Читаем без скачивания Сказки и рассказы - Айгуль Иксанова

Нет больше ни римлян, ни сарматов. Но осталась золотая монета. Которая, раз она была найдена здесь, на этом кладбище, говорит о том, что Валерия все-таки вернулась сюда в конце жизни, чтобы ее похоронили вместе с любимым супругом. И теперь жива их любовь, она сохранилась в этой монете, так же, как и в сердцах людей, живущих сейчас. Ведь на самом деле ничто не изменилось. Как и прежде люди рождаются и умирают, влюбляются и расстаются, ненавидят и грустят, мстят и прощают, и время, стирающее с лица земли города, остается невластным над человеческими чувствами, которые не умирают, а лишь переходят от одного к другому, от предков к потомкам, одинаковые для людей всех стран, всех времен и цивилизаций. И разве отличаются чувства царицы Валерии от чувств современной студентки из провинциального городка, разве хоть что-то изменили те две тысячи лет, которые их разделяют?

И мы верим Гомеру, мы читаем древние мифы и легенды, ведь то, о чем они рассказывают, понятно нам так же, как было понятно их современникам.

Анатолий снова замолчал.

– Очень интересная теория, – заметил Виктор. – Спасибо за прекрасный рассказ. Но время, господа. Завтра, как вы помните, нам предстоит работать. Поэтому лично я отправляюсь спать, а уж вы, как знаете.

Он поднялся, потянулся, зевнул и направился в свою палатку. Было слышно, как он долго шуршал, забираясь в спальный мешок, что вызвало смешок Сани.

– Ладно, пойду лошадей проверю и тоже спать! – Саня поднялся.

– Спокойной ночи, – сказала Дилара, после чего Саня скрылся в темноте.

Дилара и Анатолий молча сидели у костра. Говорить не хотелось, Анатолий устал от долгого рассказа, а Дилара задумчиво смотрела на огонь. Потом она нарушила молчание.

– Значит, Валерия все же вернулась на кладбище… – сказала она. – Я не знала, что у вас такая богатая фантазия….

– Это не фантазия. Это правда.

– Правда? – она подняла на него глаза. – И вы совсем ничего не знаете, о том, что случилось с ней дальше?

Анатолий пожал плечами.

– Немного. Знаю, что она прожила долгую, печальную жизнь, пролила море слез, исходила много земель. Была жрицей некоторых богов, в частности Афродиты, а потом вернулась сюда, где умерла и была похоронена. А потом, после смерти, прошла множество миров, загробных и реальных, чтобы найти того, кого искала. Но удача не сразу улыбнулась ей. Она была в мире мертвых, где течет река Стикс, и на небесах, где открыты ворота рая, была на других планетах и в других временах. Умирала, рождалась, искала. Пока однажды не вернулась сюда, на это кладбище, в образе прекрасной темноволосой девушки, сжала в своей маленькой ладони ту же монету и поняла, что наконец-то нашла того, кого искала несколько тысяч лет. Того, кто по-настоящему любил ее.

Дилара с изумлением взглянула на Анатолия, он смотрел ей прямо в глаза, никогда еще он не говорил с ней так откровенно.

– На что это вы намекаете? – не выдержала она, наконец. – Говорите прямо, без аллегорий. Вы же ученый, в конце концов!

– Почему вы не думаете, прекрасная Дилара, что когда-то много лет назад вы могли быть римской принцессой, которая недолго была королевой сарматского государства?

– С чего вы взяли?

– Не знаю. Вам идет эта монета.

Дилара засмеялась.

– Может быть… – она задумалась. – Когда вы рассказывали, мне казалось, будто бы я что-то вспоминаю. Я так отчетливо представляла себе все то, что было здесь прежде, эти римские поселения, сарматские крепости, этих сильных и красивых людей. А может, это просто фантазия, может, поэтому мы и стали изучать историю, потому что умеем представлять, воображать настолько ярко, словно и сами жили в ту эпоху…

Анатолий согласно кивнул.

– Для меня история – это все, – просто сказал он. Потом поднялся.

– Действительно, пора уже идти спать. Очень поздно, – он направился к тому краю поляны, где разместились палатки, но прежде, чем он успел покинуть освещенный пламенем круг, Дилара остановила его.

– Анатолий! – сказала она.

Он, не оборачиваясь, остановился.

– Если я правильно поняла, вы хотите сказать, что несколько тысяч лет назад вы были сарматским принцем Аланом? – в ее голосе послышалась улыбка.

– С чего вы это взяли? – удивленно спросил он.

Дилара растерялась.

