Читаем без скачивания Итоги № 6 (2014) - Итоги Итоги

— Тем не менее пресса упорно продолжает проявлять повышенный интерес именно к вашей персоне. Даже Владимир Познер не устоял. И дело явно не в должности: для Первого канала министр городского правительства — не масштаб.

— У Владимира Владимировича, кстати, чисто американская манера ведения интервью: никаких чаепитий до начала программы, предварительного обсуждения вопросов или бесед на отвлеченные темы — сели в студии, камеры включили, и пошел прямой эфир. И попрощался со мной Познер в кадре. Я из вежливости решил подождать, пока Владимир Владимирович запишет авторское послесловие, чтобы пожать руку перед уходом, чем, кажется, искренне его изумил… Возвращаясь же к вашему вопросу о внимании СМИ, думаю, все началось, когда я отказался от депутатского мандата, доставшегося мне от другого Владимира Владимировича — Путина, и пошел директором в Парк Горького. Поступок выглядел, скажем прямо, неординарно. Кто же добровольно из Госдумы уходит? А потом я занялся тем, что оказалось очень востребовано москвичами, — облагораживанием общественных пространств. Но это не моя личная заслуга, а мэра Собянина и всей его команды. Правильное целеполагание, верный выбор точки приложения силы. Мы открываем жителям город с другой стороны. Люди это замечают и оценивают по достоинству.

— Наверное, за вас говорит и внешняя непохожесть на классического чиновника-бюрократа. Хотя вертушки с гербами в кабинете стоят…

— Их установили до моего появления. Уверен, и в будущем эти телефоны здесь останутся. Как неизбежный атрибут власти. Многие мои коллеги искренне любят говорить по «закрытой связи». И мне звонят по вертушке. Они звонят, а я слушаю…

Коктейль «Ханаанский бальзам» / Искусство и культура / Художественный дневник / Кино

Коктейль «Ханаанский бальзам»

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  Кино

В прокате «Мастер» Пола Томаса Андерсона

42-летний Пол Томас Андерсон уже вошел в списки лучших режиссеров всех времен. У него есть две награды Берлина (за «Магнолию» и «Нефть») и одна Канна (за «Любовь, сбивающую с ног»). В прошлом году качество его режиссуры в «Мастере» подтвердила Венеция. Вот только на родине ПТА, как его обычно называют, регулярно прокатывают на «Оскаре». Видимо, потому, что он слишком на многое претендует. Он снимает кино так, что ясно — вот наследник великих по прямой. Орсона Уэллса с его визуальным перфекционизмом. Роберта Олтмана, с которым ПТА сотрудничал десять лет. Стэнли Кубрика с его грандиозностью замыслов — к нему ПТА приезжал на площадку последнего фильма «С широко закрытыми глазами» и буквально перехватил Тома Круза на рифмующуюся роль в «Магнолии». В общем, пока жив Спилберг, не быть ПТА полномочным представителем Голливуда. Это ясно дают понять номинации этого года «Мастеру» — только три актерских и на «Золотом глобусе», и на «Оскаре». Ведь очевидно, что соперником спилберговскому «Линкольну» может быть только «Мастер». Все остальные фильмы сделаны в других жанрах и весовых категориях. А эти два препарируют важнейшие американские мифы.

О том, что новый фильм ПТА будет посвящен создателю сайентологии Рону Хаббарду, стало известно давно. И фальстарты в работе были понятны. Фигура главы одной из самых влиятельных в США и особенно в Голливуде новых церквей для многих сакральна. Конечно, не вся персональная информация известна. Но среди открытых последователей — Том Круз, Джон Траволта, Джованни Рибизи, потомки Элвиса Пресли, брат Сталлоне. Так что противодействие фильму было велико. Проекту был дан старт, только когда выяснилось, что никаких прямых отсылок не будет. Тогда финансовая поддержка (бюджет фильма около 32 миллионов долларов) пришла от Меган Эллисон, 26-летней дочки Ларри Эллисона, занимающего третью строчку в рейтинге миллиардеров США.

