Дав это определение, он выложил свою ставку на середину стола. Ник в это время раздавал карты.
— А зачем она вам? — спросил Монтегю.
— Я всегда стремлюсь знать больше, чем слуги, — уклончиво ответил Фиц. — Скажите, кабриолет все еще находится в вашем распоряжении? Я бы поставил все деньги, которые выиграл сегодня, на кон, с условием, что вы позволите мне воспользоваться им в случае моего выигрыша. У вас есть реальный шанс отыграться, Монтегю, не упустите его!
Несмотря на то, что Ник тоже был младшим сыном в семье, он мог себе многое позволить. Многое, но только не безоглядную трату денег. Он часто брал у Фица взаймы, а тот, в свою очередь, часто выигрывал у него. Деньги последнего перетекали в карман Фица, а потом возвращались к Нику, превращаясь в долг, который редко погашался. Так они и циркулировали по кругу. Поэтому Фиц не испытывал угрызений совести, когда выигрывал у друга пару монет в карты.
Монтегю, однако, получал на содержание очень скудную сумму. Он никак не мог скопить достаточно средств для того, чтобы поступить на военную службу в качестве офицера, и не раз грозился, что пойдет на флот простым матросом. Но отец обещал за это лишить его даже того скромного содержания, которое до сих нор выделял.
Фиц скорее использовал мозги Блейка, нежели стремился завладеть содержимым его кошелька. В благодарность за науку и знания друга он прикладывал все усилия к тому, чтобы обуздать его взрывной темперамент, проявления которого часто вели к плачевным последствиям.
— Хорошо, я согласен, — проворчал Монтегю. — Вы решили приударить за какой-нибудь богатой девицей и, чтобы пустить ей пыль в глаза, хотите покатать ее с шиком вокруг парка? Или рассчитываете эффектно подъехать к зданию ассамблеи «Олмак»? Графу действительно не пристало ездить в наемном экипаже.
— Фиц принял приглашение приехать на бал, который устраивает моя матушка, — промолвил Ник. — Мои сестры с нетерпением ждут этого события.
Фиц усмехнулся. Приглашение приняла за него леди Салли — теперь она решала, ехать или не ехать графу на очередное увеселительное мероприятие. Была бы его воля, он вообще не появлялся бы в свете.
Сестры Ника всегда щебетали без умолку. С ними можно было с ума сойти. В противовес им Атертон всегда выглядел вялым и апатичным. Эта защитная реакция выработалась у него с детства.
Если бы Фиц женился на одной из его сестер, то наверняка вскоре пожалел бы, что опроверг слухи о своей мнимой смерти и воскрес из мертвых.
— Вы что-нибудь узнали о том, кто являлся источником распространения слухов о вашей гибели? — внезапно спросил Монтегю.
Он словно прочитал мысли друга. Впрочем, ход его размышлений было легко предугадать. Фицу давно уже намекали на то, что ему следовало бы приглядеться к сестрам Ника Атертона.
Он пожал плечами.
— Слуги из нашего поместья нашли на берегу реки принадлежащие мне одежду и пистолет и известили о своей находке поверенного в делах моего отца. Это все, что мне известно.
— А что, если всю эту махинацию устроил ваш кузен? — спросил Монтегю.
— А разве есть основания подозревать его? — пробормотал Фиц, беря карту из колоды.
— На прошлой неделе, когда мы все еще были уверены в том, что вы мертвы, мой отец случайно услышал в клубе, как ваш кузен интересовался, где можно найти мастера, который поместил бы герб на дверцу кареты. Казалось, он ничуть не был расстроен известием о вашей гибели.
— Мои сестры говорят, что он волочится за леди Энн Монфор, — сказал Ник, с отвращением бросая на стол короля, которого только что вытащил из колоды.
Удача снова была на стороне Фица.
— За леди Энн? Дочерью герцога? Я не знал, что Джефф столь же безумен, как и остальные наши родственники, — заметил Фиц, забирая со стола выигранные деньги. — Его мать происходила из семьи торговцев. Его светлость скорее задушит сына простолюдинки, нежели выдаст за него свою дочь.
— Что касается вас, Фиц, то ваша матушка, как известно, была дочерью герцога. Поэтому вы вполне могли бы сами ухаживать за леди Энн, — сказал Монтегю. — Она уже засиделась в девках. Вам не составило бы большого труда очаровать ее и прибрать денежки к рукам. Думаю, вам хватило бы месяца, чтобы добиться благосклонности этой гордой аристократки.
— Леди Энн не спешит замуж, потому что смотрит свысока на нас, бедных муравьев. Ей нужны более респектабельные женихи, с тугой мошной. Но богатые джентльмены не спешат обзаводиться семьями.
Фиц неплохо знал эту высокомерную девицу с командирскими замашками. Она держала конюшню и, наверное, проявила бы интерес к чистокровному скакуну Фица. Эта гордячка все свободное время проводила в манежах и на скачках. Женившись на ней, Фиц обрек бы себя на постоянную жизнь в Лондоне. Чем бы он здесь занимался? Азартными играми? Проматывал бы состояние жены, не имея никакой цели в жизни?
— Я извещу вас, когда мне понадобится экипаж, — сказал Фиц, пряча деньги в карман.
В хорошем настроении он вышел из кабинета Ника. Теперь у него было немного денег и, кроме того, он надеялся, что на балу у Атертонов завяжется карточная игра по-крупному, — возможно, ему и там повезет.
Пенни, наверное, уже лежала в кроватке, которая была приобретена на ссуду, полученную от Квентина. Ее няня сейчас громко храпела во сне. Фиц невольно улыбнулся, вспомнив, как дотошно мисс Мерриуэзер расспрашивала его о дочери. Леди Энн вряд ли стала бы делать это.
Идея жениться на дочери герцога, одержимой гордостью, казалась ему крайне неудачной. Пусть уж лучше Джефф ухаживает за ней.
— Погодите, Фиц! — услышал он вдруг голос Монтегю.
Стоявший уже на крыльце дома Фиц обернулся, и в этот момент ему в голову едва не угодил камень. Он инстинктивно пригнулся, и с его головы в грязь упала шляпа. Вслед за этим мимо него снова просвистел камень.
Что, черт возьми, происходит?!
— Назад, в дом! — закричал Монтегю, бурно жестикулируя.
Обстрел камнями продолжался, сопровождаясь нецензурной бранью. Фиц не имел возможности разглядеть своего обидчика. Ему ничего не оставалось, как только подхватить шляпу и снова взбежать по ступеням в квартиру Ника.
— Похоже, этот шалопай стрелял из рогатки, — морщась от отвращения, сказал Монтегю. — Что за люди! Какой идиот может пользоваться детской игрушкой?
— Пьяный. Вы разобрали, что он орал? — спросил Фиц, с сожалением рассматривая свою испачканную помятую шляпу.
— У этого придурка был сильный акцент. По-моему, что-то вроде: «Ты должен мне кучу денег!»
— Кредиторы активизировались, узнав, что я жив, — мрачно заключил Фиц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
