Граф просиял, молча поклонился дамам, взял Пенни за руку и зашагал прочь.
— У этого человека дырявый карман, — сказала маркиза, глядя вслед графу. — Он приятный собеседник, я всегда рада видеть его за своим обеденным столом, но он не подходит для вас, моя дорогая. Вашего наследства не хватит для того, чтобы залатать его финансовые прорехи. И ни один душеприказчик не позволит ему взять в свой дом маленьких сирот. Это обрекло бы детей на нищету.
Абигайль судорожно сглотнула. Похоже, маркиза и в этот раз права.
— Вы же знаете, милорд, — промолвила высокая белокурая девушка, стоя рядом с Фицем на крыльце у парадной двери, в которую уже стучал ее лакей, — что в обществе не принято наносить утренние визиты вместе с детьми. Теперь, когда у Пенни есть няня, вы могли бы оставить ее дома.
«Ну да, — с горечью подумал Фиц, — в кишащей тараканами комнате». Однако он не стал возражать своей спутнице.
— Зовите меня Фиц, леди Салли. Что же касается причин, заставивших меня взять дочь с собой, то скоро вы узнаете о них.
— Нет, я буду называть вас Дэнкрофт, — возразила та. — Я на десять лет моложе вас, и с моей стороны было бы непростительной фамильярностью обращаться к вам по имени.
О, самонадеянная молодость! Салли, несомненно, считала себя воспитанной девушкой, но при этом бесцеремонно делала ему замечания, осуждая Фица за нарушение этикета. Сестер Квентина воспитывали в строгости, с детства прививая им хорошие манеры. Соблюдение приличий было для них превыше всего. Их отец знал, что однажды унаследует титул маркиза, и поэтому готовил дочерей к жизни в светском обществе. Фиц не сомневался, что через пару лет они будут диктовать в столичных салонах правила общения.
Фиц вдруг почувствовал себя рядом с Салли старым, умудренным горьким жизненным опытом ловеласом.
Войдя вместе с отцом в роскошный дом леди Белден, Пенни слегка оробела. Они оказались в просторном холле с высоким лепным потолком. На стенах красовались огромные — в человеческий рост — живописные полотна и висели декоративные подсвечники.
Фиц отвлек внимание дочери от обнаженной статуи в нише и показал на огромный букет, стоявший на высоком ларе. Рядом лежал серебряный поднос, на котором посетители обычно оставляли визитные карточки.
— Я хочу цветок, — прошептала девочка, глядя с тоской на прекрасные розы.
— Я куплю тебе букетик позже, если ты будешь хорошо себя вести, — пообещал Фиц.
Пенни кивнула с серьезным выражением лица. Она озиралась с круглыми от изумления глазами и жалась к отцу. Фиц вдруг заволновался. Теперь он сомневался в том, что правильно поступил, взяв с собой в этот роскошный аристократический дом незаконнорожденного ребенка, не получившего должного воспитания.
Но Пенни так хотелось пообщаться с мисс Мерриуэзер! Девочка тосковала по ней.
— Мисс Абигайль! — В восторге вскричала она, завидев своего кумира в гостиной, куда гостей провел дворецкий. Элегантно обставленное помещение больше походило на бальный зал с высоким потолком. — Папа обещал подарить мне букет!
Вырвав руку из ладони отца, девочка бросилась к Абигайль и упала в ее объятия. Фиц с удовольствием сделал бы то же самое. Он едва не лишился дара речи вчера, когда увидел девушку в новом платье для прогулок.
Сегодня бывшая мисс Огородница выглядела просто сногсшибательно. Она казалась невесомой в легком зеленом платье с тугим корсажем, плотно облегавшим пышную грудь, от которой ткань ниспадала широкими складками. Под ними угадывались соблазнительные женственные формы. Слава Богу, сегодня на ней не было головного убора, и Фиц мог любоваться ее рыжеватыми локонами, стянутыми лентой. Они обрамляли лицо Абигайль с тонкими чертами, которое Фицу хотелось осыпать поцелуями.
Он сжал кулаки, едва поборов искушение дотронуться до ее непослушных шелковистых кудрей. Но тут леди Салили незаметно дернула его за рукав, и он, опомнившись, отвесил учтивый поклон, а потом поцеловал руку леди Изабеллы.
Хозяйка дома предложила гостям чай, хотя Фиц с большим удовольствием выпил бы бренди. Он наблюдал за Пенни и мисс Мерриуэзер, которые шептались, сидя в отдалении на диване. Салли и леди Изабелла в это время энергично обсуждали план действий, которые должны были поспособствовать успеху Абигайль в поисках достойного жениха. Женщины походили на двух генералов, разрабатывающих план победоносной военной кампании.
Фиц и не подозревал о том, что леди Салли вращается в высших кругах. Обычно светское общество с пренебрежением относилось к выходцам из среды промышленников и торговцев. Впрочем, он плохо знал нынешнее умонастроение общества, так как редко посещал ассамблею «Олмак».
— Превосходно, — услышал он приглушенный голос Изабеллы, — Дэнкрофт таким образом привлечет к девушке внимание других джентльменов. А матроны перестанут смотреть на него как на охотника за приданым, если он будет постоянно сопровождать мою протеже. Ваш брат должен уговорить графа воздержаться от азартных игр хотя бы на время, пока он ухаживает за Абигайль.
Понизив голос, дамы зашушукались. Поморщившись, Фиц сделал глоток слабо заваренного чая. Азартные игры были для него источником средств к существованию, а не пустой забавой. Чтобы найти невесту, которая захотела бы захомутать его, как чистокровного скакуна, ему нужно было поддерживать себя в хорошей форме, иметь достойный внешний вид. А на это требовались деньги. Он должен был давать чаевые слугам, делать небольшие подарки, дарить цветы.
Ссуды, взятой у Квентина, едва хватило на оплату услуг поверенных, которые добились отсрочки выплаты долгов. Теперь у Фица не было средств даже на то, чтобы снять приличную квартиру и нанять гувернантку для дочери.
Его наследник хранил зловещее молчание. После того как слухи о его самоубийстве были опровергнуты, Джефф никак не проявил себя. Фиц распорядился, чтобы адвокат их семьи отправил ему письмо с просьбой откликнуться, однако реакции на это послание так и не последовало.
Пенни взяла мисс Мерриуэзер за руку и потянула ее к стоявшему на полу большому глобусу, который когда-то являлся украшением кабинета покойного маркиза. Этот предмет явно не вписывался в обстановку гостиной. Фиц встал и подошел к ним.
— Я рада, что вы привели сюда Пенни, милорд, — пробормотала девушка, когда Фиц приблизился к ней. — Она говорит, что ее нянька сильно храпит. А еще Пенни рассказала мне, что раздавила два миллиона пауков.
— Я выдвинул ее на звание главной мухобойки и наградил медным значком отваги.
Абигайль рассмеялась.
— О, как вы похожи! — невольно воскликнула она. — Из вас, милорд, получился плохой граф. Аристократ на вашем месте завел бы разговор не о насекомых, а о перспективах выгодного брака, постарался бы выбрать самое сладкое яблочко в богатом фруктовом саду светского общества. Тем более что маркиза к вам благоволит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