Впрочем, достаточно и того, что есть в фильме, чтобы догадаться, кто стал прототипом главного героя. Вообще-то главных героев два. Фредди (Хоакин Феникс), отставной военный моряк, никак не может вернуться после войны к мирной жизни. Он тяжелый невротик, живущий в мире фантазий, навеянных коктейлями, которые он составляет не только из алкоголя, но и из подручной химии. Совсем как Веничка из «Москвы — Петушков» с его «Ханаанским бальзамом» и «Слезой комсомолки» — и состав, и степень одухотворенности похожи. К тому же Фредди одержим какой-то термоядерной похотью, которая способна смутить даже его сослуживцев. Он не может просто жить и работать, а может только двигаться и искать. Однажды поиски утраченных смыслов приводят его на яхту сладкоречивого Ланкастера Додда (Филип Сеймур Хоффман, реально похожий на Хаббарда). Додд, примерно допросив Фредди по своей методике, используя, в частности, гипноз, берет его на борт матросом. Но становится он восприемником учения о прошлых жизнях, которые должны помочь человеку разобраться с настоящим и будущим. Взаимоотношения этих двух людей — суть фильма. Мастер пытается укротить животные инстинкты ученика, но сам попадает от него в зависимость.

Спор о вере и лжи аранжирован с невероятным размахом. Есть легенда о первой любви, о живущей в белом доме недостижимой девушке Дорис, есть непрямые аналогии с Библией. Иногда герои поют. Если с полным доверием сразу нырнуть в эту потрясающе красивую картину, то все как-то само собой будет понятно. Порой кажется, что коктейли Фредди и гипноз Додда шли в ход при создании фильма.

Не вполне «Пустое место» / Искусство и культура / Художественный дневник / Книга

Не вполне «Пустое место»

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  Книга

Новый роман Джоан Ролинг «Случайная вакансия» (The Casual Vacancy) вышел в русском переводе

Роман признали лучшим в категории Fiction за 2012 год на Goodreads Choice Awards. За первые три недели было продано более миллиона экземпляров по всему миру. Права на экранизацию уже купила BBC, премьера ожидается в следующем году. Фактически «Случайная вакансия» получила статус бестселлера еще до того, как текст был прочитан издателем. И удивляться здесь, разумеется, нечему. Ведь автор — женщина, которая «заново научила детей читать», как утверждала немалая часть критики, хотя просто «читать» и «читать «Гарри Поттера» — не одно и то же. Но разгонный потенциал поттерианы был настолько велик, что писательница могла себе позволить издать что угодно без малейшего риска для издательского кармана. Тем не менее роман «Случайная вакансия» — не просто размашистый автограф длиной в пятьсот с лишним страниц. Это честная попытка писать по-взрослому взрослую прозу.

В своей новой книге Ролинг пытается создать нечто в жанре state-of-the-nation novel — то есть «романа о судьбах страны» (так это принято переводить в России, где понятие «нация» сцеплено либо с державностью, либо с этничностью, а потому считается несколько неудобным — что ж, не будем нарушать традицию). Это трудная задача, за которую берутся немногие. Сил в роман, судя по всему, вложено немало, но сюжетная канва на первый взгляд проста. В патриархальном английском местечке Пэгфорд внезапно умирает член городского совета Барри Фэрбразер. Этот человек при жизни своего не упускал, и на его место многие претендуют. Поэтому не успело кресло остыть, как в Пэгфорде начинаются политические дрязги, которые грозят поглотить все: и добрососедские отношения, и ленивый адюльтер в лучших семействах города, и пубертатные похождения местной молодежи, и конфликт поколений. Все эти линии наматываются одна на другую, становясь частью одного весьма неприглядного целого. Клубок змей, ящик Пандоры — называйте как угодно. Все поставлено на карту ради вожделенной вакансии. Дело доходит до того, что подросток, завладев хакерской программой, взламывает сайт городской администрации, чтобы сбросить туда компромат на собственного отца, который претендует на место в совете. В общем, каждый за себя и Бог против всех. Поэтому на русский название романа вполне можно было перевести и как «Пустое место» — подчеркнув тем самым ключевую метафору, которая в оригинале и так очевидна. Перевод, к слову, довольно приличный, хотя для передачи наркоманского сленга и генитальной лексики совсем не обязательно было искать аналоги в гуще родных дворовых понятий (вроде слова «стояк»).

Ролинг пытается создать панораму коллективного безумия в масштабах маленького городка. Нельзя сказать, что ей это удается с блеском. Количество персонажей вырастает почти до толстовских масштабов, но уследить за такой компанией трудно, некоторые исчезают, едва появившись. А пока автор гоняется за ними, пытаясь собрать всех в фокусе повествования, действие тормозится, и читатель начинает зевать…