Лермонтов себя не убил. Он убил своего героя. И таким способом смог пережить то ужасное положение, в котором вдруг оказался. Да и молодость брала свое, и новый 1832 год он встретил на маскараде в Благородном собрании. Даже пришел туда в костюме астролога и раздавал дамам экспромты с предсказаниями. Но мысли о смерти стали главными мыслями и для 1831, и для 1832 года. Смерть начинает у него принимать все более конкретный облик. Она связана с мыслями о матери, отце, отверженности в любви.
Юрий Петрович болел чахоткой – тем же недугом, от которого умерла мать Лермонтова. Испытания последних лет – тяжелое финансовое положение (пришлось закладывать имение), нежелание Арсеньевой «уступить» ему сына, страх самого Мишеля обидеть бабку, согласившись уехать с отцом в Кропотово и – бросить постылый университет, ускорили развитие болезни. Он умер, по одним сведениям, 1 октября 1831 года, по другим – в начале 1832 года, но точно до мая, когда занимавшийся делами Елизаветы Алексеевны Григорий Васильевич Арсеньев писал в тульское Дворянское собрание с просьбой внести Михаила Юрьевича в дворянскую родословную книгу Тульской губернии.
И был оглашен текст его завещания:
«Во имя Отца, Сына и Св. Духа. Аминь.
По благости Милосердного Бога, находясь в совершенном здравии души и тела, нашёл я за нужное написать сие моё родительское наставление и, вместе, завещание тебе, дражайший сын мой Михаил, и, как наследнику небольшого моего имущества, объявить мою непременную волю, которую выполнить в точности прошу и заклинаю тебя, как отец и христианин, будучи твёрдо уверен, что за невыполнение оной ты будешь судиться со мною перед лицом Праведного Бога. Итак, благословляю тебя, любезнейший сын мой, Именем Господа нашего Иисуса Христа, Которого молю со всею тёплою верою нежного отца, да будет Он милосерд к тебе, да осенит тебя Духом Своим Святым и наставит тебя на путь правый: шествуя им, ты найдёшь возможное блаженство для человека. Хотя ты ещё и в юных летах, но я вижу, что ты одарён способностями ума, – не пренебрегай ими и всего более страшись употреблять оные за что-либо вредное или бесполезное: это талант, в котором ты должен будешь некогда дать отчёт Богу!.. Ты имеешь, любезнейший сын мой, доброе сердце – не ожесточай его даже и самою несправедливостью и неблагодарностию людей, ибо с ожесточением ты сам впадёшь в презираемые тобою пороки. Верь, что истинная нелицемерная любовь к Богу и ближнему есть единственное средство жить и умереть покойно.
Благодарю тебя, бесценный друг мой, за любовь твою ко мне и нежное твоё ко мне внимание, которое я мог замечать, хотя и лишён был утешения жить вместе с тобою.
Тебе известны причины моей с тобой разлуки, и я уверен, что ты за сие укорять меня не станешь. Я хотел сохранить тебе состояние, хотя с самою чувствительнейшею для себя потерею, и Бог вознаградил меня, ибо вижу, что я в сердце и уважении твоём ко мне ничего не потерял.
Прошу тебя уверить свою бабушку, что я вполне отдавал ей справедливость во всех благоразумных поступках её в отношении твоего воспитания и образования и, к горести моей, должен был молчать, когда видел противное, дабы избежать неминуемого неудовольствия.
Скажи ей, что несправедливости её ко мне я всегда чувствовал очень сильно и сожалел о её заблуждении, ибо, явно, она полагала видеть во мне своего врага, тогда как я был готов любить её всем сердцем, как мать обожаемой мною женщины!.. Но Бог да простит ей сие заблуждение, как я ей его прощаю…»
Далее, уже перед смертью, Юрий Петрович дописал хозяйственные распоряжения – как поступить с имением, кому и какую долю выделить. Ношу эту он возложил на своего сына:
«Выполнением в точности сего завещания моего, дражайший сын мой, ты успокоишь дух отца твоего, который, в вечности, благословлять и молить за тебя у Престола Всевышнего будет».
Поставил дату и подписался: «Отец твой Юрий Петров Лермантов».
Ответом на чувство полной потерянности, пустоты, боли могли стать только стихи. В тот год Михаил пишет и «Ужасная судьба отца и сына – жить розно и в разлуке умереть», и стансы из трех строф, от которых оставил только вторую строфу, по которой они и получили название, – «Пусть я кого-нибудь люблю». Но в первоначальном виде стихотворение выглядело так:
Гляжу вперед сквозь сумрак лет,Сквозь луч надежд, которым нетОпределенья, и ониМне обещают годы, дни,Подобные минувшим дням,Ни мук, ни радостей, а тамКонец – ожиданный конец:Какая будущность, Творец!
Пусть я кого-нибудь люблю:Любовь не красит жизнь мою.Она как чумное пятноНа сердце, жжёт, хотя темно;Враждебной силою гоним,Я тем живу, что смерть другим:Живу – как неба властелин —В прекрасном мире – но один.
Я сын страданья. Мой отецНе знал покоя по конец.В слезах угасла мать моя;От них остался только я,Ненужный член в пиру людском,Младая ветвь на пне сухом;В ней соку нет, хоть зелена, —Дочь смерти – смерть ей суждена!
Университетские занятия Мишель практически забросил, в аудиториях либо вообще не присутствовал, либо сидел углубившись в книгу. Перед рождественскими праздниками, когда проводился экзамен за полугодие, Лермонтов поссорился с профессором Победоносцевым, читавшим изящную словесность, – отвечал на вопрос блестяще, но не по его лекциям, а в ответ на замечание дерзко отвечал: «Это правда, господин профессор, того, что я сейчас говорил, вы нам не читали и не могли передавать, потому что это слишком ново и до вас еще не дошло. Я пользуюсь источниками из своей собственной библиотеки, снабженной всем современным». На летний экзамен он и вовсе не явился. Вместо этого он пришел забирать документы и со справкой о прослушанных курсах отправился переводиться в другой университет – Петербургский. Однако там Лермонтова ожидало большое разочарование: взять его могли только на первый курс. Начинать обучение сызнова ему не хотелось. Он выбрал другой путь, ужаснувший его бабушку, – школу подпрапорщиков и юнкеров.
Часть 3
Петербург
Бегство. Компромиссы судьбы
Бабушка, конечно, знала, что характер у внука трудный, но чтобы настолько… Сделал все возможное и невозможное, чтобы избавиться от Московского университета. Не пожелал потерять всего год, чтобы получить образование в Петербургском! А ведь после университета открывалось столько возможностей для блистательной карьеры с хорошим доходом! Не сказал ни единого слова и решил судьбу самостоятельно, ни с кем не посоветовавшись. Особенно – с ней. Вместо достойного гражданского поприща выбрал военную службу. Молодой человек, который пишет стихи, занимается живописью, музицирует…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
