на поле, – или потому, что жили они на горе в пределах рая, и Каин сводит его оттуда на равнину, или потому, что Авель пас стадо свое на горе, и оттуда приводит его Каин на равнину, где по множеству класов и по мягкости земли удобнее для него было совершить убийство и скрыть убитого в земле. Ибо Писание говорит: И бысть, внегда быти им на поли, воста Каин на Авеля брата своего и уби его.
Каин, умертвив брата своего, ложно уверял родителей, будто бы Авель введен в рай, потому что благоугодил Богу, и говорил, что о введении его в рай свидетельствует благоугодность жертвы Авеля, – ибо соблюдение заповеди вводило в рай, как преступление ее изгоняло вон из рая. Когда Каин думал, что обманул родителей своих, и некому отомстить за Авеля, тогда является Каину Бог и говорит: (9) где есть Авель брат твой? Бог является ему без гнева, чтобы, если покается, произнесенная его устами молитва загладила грех убийства, совершенный его рукой; а если не покается, то определено ему было тяжкое наказание, какого заслуживало злодеяние. Но Каин вместо покаяния исполняется негодования и Всеведущему, вопросившему его о брате, чтобы привлечь Каина к Себе, отвечает с гневом и говорит: не вем: еда страж брату моему есмь аз. Бог продолжает: (10) что сотворил еси сие. Если не знаешь, где Авель, потому что ты не страж его, то Вопрошающему тебя о сделанном тобой скажи, что сделал ты, чтобы не спрашивать Ему о тебе других. Скажи, что сотворил еси? Если бы Вопрошающий тебя не знал, что сделано тобой, то не стал бы и спрашивать тебя о поступке твоем.
Когда же Каин не хотел сказать и этого, то есть что сделано им, тогда обнаруживается Божие ведение, и Бог, отличая преступление, говорит: глас крове брата твоего вопиет ко Мне от земли. Что скажешь, Каин? Отмстит, или не отмстит Правосудие за кровь, вопиющую к Нему? Не для того ли медлило Оно, чтобы покаялся ты? Не для того ли Оно скрывало ведение Свое и вопрошало тебя как неведущее, чтобы ты исповедал
