Ролинг пытается создать панораму коллективного безумия в масштабах маленького городка. Нельзя сказать, что ей это удается с блеском. Количество персонажей вырастает почти до толстовских масштабов, но уследить за такой компанией трудно, некоторые исчезают, едва появившись. А пока автор гоняется за ними, пытаясь собрать всех в фокусе повествования, действие тормозится, и читатель начинает зевать…
Интересно, что Ролинг по ходу дела успевает продемонстрировать свои лейбористские политические симпатии, показывая, что врачи, учителя и пролетарии куда более привлекательны, чем местные фамусовы. Оно бы и хорошо. Смущает только явное совпадение с британской генеральной линией, а еще больше — продаваемая в нагрузку к лейборизму модная идея социального патроната.
Итог не блестящ, но утешителен. Мастером нового жанра с первой попытки писательница не стала — а разве кто-то на это всерьез надеялся? Но дальнейшие шаги в заданном направлении, если они последуют, наверняка будут не бесплодными.
Смена времен / Искусство и культура / Художественный дневник / Балет
Смена времен
/ Искусство и культура / Художественный дневник / Балет
Премьера балета Владимира Мартынова «Времена года» в театре «Балет Москва»
От рождения «балет Москва» был странноват. Одна половинка — труппа современного танца, которая при общем столичном безрыбье нет-нет да и показывала что-то достойное. Другая — труппа классического балета, о которой ходили легенды одна другой краше. Сводились легенды к одному: «классики» делали из классики аляповатые комиксы и показывали их без лишнего шума, не привлекая и не привлекаясь...
С августа прошлого года управлять этим организмом назначили Елену Тупысеву, менеджера с опытом в коллективах современного танца. Стало понятно, что формат «Балета Москва» требует не механики, а ручной работы, и желательно оригинальной. Очень кстати новой хозяйке помогли обстоятельства. Композитор Владимир Мартынов вступил с «Балетом Москва» в союз, отдав ему свой цикл «Времена года». По слухам, партнеров он присматривал давно, но ввиду нормальной композиторской въедливости достойных прежде не видел. Третьим участником стал замечательный струнный оркестр Татьяны Гринденко Opus Posth, играющий Мартынова давно и так, как он считает нужным. Их живое исполнение на премьере было существенным плюсом.
Впрочем, о легкой победе им мечтать не пришлось. В общем-то мобильный и приспосабливающийся к обстоятельствам Opus Posth напрягался в провальной акустике Культурного центра ЗИЛ. Оркестровой ямы в зале нет, что в этом случае было и к лучшему: оркестрантам пришлось мириться не только с пространством, но и с плоскостью, сгрудившись на сцене невдалеке от танцовщиков. Притом что собственно работа была весьма затейливой. Ведь под «Временами года» Владимир Мартынов подразумевал не буквально календарь, а этапы в истории музыки. Здесь нельзя было обойтись без Вивальди, потом были Бах, Мендельсон и даже Арво Пярт. Цитаты зашифрованы, но ощутимы, торжествует минимализм и провозглашаемый автором «конец времени композиторов».
Такую непростую штуку должен был освоить кардинально обновленный театр. Неспроста же премьеру перенесли с декабря — хотелось подготовиться лучше. Витиеватую партитуру раздали трем авторам хореографии. «Весну» и «Зиму» делал питомец Мариинского театра Кирилл Симонов, а «Лето» и «Осень» — дуэт Анастасии Кадрулевой и Артема Игнатьева, артистов с балетмейстерскими дипломами петербургской вагановской академии. Не сказать, что хореографы поразили открытиями — и причиной тому приятнее всего счесть умозрительную канву музыки. Ее суховатая ученость не могла не сказаться на движении: танцевальный рисунок получился прогнозируемым, дуэты — однотипными. Вслед за Мартыновым молодые авторы намекнули на цитаты из классиков. Только у музыкантов свой иконостас, а у балета свой, определяющий приветы из скандального «Послеполуденного отдыха фавна» Вацлава Нижинского начала прошлого века. На собственные слова «Лето» и «Осень» были щедрее, и хотя из общей стилистики не выпадали, смотрелись живее. А в общем и целом — ура мировым премьерам, оригинальному репертуару и собственно подходу, доказывающему, что безнадежных трупп не бывает — стоит только по-настоящему захотеть.
