закрыты, и, казалось, она входит в экстаз: — Мой ребенок... мой цветочек... моя жемчужина...
Так прошло несколько минут, и вдруг Риган опять начала извиваться, выкрикивая лишь отдельные невнятные слова. Внезапно она резко села с беспомощным и испуганным выражением лица. Глаза девочки были широко раскрыты.
Она замяукала.
Потом залаяла.
Потом заржала.
А еще мгновение спустя, согнувшись пополам, тяжело и прерывисто дыша, начала стремительно вращаться всем туловищем.
— О, остановите его! — рыдала она.— Пожалуйста, остановите его! Мне так больно! Заставьте его остановиться! Я задыхаюсь!
Кляйн не смог вынести это зрелище. Он взял свой чемоданчик, поставил его на подоконник и начал приготавливать все для укола.
Невропатолог оставался у кровати. Риган упала на спину, как будто ее снова кто-то толкнул. Глаза опять закатились и в бешеном темпе забегали из стороны в сторону, она забормотала что-то низким, грудным голосом. Невропатолог склонился над ней, пытаясь разобрать слова. Потом он заметил, что Кляйн подзывает его к себе. Врач направился к окну.
— Я введу ей либриум,— зашептал ему Кляйн, поднося шприц к свету,— но тебе придется подержать ее.
Невропатолог кивнул. Он внимательно вслушивался в бред девочки, склонив голову в сторону кровати.
— Что она говорит? — еле слышно поинтересовался Кляйн.
— Не знаю. Какую-то чепуху. Бессмысленный набор звуков.— Он явно остался недоволен собственным объяснением и добавил: — Она произносит эти слова так, будто они что-то обозначают. Я ясно слышу ритм.
Кляйн кивнул ему, и они тихо подошли к кровати с обеих сторон. Едва врачи приблизились, Риган напряглась и застыла. Мужчины понимающе переглянулись. Тело девочки начало изгибаться назад, как лук, в немыслимую дугу, пока голова не коснулась пяток. При этом Риган оглушительно визжала от боли.
Врачи вопросительно взглянули друг на друга Кляйн подал сигнал невропатологу. Однако, прежде чем тот успел протянуть руку, чтобы удержать девочку, она потеряла сознание и помочилась на кровать.
Кляйн нагнулся и приподнял ей веко. Потом нащупал пульс.
— Она скоро придет в себя,— прошептал он.— По-моему, у нее обморок. Как ты считаешь?
— Кажется, да.
— Давай все же подстрахуемся,— предложил Кляйн.
Он сделал Риган инъекцию и, прижимая ватку к месту укола, поинтересовался у невропатолога:
— Ну и каково твое мнение?
— Поражение височной доли мозга. Возможно, Сэм, это шизофрения, но началось все слишком неожиданно. Насколько я понимаю, раньше никаких проявлений не наблюдалось?
— Нет, ничего подобного.
— А признаков неврастении?
Кляйн отрицательно покачал головой.
— Может быть, истерия?
— Я уже думал об этом.
— Естественно. Но ведь тогда получается, что она проделывает все это сознательно. Однако только психически ненормальный человек может вытворять такое с собственным телом.— Невропатолог недоверчиво покачал головой.— Нет, здесь явная патология, Сэм Ее сила, бред, мания преследования, галлюцинации. Да, при шизофрении все эти симптомы наблюдаются. Но такие приступы бывают и при поражении височной доли мозга. Здесь есть еще кое-что, что меня беспокоит...
Невропатолог не договорил Он казался озадаченным, брови удивленно поползли вверх...
— Что именно?
— Я точно не уверен, но, мне кажется, здесь налицо признаки раздвоения личности: «моя жемчужина», «мой ребенок», «мой цветочек», «поросенок»... Судя по всему, она называла так саму себя. Что вы на это скажете?.. Или я уже сам начинаю сходить с ума?
Кляйн задумчиво потер пальцами губы.
— Ну, если говорить честно, прежде мне это в голову не приходило, но теперь...— Он что-то промычал себе под нос, а вслух добавил:— Возможно. Да-да, это возможно. Сейчас, пока она еще не пришла в себя, имеет смысл взять пункцию спинного мозга, и, может быть, кое-что прояснится.
Невропатолог кивнул.
Кляйн порылся в своем чемоданчике, нашел таблетку и положил в карман.
— Ты можешь остаться?
Невропатолог взглянул на часы.
— У меня есть еще полчаса.
— Давай поговорим с ее матерью.
Они вышли из комнаты и направились в коридор.
Крис и Шарон с опущенными головами стояли, облокотившись на перила лестницы. Когда врачи подошли, Крис приложила к носу насквозь промокший, скомканный платок. Глаза ее покраснели от слез.
— Девочка спит,— сказал Кляйн.
— Слава Богу,— вздохнула Крис.
— Я ввел ей большую дозу успокоительного. Вполне вероятно, что она проспит до завтрашнего утра.
— Хорошо,— прошептала Крис.— Доктор, вы уж меня простите, что я веду себя как ребенок.
— Вы себя прекрасно ведете,'— попытался убедить ее Кляйн.— Это очень трудное испытание. Да, кстати, позвольте вам представить доктора Дэвида.
— Очень приятно,— выдавила из себя Крис. На ее лице появилось подобие улыбки.
— Доктор Дэвид — невропатолог.
— И что вы об этом думаете? — обратилась к обоим врачам Крис.
— Мы все-таки считаем, что это поражение височной доли мозга,— настаивал Кляйн,— и...
— Боже, да о чем, черт возьми, вы здесь говорите! — взорвалась Крис.— Она ведет себя как психопатка, у нее раздвоение личности! Что вы...
Вдруг она запнулась и опустила голову.
— Наверное, я перенервничала. Извините.— Затравленными глазами Крис посмотрела на Кляйна.— Что вы говорили?
Ответил ей Дэвид:
— Миссис Макнил, настоящих, признанных наукой случаев раздвоения личности не наберется и сотни. Это очень редкая болезнь. Я знаю, что проще всего сейчас обратиться к психиатру, но любой опытный психиатр сначала должен убедиться в том, что исключены все возможные болезни тела Так надо действовать и нам.
— Понятно. Так что же дальше? — вздохнула Крис.
— Надо взять пункцию спинного мозга,— заявил Дэвид.
— Спинного мозга?
Дэвид кивнул.
— То, что мы не увидели на рентгеновских снимках и на кривой ЭЭГ, может быть, проявится здесь. По крайней мере, это исключит некоторые другие предположения. Лучше заняться этим прямо сейчас, пока девочка спит. Я, разумеется, сделаю ей местное обезболивание, но, боюсь, как бы она не пошевелилась.
Лицо Крис исказилось от волнения.
— Как же Риган могла прыгать на кровати таким странным образом?
— Думаю, что мы это уже обсудили,— отрезал Кляйн.— При патологическом состоянии может наблюдаться огромная физическая сила и слишком быстрая, непредсказуемая реакция организма.
— А причину всего этого вы наверняка не знаете,— констатировала Крис.
— Ну-у, можно предположить, что это каким-то образом связано с определенной мотивировкой...— начал Дэвид.— Впрочем, вы правы: наверняка мы сказать не можем.
— Так как насчет анализа, миссис Макнил? — спросил Кляйн.— Вы согласны?
Крис вздохнула и поникла, уставившись в пол.
— Давайте,— пробормотала она.— Делайте все, что необходимо, только бы она выздоровела.
— Постараемся,— заверил ее Кляйн.—
