– Погода была настолько плохая, что мы даже не смогли выехать из Замка и переночевали там, в безопасности и с удобствами.
– И это замечательно, миледи, это очень приятно слышать!
Когда Пандия подошла к лестнице, дворецкий спросил:
– Как миледи распорядится относительно ланча? Прикажете подать в будуар?
– Это было бы очень удобно, я немного устала в дороге. – И, помедлив, добавила: – А к чаю приедет лорд Сильвестер!
– Очень хорошо, миледи, где вы примете его? В гостиной?
– Да, и распорядитесь обо всем, что нужно!
Поднимаясь по лестнице, она смаковала радостное возбуждение от мысли, что опять увидит лорда Сильвестера. Хорошо, что гостиная этого дома так же прекрасно подходит для их встречи, как и Серебряная комната в Замке.
* * *
Пандию встречала Иветта, и, как только госпожа закрыла за собой дверь, служанка с волнением спросила:
– Все в порядке, m’mselle?
– Да, все просто чудесно, за исключением того, что из-за снегопада мне не удалось вернуться вчера вечером.
– Я беспокоилась, что в такую непогоду вы собьетесь с пути!
– Ну, как видите, ничего плохого не случилось.
Иветта помогла Пандии снять пальто. Она была очень заботлива и радушна.
– Сейчас посмотрю, во что вам можно переодеться и что бы вы могли забрать с собой, когда отправитесь в деревню!
Пандии вдруг очень захотелось съязвить, что раз Селена никогда не вспоминала о ней в эти годы, то ей тоже ничего не нужно от сестры, однако девушка понимала, какую глупость совершит, если откажется от платьев, тем более что Селена сама никогда бы не рассталась с тем, что ей нравится.
– Да, у мадам очень много платьев, – заметила Иветта, словно догадавшись, из-за чего переживала Пандия, – и часть из них она распорядилась отдать à les pauvres[7].
Пандия рассмеялась.
– У миледи есть костюм для верховой езды, который она уже не носит? Я смогу использовать его дома, когда будет возможность взять у фермера лошадь для прогулок. Увы, мой костюм стал мне тесен да и выношен чуть не до дыр.
– Как я прежде не подумала! – воскликнула Иветта, – Да у мадам два таких костюма! Они ей уже надоели.
– Можно мне ими воспользоваться?
– Предоставьте это мне. Aussi[8] есть платья, très jolies, très chic[9]. Мадам наденет платье раза три, а потом смотришь – они ей уже не подходят!
– Но это расточительно!
Однако Иветта, как типичная француженка, лишь пожала плечами:
– Милорд ведь такой богатый! И он хочет, чтобы мадам была toujours belle![10]
– Она и так всегда хороша, – возразила Пандия и немного смутилась при мысли, что таким образом сделала комплимент и самой себе.
Иветта помогла Пандии расстегнуть дорожное платье, но не преминула заметить:
– Это все же несправедливо, m’mselle, что у вас такая бедная одежда и вы живете в деревне, а вот у мадам есть все на свете!
И пока Пандия размышляла над тем, как ответить на это неодобрительное замечание, Иветта бойко продолжала:
– А у нас во Франции в семье все важны – grand-mère, grand-père, tous les enfants[11]. И все очень рады, что живут вместе. Я так скучаю по родным!
– Понимаю вас, – сочувственно отозвалась Пандия, – мне тоже не хватает отца и мамы…
– Неужели вы теперь совсем одна, m’mselle?
– Осталась только старая няня, которая вырастила нас с сестрой…
– Как это хорошо, m’mselle, любить близких! Но вы такая же красавица, как и мадам, и поэтому обязательно найдете себе хорошего мужа. Вам нужен любимый человек!
По интонации горничной Пандия поняла, что Иветта тоже мечтает о любви.
– Надеюсь, Иветта, и вы найдете себе того, кто вас полюбит и женится на вас!
– Да-да, m’mselle, специально для этого я коплю деньги, и у меня уже очень хорошее приданое. У нас, во Франции, с такими деньгами легко найти себе муженька!
– Ну, значит, живи я во Франции, – смеясь, заметила Пандия, – я бы осталась старой девой…
– Non, non, m’mselle, не надо думать о плохом. Вы обязательно выйдете замуж и тоже удачно, как мадам, и у вас будет много детей!
Пандия всегда об этом мечтала, но была уверена, что такого с ней никогда не произойдет. Войдя в будуар, где пахло цветами и где ее ожидал изысканный ланч, она не могла снова не подумать с тоской о Селене, у которой есть все материальные блага, а счастья при этом нет. Бедная Селена совсем не любит своего мужа, да и детей у нее нет.
Но наслаждаясь очень вкусной едой, приготовленной искусным поваром, Пандия не могла не думать также и о том, что Селена не только отведала всех благ роскошной жизни, но обрела и любовь.
И что же лучше: любить вне брака, отдавать себя возлюбленному со всей страстью, так, как это делали античные боги, и получать от этого ни с чем не сравнимую, пусть и греховную, радость, или прожить жизнь в одиночестве, наслаждаясь лишь воспоминаниями о любви?
Пандия не знала, как ответить на этот противоречивый вопрос, и гадала: а знает ли ответ на него лорд Сильвестер?
Глава шестая
После ланча Пандия переоделась в одно из самых хорошеньких платьев Селены. До появления лорда Сильвестера еще оставалось время, и она решила осмотреть дом. Интерьер оказался превосходным. Кое в чем убранство комнат напоминало о вкусах матери. Селена явно им подражала. Здесь было гармоничное сочетание красок, один оттенок незаметно переходил в другой, цвета были очень нежными. Такая гамма всегда нравилась маме, она стремилась к ней, отделывая их маленький дом в Литтл Барфорде. Селена тоже старалась следовать этому принципу, однако воплощала его на роскошной основе. Да, правду говорят, – отметила Пандия, – что дети почти всегда бессознательно впитывают впечатления от обстановки, в которой растут, и даже если им удается избежать упреков в подражательстве, то ранние впечатления и унаследованные вкусы все равно остаются у них на первом месте среди всех других предпочтений… Она бы с удовольствием обсудила это в беседе с отцом, зная, что у него обязательно нашлось бы немало интересных соображений на сей счет и он бы привел в доказательство много убедительных примеров. Увы, вспомнив об отце, она заново пережила горечь утраты – так же, как когда вернулась после похорон в их маленький деревенский дом на окраине…
– Что мне теперь делать с собственной жизнью? – вопрошала Пандия. Не решаясь думать о будущем, она постаралась сосредоточить все внимание на обстановке шикарного дома Селены, на картинах, висевших в гостиной, и на книгах из библиотеки старого герцога. Большая их часть представляла биографии знаменитых людей или автобиографии государственных деятелей, а еще там были скучные даже на вид оригиналы речей, звучавших в Палате Лордов или в парламентах других стран… Интересно, а сама она, будь женой такого вельможи, как покойный герцог, который, очевидно, занимался государственными делами, тоже старалась бы вникать во все важные проблемы, чтобы после с уверенностью говорить с супругом о том, что его интересует? Впрочем, Пандия знала темы, на которые ей действительно хотелось бы говорить, и знала с кем. К тому же она то и дело ловила себя на мысли, что каждые две-три минуты глядит на часы, поражаясь тому, как медленно течет время!