Что блестит / Искусство и культура / Художественный дневник / Ждем-с!
Что блестит
/ Искусство и культура / Художественный дневник / Ждем-с!
ГМИИ им. А. С. Пушкина готовит удивительную выставку «1000 лет золота инков. Из собрания музея «Золото Перу»/Oro del Peru». Когда в XVI веке испанские конкистадоры добрались до столицы Великой империи инков — священного города Куско (юго-западная часть современного Перу), в роскошном храме Солнца Кориканча, «Золотом храме», они увидели литой диск из золота размером с колесо, символизирующий бога Солнца, золотые фигуры людей и лам в натуральную величину, покрытые листами чистого золота стены. Блеск сводил европейцев с ума. Храм, как и другие храмы, поселения, гробницы, был разграблен, предметы искусства нещадно переплавлены в слитки, Испания обогатилась десятками тонн безликих драгоценных металлов.
Удивительно, что после подвигов конкистадоров художественное наследие доколумбовых культур все же сохранилось. Благодаря выставке в ГМИИ к этому таинственному ушедшему миру можно будет прикоснуться. Основой перуанского «Музея золота» стала личная коллекция Мигеля Мухика Гало, начавшего собирать золото предков в тридцатые годы прошлого века. Теперь в музее хранится более 8 тысяч древних экспонатов из золота и серебра, 80 уникальных предметов собрания увидит Москва.
Древние индейцы считали себя потомками солнечных божеств, а «солнечное» золото использовали прежде всего в ритуалах. Чистота, цвет и блеск благородного металла отражали их мифологию. Для богов отливали утварь, украшали храмы, закапывали украшения в священных местах и бросали в воды рек. Среди представленных на выставке ритуальных предметов будут бокалы и сосуды с изображениями животных: индейцы почитали тотемы пантеры, кондора, змеи и так далее. Покажут на выставке и используемые во время жертвоприношений церемониальные ножи-туми, атрибуты царской и жреческой власти. Но больше всего на выставке будет традиционных золотых украшений. Древние верили, что жизненно важные отверстия на теле человека должны быть защищены золотыми амулетами, сохраняющими тело и душу от злых духов. Амулеты оберегали человека и после смерти, потому их включали в погребальный обряд, а их количество и качество золота указывало на социальный статус покойного. Индейцы задабривали богов золотом, оно же стало главной причиной их истребления. Но золото и не дает забыть об удивительной цивилизации. Выставка в главном здании ГМИИ с 19 марта по 26 мая.
Л. Г.
«Итоги» представляют / Искусство и культура / Художественный дневник / "Итоги" представляют
«Итоги» представляют
/ Искусство и культура / Художественный дневник / "Итоги" представляют
Ужель те самые...
Когда-то Римас Туминас покорил Москву лермонтовским «Маскарадом». Теперь замахнулся на «наше все» и поставил «Евгения Онегина», роман, редко привлекавший режиссеров драматического театра. Хочется верить, что сценическое действие не ограничится сюжетом, а будет преисполнено «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет», созвучных автору. А уж чего в нем точно не будет, так это оперных штампов. В спектакле заняты Сергей Маковецкий, Владимир Вдовиченков, Евгения Крегжде, Юлия Борисова, Людмила Максакова, Галина Коновалова. Театр им. Евг. Вахтангова, 13, 14, 28 февраля.
Со многими неизвестными
15 февраля поступит в продажу новый альбом Земфиры и ее музыкантов. Загадочность в публичном поведении — одна из фирменных черт певицы. В начале нулевых одну из ее новых работ перевозили к месту презентации в бронированном автомобиле. И на этот раз Земфира скрыла все, что можно было скрыть. Название альбома неизвестно, состав треков тоже. Обложку никто еще не видел. Тур в поддержку альбома начнется в Томске, и неизвестно, докатится ли до столицы. Большую часть тиража музыканты решили продать на концертах, а меньшая поступит в торговые сети, и за этими экземплярами наверняка начнется настоящая охота.