– Мне показалось, вы только что сказали, что я – это новое воплощение принцессы Валерии. И я пришла сюда на это кладбище, чтобы встретить того, кого я искала. Того, кто меня любил. И мне показалось, что вы… В общем, я думала, что у вас ко мне что-то есть… Я поняла ваши слова как некоторое признание, – честно сказала она.

– Вы не ошиблись, – ответил Анатолий.

– Так как же тогда…

Он резко обернулся, и пламя костра осветило его лицо.

– А почему вы решили, что она искала сарматского принца? – спросил он.

Анатолий ушел, а Дилара еще долго сидела у костра одна.

Все лето продолжались археологические раскопки, были найдены интересные доказательства преемственности, которая наблюдалась в скифо-сарматской культуре, а также факты, свидетельствовавшие об определенной ассимиляции сарматов с народами древнего Кавказа.

Дилара и Анатолий работали вдохновенно, полностью погрузившись в этот процесс, поэтому они больше не вспоминали об истории, рассказанной в первый вечер у костра. Работа сблизила их, и они даже перешли на «ты», чего никогда не позволяли себе прежде. Когда же лето окончилось, интересные образцы были отправлены на экспертизу и наступила пора возвращаться к исследованию, надо отметить, в журнале Виктора было достаточно информации для полного раскрытия изучаемой проблемы. Ученые вернулись обратно в Москву, где в стенах научно-исследовательского института продолжили работу.

Потом вдруг, где-то за месяц до представления результатов, когда вся значимая работа была закончена, Анатолий вдруг неожиданно сорвался и уехал на Южный Урал. Это был необъяснимый поступок, но еще труднее было объяснить то, что он не оставил никаких контактов, не отвечал на телефонные звонки и лишь иногда пересылал результаты раскопок, но всегда не лично, а через посредников. Казалось, он всячески подчеркивал, что не хочет больше иметь с институтом ничего общего.

Дилара завершала исследование одна: остались организационные вопросы, и требовалась некоторая редактура.

Ближе к зиме работа была закончена, и Дилара собралась в отпуск, на несколько дней, в Прибалтику.

– Экскурсии по Таллинну, дорогая? – спросил ее Петр Иванович, самый старый сотрудник их отдела, возраст которого уже приближался к восьмидесятилетнему рубежу.

– Да, хочу отдохнуть. И потом меня всегда интересовали эти самые трубочисты, приносящие счастье, древние замки. Почему бы нет?

– Польша, Польша, вот куда нужно ехать! – отчаянно принялся спорить Петр Иванович. – Только Польша! Ты не представляешь себе, как прекрасен Краков, а какие там замки! А какие женщины!

– Вот это Дилечке не интересно, – вступился за нее Виктор, – Это по нашей части. И потом, почему обязательно Краков? Чем Таллинн, позвольте спросить, хуже Кракова?

– Это самый прекрасный город мира! – продолжал спорить старик, – А Варшава! Она была прекрасна даже разрушенная немцами в войну. Ничего вы не понимаете, милая, надо было посоветоваться!

– Так ведь в Краков я могу поехать и позже! – возразила Диля.

– И вообще, что вы к ней пристаете! Пусть едет куда хочет! – снова добавил Виктор.

Тогда Петр Иванович выбросил последний козырь, который должен был решить вопрос в пользу Кракова.

– Ты же знаешь, Диля, что поляки продолжают вести ожесточенные споры и мутят воду в научных кругах, утверждая, что являются единственными прямыми потомками сарматов!

– Вот уж увольте! – замахала вдруг руками Дилара. – Тогда я тем более поеду в Таллинн! Только на отдыхе мне не хватало сарматов! Я устала от них на работе!

– Действительно! – возмутился Виктор. – Зачем вы ей нервы мотаете перед представлением! Ей же отдохнуть нужно, развеяться! Никаких сарматов! Только эстонцы! Поезжай дорогая, найди там трубочиста, загадай желание, все как положено!

Дилара собрала сумку, выключила компьютер и оглядела рабочее место. Вроде бы все в порядке.

– Ну, я пошла, – сказала она. – До встречи дней через пять.

– Счастливой поездки! – буркнул Петр Иванович.

Выходя в коридор, Дилара услышала, как кто-то сказал:

– Да зачем ей эти полячки, и потом разве среди них есть такая красавица, как наша Дилечка!

– Ты ей уже сделал предложение?

– Да вот все никак… Докторскую допишу, вот тогда.

Дилара засмеялась. Она шла по коридору, когда Виктор догнал ее.

– Дилечка! Удачного отдыха! Только не задерживайся, помни, сразу после представления оформляем твою стажировку.

– Хорошо, – сказала она.