мы.
Я напрягся.
Пьер и Эсмеральда. Одни? Едят мороженое. Наедине? Только они? Она с ним? Наедине?
Нет, нет, нет. Мне это не нравится. Но, будучи не в состоянии логически объяснить вслух, почему я не хотел, чтобы она ехала с ним, я не мог ничего сделать, кроме как стиснуть зубы.
— Я бы с удовольствием, — сказала она, но грустно улыбнулась. — Но я отправила своего главного охранника, Шехрияра, с принцем Аршем и остальными, и, вероятно, будет поздно к тому времени, когда они вернутся после ужина в ресторане. Я не думаю, что Шер был бы очень рад, если бы я пошла куда — нибудь без него.
— Ты уверена? Я уверен, мы могли бы что — нибудь придумать с охраной, которая осталась.
— Возможно…Но, может быть, мы могли бы сходить в другой раз, когда Шехрияр будет здесь?
Я задумчиво уставился на золотистую, кристально чистую жидкость в кружке передо мной.
Должно быть, я сошел с ума. Она свела меня с ума. Это было единственное объяснение, почему я рассматривал такое предложение. Эсмеральда так сильно заморочила мне голову, что я сошел с ума.
Сначала догонялки под дождем. А теперь это.
Я редко ел мороженое летом, и, боже упаси, никогда в середине зимы. Мне и так всегда было достаточно холодно.
Но если бы она пошла с мной…
— Я мог бы отвезти тебя, — три головы повернулись ко мне, и я понял, что сказал это вслух.
Чёрт.
Я прочистил горло.
— Моя охрана всё ещё здесь. Если мы скажем Шехрияру, куда направляемся, я уверен, он не будет против.
Она выпрямилась на стуле, выражение её лица было таким же ярким, как свет.
— Правда? Ты уверен? Они не будут возражать?
— Хм, я уверен.
— Подожди, что? — Пьер озадаченно огляделся.
— Это звучит как замечательная идея, — весело добавил Нур. — Мы исключим десерт из меню, чтобы вы могли отправиться сразу после ужина.
— Было бы неплохо, — сказала Эсмеральда, её сияющий взгляд тяжело опустился мне на грудь.
Победить Пьера было приятно, но осознание того, что моё предложение вызвало такое выражение на её лице? Это было чертовски грандиозно. Заставило меня почувствовать себя самым важным и могущественным мужчиной в мире.
— Чувак, — воскликнул Пьер, обращаясь ко мне. — Ты что, только что украл у меня девушку?
Я чуть не усмехнулся. Как будто я когда — нибудь позволил бы ему пригласить её на гребаное свидание.
Чёрт…С каких это пор я стал таким собственником?
* * *
— Кажется, я переела, — простонала Эсмеральда.
Она откинула голову на подголовник, сидя на противоположном сиденье у окна. Обеими руками она обхватила живот между отворотами темно — зелёного пальто. Выражение дискомфорта на её лице было освещено уличными фонарями, мимо которых мы проезжали по дороге, направляясь обратно во дворец.
Я хмыкнул.
— Тебе не обязательно было доедать всё мороженое.
По предложению главы моей службы безопасности Рокко и Гэри, моего личного водителя и телохранителя, мы с Эсмеральдой сразу после ужина отправились в небольшое семейное кафе — мороженое в получасе езды от дворца. Ужин, который, в конце концов, был только для нас двоих.
К счастью, мороженое было не единственным блюдом в их меню, поэтому я выбрал небольшую порцию блинчиков, а Эсмеральда заказала мороженое с начинкой. Честно говоря, я был удивлен, что ей удалось всё съесть. Но она явно страдала от последствий того, что съела всё целиком.
— Но это было так вкусно, — вздохнула она. — Не думаю, что я когда — либо пробовала мятное мороженое, которое было бы таким вкусным. Мне следовало попросить рецепт.
— Или мы могли бы сходить туда ещё раз.
Её голова оторвалась от подголовника, и она с удивлением посмотрела на меня. Я, вероятно, смотрел на неё в ответ с таким же удивлением. Чёрт, я не подумал, прежде чем заговорить.
— Правда?
Я потянул себя за ухо.
— Хм. Если хочешь.
На её губах расцвела улыбка, вокруг глаз появились морщинки.
— Да, — затем она застонала, потирая живот, словно протестуя против этого замечания. — Но давай пока не будем говорить о том, чтобы уехать снова туда пойти. Не сейчас. Пожалуйста.
Её излишняя драматичность вызвала у меня приступ смеха. Я посмотрел в окно и покачал головой, прижав кулак к губам, чтобы скрыть затянувшуюся улыбку. Милая.
Когда у меня закололо в затылке, я оглянулся на неё. Ее глаза были огромными и круглыми, когда она сидела совершенно неподвижно. Я неловко поерзал.
— Что?
— Ты… — произнесла она с придыханием. — Ты только что рассмеялся.
Пламя пробежало по моему лицу, сведя брови вместе. Я потерла ухо. Это не было похоже на то, что я совершил преступление, но по какой — то причине я чувствовал себя так, словно меня поймали с поличным.
— Нет, я этого не делал, — проворчал я.
— О боже, ты рассмеялся, — её губы растянулись в широкой улыбке. — Ты это сделал. Ты смеялся!
Я сильнее потянул себя за ухо.
— Вовсе нет, — прорычал я.
— Ворчун Кай рассмеялся! — она хихикнула, практически подпрыгивая на сиденье. Но затем она упала с болезненным стоном, прижав руку к животу. Приступ паники рассеял моё смущение. Я наклонился к ней, сжал её плечо и посмотрел прямо ей в лицо.
— С тобой всё в порядке?
Она криво улыбнулась.
— Да. Просто слишком сытая. Смеяться больно.
Я покачал головой.
— Тебе не следовало есть съедать всё, Эсмеральда.
— Но это было так вкусно. Я буду в порядке, как только пройдусь. Пяти этажей дворца должно хватить.
Пять этажей дворца или…Поблизости был парк.
Чёрт, я потерял самообладание. Я? В парке? Холодным зимнем вечером? Никогда. По крайней мере, никогда раньше.
— Гэри, — позвал я, повернув голову к водительскому сиденью передо мной.
— Да, ваше высочество, — ответил он, не отрывая взгляда от дороги.
— Ты можешь отвезти нас в Центральный парк?
— Э — э, — неудивительно, что голос Гэри звучал растерянно. — Конечно. Я сообщу Рокко об изменениях.
— Мы едем в Центральный парк? — повторила Эсмеральда с волнением на лице. Мои брови нахмурились ещё сильнее.
— Я не могу допустить, чтобы всю дорогу обратно во дворец ты жаловалась, что тебе больно.
Очевидно, я бы лучше вышел на холод. То, что эта девушка заставляет меня делать для неё.
* * *
Как и ожидалось, в парке было чертовски холодно.
Наше дыхание мгновенно превратилось в пар, траву покрыл тонкий слой инея, и вокруг нас не было ни единой живой души. Кроме нас, была моя команда безопасности, когда мы шли между рядами фонарей, отбрасывающих тени между голыми, тонкими деревьями, разбросанными по дорожке.
Но пока я
