Дрожащими пальцами женщина вытащила из гнезда металлическую цепочку и повернула ключ. Боже правый, Говард показался ей даже еще более привлекательным, чем в пошлый раз. Да, она знала, что у него внушительные габариты, но сейчас он заполнял собой дверной проем, был мокрый, а сквозь рубашку проступало мускулистое тело. И невозможно было укрыться от магического взгляда его голубых глаз.
— Привет, — едва выговорила она.
— Здравствуй, — ответил он немного охрипшим голосом.
— Нашел-таки меня!
Гость усмехнулся и по-военному ответил:
— Так точно, мэм.
— Ты так быстро приехал, что у меня даже не было времени переодеться. Я лишь недавно вернулась с дополнительного дежурства и…
Он засмеялся, показав на себя.
— Едва ли тебе стоит оправдываться. Я выгляжу похлеще.
Да, но таким ты мне кажешься еще более сексуальным, подумала Синди.
— Входи же, — сказала она, открывая дверь пошире и жестом приглашая его войти. Но когда тот переступил порог, оказалось, что им вдвоем слишком мало места в коридоре.
Он остановился, задержав женщину в проеме двери.
— Ты сейчас вся вымокнешь.
О Боже, поскорей бы, неистово подумала Синди и сказала:
— Ничего страшного.
— Мне все-таки следовало сначала заехать в гостиницу и переодеться, — попытался оправдаться Говард, но тут же, признавшись, добавил: — Хотя я так спешил, что решил нигде по пути не останавливаться.
— Да… — рассеянно произнесла она, — спешил.
Синди была ошеломлена тем, что он находится рядом и может коснуться ее. Дотронься же до меня, приказала она ему мысленно.
А он, словно услышав этот приказ, провел мокрым пальцем по ее щеке. И женщина вздрогнула, почувствовав, как у нее разом перехватило дыхание.
— Я скучал по тебе, — тихо проговорил Говард. Медленно, одну за другой, он начал вынимать заколки из ее волос и в конце концов распустил их. — Мне не следовало ждать так долго. Я изголодался по тебе.
— Изголодался… — рассеянно, ничего не соображая, пробормотала Синди и, повинуясь внезапному чувству, запрокинула голову и раскрыла губы.
Этот поцелуй оказался еще более страстным, чем тот, первый, на кухне у Пэт. Говард не стал торопить события, как того отчаянно желала она, а целовал ее медленно и долго.
— Подожди, с тебя нужно снять мокрую одежду, — с трудом проговорила она, оторвавшись от его губ, чтобы перевести дыхание.
— Представь себе, я подумал о том же, — ответил он, стараясь не прислоняться к ней, что каким-то таинственным образом лишь накаляло атмосферу и возбуждало обоих еще больше. — Я мог бы съездить и переодеться.
— Мог бы! — иронично повторила она. — Не разыгрывай меня!
И втянула его в квартиру. Он засмеялся и обнял ее крепко, пяткой закрыв за собой дверь.
— Но ты промокнешь.
— Уже промокла. Ну и что?
Он застонал и поцеловал ее в шею, еще сильнее обняв.
— Синди…
— Неужели это я? — прошептала она, прислушиваясь к стуку своего сердца. — Разве могла я раньше представить такое?
Он ласково посмотрел на нее и улыбнулся.
— Да, это ты, стоишь и обнимаешь меня, — проговорил он, легонько прикусив кончик ее уха, а потом опять целуя ее губы и закрытые глаза, отчего она шумно выдохнула и еще сильнее прильнула к нему. — Может быть, сделаем перерыв на чашечку кофе? По твоему особому рецепту?
— Ни в коем случае… — Синди отчаянно замотала головой, не желая делать ничего, что могло бы отдалить их друг от друга хоть на миг.
— А не нужно ли нам остановиться по какой-нибудь другой причине?
Женщина широко открыла глаза и пристально посмотрела на него. Желание и страсть, которые читались в его взгляде, снова вызвали в ней сладостную дрожь. Но ее очень тронула проявленная им забота. Если она ответит утвердительно и не станет объяснять причину, он, как истинный джентльмен, наверняка не будет принуждать ее. Но ей не хотелось останавливаться. Конечно, такое поведение шло вразрез с ее обычными принципами, но, когда рядом был Говард, все получалось иначе.
— Нет, — страстно прошептала Синди. — Не надо останавливаться. — Она потянула его за рубашку. — Сними это.
— Расстегни, — попросил он тихо.
Синди нащупала пуговицы и неловкими торопливыми движениями пальцев начала расстегивать их. Его поцелуи только усложняли ей задачу.
Приложив немалые усилия, она потянула с мужчины намокшую рубашку, но ткань на мощных бицепсах собралась в складки, и лишь вмешательство самого Говарда помогло, наконец избавиться от нее. Синди положила руки на его грудь, чувствуя, что не в силах сопротивляться близости его тела.
Он сделал глубокий вдох и накрыл их своими ладонями.
— Синди, — едва смог вымолвить он, а потом освободил руки женщины, дав им возможность пройтись по его торсу. Грудь у него была твердой, на ней рельефно выделялись мышцы. Пальцы женщины медленно и нежно двигались вниз до тех пор, пока он не вздрогнул от удовольствия и не дотронулся до ее руки, приостановив процесс изучения его тела у пояса.
Лишь на секунду задержав руку женщины, он не стал препятствовать ей в дальнейшем. А сам в то же время коснулся ее живота. На кофточке Синди не было пуговиц, и его рука нырнула под кайму ткани. Затем Говард, ухватив за края, потянул кофточку вверх, и она легко поползла через поднятые руки Синди. Она вздрогнула от внезапного ощущения незащищенности, которое, впрочем, длилось всего несколько мгновений. Потом ей вспомнилось, что он уже видел ее почти без одежды. Это произошло, как раз в первую минуту их знакомства. Правда, тогда все было по-другому.
Мысль о первой встрече моментально исчезла, когда горячие губы Говарда поочередно коснулись ее грудей, лаская их прямо через узорчатую ткань бюстгальтера. Но вот он опустил бретельки и обнажил ее груди, почувствовав под ладонями затвердевшие от возбуждения соски. И Синди застонала.
— О Говард, — прошептала она. — Что ты со мной делаешь?
Он легко подхватил ее на руки, переведя дыхание, и тихо спросил:
— На столе, на диване или на кровати? Она была желанна, он хотел ее — Синди встрепенулась от сладкого предчувствия.
— В кровати. Там, наверху. — Женщина показала рукой в сторону винтообразной лестницы, ведущей на второй этаж.
Говард начал медленно подниматься по ступенькам. Ему пришлось держать Синди высоко, так что ее груди вновь оказалась на уровне его губ. Ласки продолжались, женщина изнывала от желания. О Господи, это невозможно больше терпеть, почему же он так долго поднимается?
Наверху царил полумрак, в спальню проникал лишь слабый свет. Говард приблизился к постели и осторожно опустил на нее Синди. Оба задыхались от переполнявшего их возбуждения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
