— Клинок другой. Уже. Тоньше. И не такой длинный. Я думаю, этот удар был первым. Нож вошел между позвонками, перебив спинной мозг. Но при этом не задел артерии.
Магнус кивнул, показывая, что готов слушать дальше.
— У жертвы отказали конечности. Но он не упал… — Ивар на всякий случай еще раз осмотрел голову и руки. — Нет, не упал. Следов нет. Его посадили и… добили?
— Только сначала допросили.
И тот, кто это сделал, воспользовался краденым клинком.
— Ты еще что-то сказать хочешь?
Ивар хотел, но не знал, стоит ли, потому как сомневался в правильности собственных выводов.
— Тот… кто напал… я думаю, что он был невысоким. Посмотрите, где расположена рана. Если бить снизу вверх, то клинок застрянет в верхнем позвонке. А рана относительно чистая, то есть вытащили его легко. И кинжал оставили специально… мне так кажется.
Магнус Дохерти вдруг улыбнулся и хлопнул по плечу:
— Молодец. И раз уж ты такой глазастый, то есть у меня к тебе предложение…
…от которого отказаться не выйдет. Мысленно Ивар распрощался с надеждой стать доктором. А он уже скопил треть взноса.
— …полезен мне был бы человек, который с мертвецами говорить умеет. С живыми-то проще. С живыми я и сам как-нибудь.
— Я… не говорю. Просто смотрю и думаю.
— Смотри. Думай. И записывай, что видишь и до чего додумываешься. Ты ж и так записываешь? Глядишь, со временем крайне занятная книга выйдет… полезная в нашем деле. А я уж подсоблю, чем сумею.
— Б-благодарю, ваша светлость.
— Да не за что.
Мертвец со стола наблюдал за Иваром, подталкивая сказать последнее, о чем по-хорошему следовало бы молчать.
— Он из серых… видите рубцы на запястье? Треугольником.
Магнус Дохерти склонился над левой рукой мертвеца.
— Я про них мало знаю… так, наемники. Ходят слухи, что безымянной таверны держатся. Но я не уверен, что это правда.
— Выясним, Ивар. Выясним. Ты отдыхай… или что?
— Мне бы вскрытие. И зарисовать. — Если уж не выйдет сменить работу, то хотя бы исполнять ее следует со всем тщанием. Так Ивара учили. Да и, стыдно признаться, но за два года в мертвецкой ему стала интересна смерть как тема.
— Рисуй, малыш. Рисуй… только поешь для начала.
Безымянная таверна сгорела под утро. За ней занялся и квартал. Публичные дома, игорные заведения, лавчонки, где торговали и хламом и контрабандой… синие плащи шли плотным строем, позволяя пересекать цепь шлюхам, нищим и мелкому отребью, но вылавливая тех, кто значился в особых списках.
Вешали на улице: Магнусу Дохерти не требовались ни суд, ни доказательства вины.
К утру полыхнуло и на других окраинах.
Терпение старого лэрда иссякло.
Смотрящие запросили о мире, сдав три типографии и хозяина таверны, который изволил каяться во многих грехах, чем изрядно облегчил совесть, но не участь. Он клялся, что не признал в залетном капитане их сиятельство, в противном бы случае самолично остановил творимое бесчинство… имена исполнителей были названы.
Сами исполнители — задержаны.
Но тот, кто знал заказчика, был мертв. И это обстоятельство несколько печалило Магнуса, хотя имелось у него предположение…
— Не подскажете ли вы, любезный Кормак, куда подевался юный Гийом?
— С чего вы взяли, что мне это известно?
— С того, что вам известно, что мои люди проводили его буквально до ваших дверей.
— Как любезно с их стороны. Охраняли?
— Наблюдали.
И опоздали всего на четверть часа. Люди не виноваты. Магнусу следовало отдавать более внятные приказы.
— Вы же сами руководили обыском, дорогой Магнус. Я не прячу Гийома. И не понимаю вашего… неестественного к нему интереса. Уж не связан ли он с несчастьем, которое произошло с их сиятельством? — Лорд-канцлер был до отвращения любезен. — Никак вы подозреваете бедного юношу в причастности к этому делу?
— Да почему подозреваю? Я практически уверен.
— А доказательства?
— Чистосердечное признание.
— Оно у вас имеется? — Лорд-канцлер взмахнул руками в притворном удивлении.
— Оно у меня появится… со временем. Вы же знаете, что не важно, сколько времени пройдет. Я умею ждать.
Глава 8
СТАРЫЕ НОВЫЕ ЗНАКОМЫЕ
После свадьбы мы сразу уехали в свадебное путешествие.
Я на Север, жена на Юг, и прожили там три года в любви и согласии.
Из откровений о счастливой семейной жизни
Тиссе было стыдно.
Нет, не так: Тиссе было невыносимо, ужасно, душераздирающе стыдно!
От стыда хотелось провалиться под перину, и кровать, и еще ниже, в самые кошмарные подземелья, где никто и никогда Тиссу бы не обнаружил.
И там она бы вволю поплакала над собственной глупостью, репутацией и прочими крайне важными вещами. Однако перина была мягка и плотна, а замок крепок. Оставалось лишь натянуть одеяло на голову и притвориться, что Тиссы вовсе не существует.
Вот только под одеялом было жарко, душно и потно.
И Долэг не позволит отлеживаться.
— Вставай. — Она не стала сдирать одеяло, но, оседлав Тиссины ноги, принялась щекотать. — Вставай, вставай, вставай… Иза уже встала.
Ужасно… мало того, что вчера Тисса уснула прямо на кровати их светлости, так и проснулась исключительно затем, чтобы поесть, переодеться в сорочку и вновь уснуть. И сегодня она все возможные правила приличия уже нарушила.
Но было плохо: голова болела, хотелось пить, а язык распух. И глаза слезились. Умереть бы сейчас… тогда и позора не было бы. Но так легко Тиссе не отделаться.
И она со стоном села.
Ушедшего ради… что с ней происходит?
— Ну ты и страшная! — Долэг всегда знала, что следует сказать в успокоение. — Леди Иза сказала, чтоб ты, как проснешься, умывалась. Ванна там… пошли, я покажу. Вставай!
О нет… Нет, нет, нет! Тисса не имеет права пользоваться ванной их светлости!
И вообще здесь находиться.
— Мы теперь будем тут жить. — Долэг, забравшись на край огромной латунной ванны, открыла воду. — Ну, пока лорд Кайя не вернется.
— Их светлость. — Первые слова дались с трудом.
Долэг стянула ночную рубашку и велела:
— В ванну лезь. Ты так выглядишь, что я бы на тебе точно не женилась.
Зачем она про женитьбу сказала? Это слово вдруг возродило в памяти вчерашний разговор во всех его ужасающих подробностях. Мало того что Тисса про письма Гийома… и письма Гийому рассказала, так и на будущего мужа нажаловалась… Ушедший, пусть пучина ванны ее поглотит.
Желанию не суждено было сбыться. Хотя в целом несколько полегчало.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
