— Вот ты где, — воскликнула Феба, увидев Геро. Она захлопала в ладоши и завизжала, когда крутящиеся яркие шары появились у них над головами. Наклонившись к Геро, она прокричала: — А что случилось с лордом Мэндевиллом?
Геро покачала головой, с трудом приходя в себя.
— Он пошел за лимонадом, и я его потеряла, — прокричала она в ответ и услышала, как Рединг фыркнул.
Его губы были зловеще сжаты, и Геро поспешно отвернулась.
— Ой, посмотрите! — закричала Феба.
Разрывы следовали один за другим и превращались в сверкающего змея с зелеными и золотыми крыльями. Огненное существо, извиваясь, оборачивалось белым дождем.
— Это фантастично, — воскликнула леди Маргарет.
Да, это был самый фантастичный фейерверк, какой Геро когда-либо наблюдала, но почему-то это зрелище глубоко ее не затронуло. Она видела только фигуру Рединга, который стоял по другую сторону от Фебы. Между ними протянулась невидимая нить, сотканная из чувственности и греха.
Великий Боже, что она наделала?
Геро дотронулась до рта дрожащими пальцами. Она совершила страшный грех. Предательство… Ее ждет тяжкое возмездие. Ее душа в опасности.
Но ей все равно.
Геро трясло, словно в лихорадке, ей хотелось только одного — вкуса его губ на своих губах… ощущения его крепкого тела на своем теле. И еще хотелось узнать, такая же горячая у него кожа без одежды, потрогать его голую грудь… Лежать с ним совершенно обнаженной…
Геро едва не задохнулась. Она никогда не думала, что жаждет плотской близости, и никогда не испытывала подобного желания ни к одному другому мужчине. Все произошло моментально, она воспламенилась, как порох от огня. И все стало живым, ясным и ярким. А ночное небо возрадовалось, словно желая отпраздновать ее пробуждение.
Той идеальной Геро, которую видели окружающие, не стало. Она с ужасом поняла, что она такая же, как и все, что она ничем не лучше падших женщин.
Но… ей это было не важно. Если Гриффин поманит ее пальцем, она повернется и пойдет за ним по темным дорожкам. Будет прижиматься к нему и поднимать лицо для его поцелуя.
Геро вздрогнула и обхватила себя руками.
— Вам холодно? — Его голос, густой и обволакивающий, прозвучал совсем близко.
Она покачала головой и отступила от него на шаг — так безопаснее. Гриффин нахмурился, хотел что-то сказать, но тут раздался голос Мэндевилла:
— А, вот вы где.
Геро обернулась и улыбнулась ему, но… с облегчением ли? Мэндевилл олицетворял порядок и здравый ум.
Вероятно, смятение отразилось у нее в глазах.
Мэндевилл наклонился к ней, чтобы его было слышно при грохоте и треске:
— Мне очень жаль, что я вас потерял. Надеюсь, это не доставило вам никаких неудобств?
Геро с глупой улыбкой покачала головой, не в силах что-либо произнести.
— О чем ты думал? — Рединг подошел ближе. Она подняла на него глаза и увидела, что он со зверским выражением смотрит на Мэндевилла. — Для дамы небезопасно находиться здесь одной.
Мэндевилл вскинул голову:
— Да как ты смеешь?
Рединг с отвращением скривился, развернулся и зашагал в сторону.
Мэндевилл нерешительно посмотрел на Геро.
— Простите…
Господи, как она может принять от него извинения? Геро положила ладонь ему на рукав.
— Пожалуйста, не беспокойтесь.
— Но мой брат прав, — медленно произнес Мэндевилл. — Я не должен был допустить, чтобы вы потерялись в лабиринте. С моей стороны это непозволительно. Пожалуйста, простите меня, Геро.
Она не помнила, чтобы он называл ее по имени, без титула. У Геро вдруг на глаза навернулись слезы. Этот человек такой хороший, такой правильный, а она была дурой, позволив обжигающему сладострастию поставить под угрозу свое счастье с ним.
Она взяла его под руку.
— Все обошлось, и не будем больше об этом говорить. Пожалуйста.
Мэндевилл внимательно вглядывался в ее лицо, освещенное россыпью фиолетовых и красных огней.
— Кажется, я женюсь на очень умной леди, — наконец произнес он.
Губы у нее задрожали. Она не заслужила его похвалы. Этого человека она выбрала в мужья. Решение принято, брачный контракт составлен и подписан. Это будет замечательный брак, основанный на уважении и общих целях.
И тем не менее она не удержалась и слегка повернула голову в ту сторону, где стоял Рединг. Он поднял лицо к небу, а сверкающие огоньки отражались в его глазах.
* * *
— Вставайте, милорд. Она уезжает.
Гриффин застонал, перевернулся с живота на спину и заслонил глаза от света рукой.
— Уйди.
— Не могу, милорд, — весело ответил Дидл, его камердинер, а также секретарь и мастер на все руки. — Вы велели разбудить вас, если она собирется уехать, и будить вас, пока вы не проснетесь. Вот я и бужу вас.
Гриффин вздохнул и приподнял веки. То, что он увидел, ничуть не радовало глаз. Дидлу было — по его собственным подсчетам — немногим больше двадцати пяти лет, но он успел потерять оба передних верхних зуба. Его это, кажется, не волновало, если судить по тому, в какой широкой улыбке он расплылся. Он носил парик — один из выброшенных Гриффином, — который необходимо было завить и напудрить. Портрет дополняли близко поставленные мутные карие глазки, огромный костлявый нос, занимавший большую часть лица, маленький рот и скошенный подбородок.
Дидл усмехнулся, увидев, что Гриффин открыл глаза, и просунул язык в щель между зубами. Не очень приятная привычка.
— Милорд, подать кофе?
— О господи, да. — Гриффин посмотрел в окно. Действительно, солнце уже высоко в небе, но вчера он вернулся далеко за полночь и не выспался. Он вспомнил тот сладкий поцелуй с леди Геро… и как потом она не могла взглянуть ему в глаза. Он поморщился. — Ты уверен, что она уезжает?
— Парень, которого я послал следить, прибежал и сообщил мне это десять минут назад, — ответил Дидл. — Леди, должно быть, любит утренние прогулки, да?
— Но не любит держать слово. — Гриффин сел, простыни скатились с его голой груди. Он поскреб подбородок, раздумывая о прекрасной леди Геро. Она пытается избежать встречи с ним. Его поцелуй настолько ее испугал?
— Ты уверен, что она направилась в Сент-Джайлз?
— С ней тот громила лакей, и она села в карету. Рановато для светских визитов. — Дидл пожал плечами. — Похоже, она отправилась именно туда.
Гриффин вздохнул. Да, похоже на то.
Он вылез из постели и стал поливать себя водой из таза.
— Что-нибудь слышно от Ника Барнса?
Дидл разложил бритву, ремень и полотенце.
— Нет.
— Черт. — Гриффин нахмурился. Обычно Ник первым делом присылал кого-нибудь с сообщением. Теперь же Гриффину придется проверить, не проспал ли Ник… или не случилось ли что-то угрожающее. Но сначала он разберется с прелестной леди Геро… и с последствиями вчерашнего вечера.
