Цель жизни «черного» – работа и зачастую эта цель оправдывает средства. Врач-островитянин, гуманист, мечтающий победить рак, пишет заявку на предоставление ему семнадцати рабов - для достижения этой святой цели нужны хирургические эксперименты. И как вам такой пример?[5]
Нет, ни в коем случае нельзя также представлять креативную часть общества сплошь высокоморальной и проникнутой идеями абстрактного гуманизма. Креативная личность при всей возможной привязанности к месту проживания - интернациональна и космополитична. Креатор всегда стремится выйти из рамок общепринятой морали. Но не для того, чтобы ее непременно нарушить, отнюдь! А с целью внимательно рассмотреть оную мораль и по здравом рассуждении принять ее в качестве своего личного морального кодекса. Или, если оная мораль не покажется приемлемой, выработать собственные моральные нормы для неукоснительного им следования (шекспировский Ричард Третий, Родион Раскольников у Достоевского). Посему креаторы не аморальны, а, правильнее, внеморальны. Они никогда не бывают убеждены в собственной правоте, до тех пор не обоснуют ее и не подкрепят доказательствами. Они также не уверены в своей силе, пока не увидят ее (Гамлет). В своей книге «Похвала бегству» ныне незаслуженно забытый биолог двадцатого столетия Анри Лабори пишет, что перед лицом испытания у индивида есть три пути: 1) бороться; 2) ничего не делать; 3) бежать. «Черные» зачастую предпочитают бегство. Оно бывает различным: химическое (алкоголь, наркотики, табак, транквилизаторы, антидепрессанты, транквилизаторы), географическое (переезд, отшельничество), квазибегство (смена работы, друзей, любовницы, жилища). Креатор заставляет свои проблемы путешествовать, что само по себе уже является не просто облегчением, но облегчением интересным. увлекательным.
Есть своеобразный индикатор, эдакая «лакмусовая бумажка», позволяющая сразу заподозрить в индивиде креативные задатки. Главной чертой креатора является его невнушаемость и неманипулируемость. Чья-либо попытка подчинить себе сознание «черного» вызывает с его стороны яростное раздражение, болезненно-озлобленное сопротивление. Особенно ярко это прослеживается, когда мы наблюдаем креатора, отторгающего телевизионную рекламу. (Оттого, кстати, никакой рекламы в телепередачах Черного Пояса нет в помине!). Кстати, подозреваю, что все те, кого в блаженной памяти Государстве Неизвестных Отцов называли «выродками» (психиатр Аллу Зеф, сами Отцы) здесь, в Островной Империи, входят в категорию «черных».
Вообще креаторы, в ряде случаев блестяще организуя других, демонстрируют крайне слабую способность к самоорганизации. Попытки организовать их извне также редко дают ощутимые результаты. Размещение их по ступеням административной иерархии, присвоение чинов и званий, пожалования орденов и эполетов «чёрные» встречают с глубоким равнодушием. Отношения подчиненности и субординации терпят как необходимое зло при работе, когда без этого нельзя.
Об окружающих креаторы склонны судить не по внешности, чинам и богатству, а по делам. Других людей они рассматривают одновременно и как цель своей деятельности, и как средство для достижения цели. Запрячь одних людей в телегу для того, чтобы другие не шли пешком? Да запросто (Наполеон, де Голль)!
У «черных» складываются неровные отношения с другими креаторами, терпеливые - с аккумуляторами, осторожно-избегательные - с деструкторами.
Разумеется, как и всем живым существам, креаторам неприятно осознание собственной смертности. Но они, скорее не хотят умирать, нежели боятся исчезновения. К предстоящему уходу из жизни «черный» относится, в общем, спокойно, его лишь может раздражать осознание того, что далеко не все намеченное осуществлено («Ах, как не вовремя!»). Идея загробной жизни и бессмертия души креаторов не привлекает, их отношение к религии, как правило, насмешливо-ироничное, хотя не каждый является воинствующим атеистом. Обычно «черных» привлекают те верования, над которыми не надстраивается формальная церковная организация с раздражающими креатора уставами, обрядами, догмами и назиданиями.
Близость не проникает глубоко в сущность креативной личности, семья для большинства «черных» представляет осознанную, рациональную ценность. Креаторы на первое место ставят смысл брака, а вот церемониям регистраций и венчаний придают мало значения. Сильные эмоции нимало не запретны для «черных», но не обязательны. Под любовью креаторы понимают прежде всего взаимопонимание и духовную близость, умение поставить себя на место супруга. Хотя «черные» отнюдь не отвращены от плотских утех... У некоторых может возникнуть осознание собственной «несемейности". Возможен уход в работу с головой, например, «анахорета от науки», но при этом отшельник теоретически полностью одобряет семейные ценности, признаваемые прочими: «Следую своим путем, не осуждая чужие!». В Черном Поясе всячески поощряется деторождение и расширенное воспроизводство населения, но, как правило, креаторы качество предпочитают количеству и на семью в Поясе приходится меньше двух детей. Понятно, что численность населения здесь восстанавливается за счет притока выпускников школ из Желтого Пояса.
Креаторы, как и все люди, нуждаются в отдыхе, но не всегда умеют отдыхать. У этой части социума нет эталона общепринятого отдыха. Кто-то восстанавливает силы, валяясь на диване с юмористической книжкой, кто-то проводит время в театре и на выставках, кто-то ныряет с аквалангом в море – в любом случае выбор места и формы досуга обусловлен только личными вкусами. Но! Никогда и никто не сможет заставить креативную личность полюбить себя всей душой. Престиж, высокое социальное положение, деньги, власть, прочие мирские соблазны вызывают у «жёлтого» искреннее недоумение. Как потребитель «черный» не представляет особого интереса для производителей благ и услуг. Он просто не понимает - на кой черт нужны мраморный дворец и персональный автомобиль?! Далеко не все креаторы - трезвенники, однако спиртное они рассматривают по большей части как стимулятор творчества («хемингуэевские запои»). От возможности при случае вкусно поесть креатор не откажется, но превращать еду в самоцель никогда не будет. Функциональность, удобство и чистоту одежды он предпочитает красоте и уж совсем равнодушен к престижности костюма и к моде: «Голова важнее шапки». «Черный» с любопытством читает и смотрит то, что ему лично нравится, даже если это никому более не приходится по вкусу. В художественном произведении креатор прежде всего ищет мысль, волнующую его, близкую ему. Креативной частью социума полностью создаётся и почти исключительно ею воспринимается так называемое элитарное искусство, хотя, впрочем, креаторы отнюдь не чураются здоровой части народной культуры.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
