— Это же профессиональный интерес, — отшучивался он. — Любопытный экземпляр человека разумного, разве не так?
— Просто бандит.
— Второй, Амин, тоже бандит. Однако какая разница! И какое сходство!
— Не верю, что Амин бандит. Он такой несчастный!
— Если ему прикажут задушить ребенка, он это сделает, твой несчастненький.
— Не верю!
— Хотел бы я ошибиться… Ты права, сам он этого не сделает. Как не сделает автомат, пока в него не вложена программа.
— Он человек, а не автомат.
— Человек, который равнодушен к издевательствам, уже не человек.
— Мне противны твои расспросы этих… Мне неприятно, как ты говоришь о человеке, словно это машина…
— Нет, Крис, тебе противно, что я при тебе лезу в дерьмо. Но я буду делать это. Я буду стараться, чтобы Грегори со смаком рассказывал, мне, как он жег деревушки вместе со стариками и женщинами. Я буду вслушиваться в молчание Амина, которое пугает меня не меньше, чем откровенность Грегори. Так надо.
— Тогда позволь мне затыкать на это время уши.
Но Крис была неспособна долго злиться, и утраченная на время духовная близость возвращалась к ним вновь, и это помогало им держаться все дни, пока длилось заключение и одиночество, не теряя самообладания, не поддаваясь бесцельным мыслям в часы, когда со всех сторон подступала тишина, изредка прерываемая звуком близящихся шагов.
Наконец корабль стал тормозить. Плавные толчки наваливались попеременно со всех сторон, звездолет бросало, и это длилось часа три. Потом рев двигателей смолк. Полынов подкинул пепельницу; она, однако, не повисла в воздухе, а медленно опустилась на стол.
Полынов и Крис обменялись взглядами. Оба подумали об одном и том же: чем их встретит пиратское гнездо?
Они ждали, прислушиваясь к шуму, топоту, невнятным голосам, наполнившим корабль. О них словно забыли. Лишь когда все стихло, в каюту просунулась бычья голова Грегори.
— Выходи.
— Как называется астероид? — Полынов встал.
— Рай господа–бога. — Охранник мрачно выругался.
Полынов еще надеялся мельком увидеть хоть кого‑нибудь из пассажиров. Но нет: их вели по пустому кораблю. В шлюзовой, сопровождаемые Грегори и Амином, они натянули скафандры. Охранники тоже оделись. Улучив момент, когда Грегори защелкнул шлем, Полынов быстро спросил Амина:
— Остальные?
— Аллах хранит всех, — почти не разжимая губ, отозвался Амин.
Створки шлюза неторопливо разошлись. Такого не видел даже Полынов: в звездной бездне двигались три маленькие луны, похожие на осколки разбитого зеркала. Прямо за люком лежала черная громада астероида, очерченная зубчатым венчиком пылающих скал. Огни перепрыгивали с вершины на вершину, словно зажигались каменные свечи. Полынов поспешно опустил светофильтр и отвернулся, когда из‑за края вынырнул разящий сегмент солнца. Он успел заслонить ладонью глаза Крис. В наушниках загремел хохот Грегори: неопытный Амин забыл опустить светофильтр и теперь корчился от рези в глазах.
Пока они спускались, поверхность астероида, над которой взлетало солнце, успела превратиться в хаос слепящих и черных плоскостей, линий, ломаных пятен, раскаленных граней, теней провалов. Но у Полынова был тренированный взгляд: в кажущейся бесформенности пейзажа он с удивлением обнаружил признаки каких‑то циклопических сооружений, явно построенных человеком. Более того, откуда‑то вырывались струйки газа; мерцающим шлейфом они опоясывали астероид.
Он хотел пристальней разглядеть эти странные постройки, имеющие, по–видимому, какое‑то отношение к химии, но спуск по трапу занял секунды, а дальше их повела дорога, загороженная с обеих сторон глыбами, так что он мог видеть лишь серебристые пряди газа, сквозь которые просвечивали щербатые луны.
Дорога подошла к подножью высокой скалы и нырнула в толщу камня. В своде тотчас вспыхнули лампочки, еле различимые после бешеного сияния солнца. Тоннель, круто уходя вниз, уперся в массивные ворота. Грегори поднял руки.
— Именем всевышнего!
Створки ворот ушли в стену.
“Ну и пароль!” — подумал Полынов.
Шлюз походил на пещеру, только пол был металлопластиковым. Магнитные подковы ботинок тотчас присосались к нему, и люди снова ощутили некое подобие веса.
— Метеориты часто падают? — спросил Полынов, стягивая шлем.
— Хватает, — буркнул Грегори, освобождаясь от скафандра.
— Тогда вы неразумно поступили, вытащив свое хозяйство на поверхность.
— Какое хозяйство? А, завод… Это не моя забота.
— Чья же?
— Бросьте, док. — Грегори испытующе посмотрел на психолога. — Спирт у вас в аптечке есть? — вдруг без всякого перехода спросил он.
— Спирт? Не знаю… А что?
— Я знаю, что есть. Дадите?
— С разрешения или без?
— Умный человек, док, не задает таких вопросов.
В светлых глазах охранника не было ни тени смущения. Присутствие Амина его нисколько не беспокоило. Но он явно торопился закончить разговор в шлюзе.
— По рукам или как?
— Заходите на прием — потолкуем.
Грегори энергично замотал головой.
— Не выйдет там разговора. Договоримся здесь.
— Почему не выйдет?
Охранник загадочно усмехнулся.
— Сами поймете. Решайтесь, док.
— Я сказал: потолкуем после.
Грегори посмотрел на Полынова, как на дурака.
Отшлюзовавшись, они спустились еще ниже по лестнице, выбитой в скале. На оборудовании подземелья явно экономили, Где только можно, камень оставался неприкрытым, и это придавало помещению сходство с феодальным замком. Если бы не удивительная легкость тела, яркий свет ламп, необычная геометрия ступеней, можно было подумать, что время повернуло вспять и что разыгрывается сцена из эпохи средневековья.
Полынов рассчитывал многое увидеть по пути, но все двери были закрыты, никто не попадался, база казалась вымершей. Несколько раз они останавливались перед герметичными переборками, рассекавшими коридоры, и всякий раз плиты уходили в сторону или поднимались вверх, как только Грегори, подойдя вплотную к стене, шепотом произносил несколько слов. Тревога Полынова росла. Это не пиратская база. Сооружение такой базы не окупят и десять ограблений. Пиратам ни к чему завод, что бы там ни выпускали. Сюда вложены безумные деньги. Но зачем, зачем? Какие зловещие планы крылись за всей этой чертовщиной? Чей преступный замысел породил это гнездо, могущее выдержать ядерный удар, этих бандитов, эту очевидную бессмыслицу с ограблением мирного лайнера и пленением его экипажа?
В камере, куда их втолкнули, было два стула из дюралевых труб, лампы дневного света под потолком, там же решетка кондиционера; матрацы, уложенные прямо на металлопластиковый пол. Стол отсутствовал. Да он и вряд ли уместился бы на таком крохотном пространстве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
