— Что такое? — громко спросила Керсти, заметив замешательство Тифони.
— Шкатулка! — отозвалась она, стараясь перекричать грохот обвала.
— Нет времени! Уходим, пока нас не завалило.
Взбежав по ступеням оказавшейся перед ними лестницы, они очутились на площадке, окруженной со всех сторон трубами, выпускающими клубы удушливого дыма.
В красном небе висел граненный ромб, отбрасывая холодный свет. Внизу, сквозь дымку испарений, виднелись крыши и перегородки лабиринта, уходящего за горизонт. Туннель дрогнул от мощного взрыва, образовав в его стене чудовищную брешь. Поднялся ураган, сметающий все вокруг. Развалившаяся стена туннеля соприкасалась своей внешней стороной с безвоздушным пространством, выдаваясь далеко в космос. Вакуум вытягивал газ, наполняющий лабиринт, и выгонял его в межзвездную пустоту, выравнивая давление. Лучи пентаграммы должны где-то сходиться. И именно здесь, в неизвестных глубинах космоса, они соединялись.
Идея построить дом, не имеющий выхода, стара как мир. Лабиринт зародился в чьем-то воспаленном воображении, как тессеракт. Гиперкуб, имеющий четыре измерения. Восемь его кубов образовывали стороны. Сто шестнадцать тессерактов представляют собой перевернутый крест в четвертом измерении или сто шестнадцать крестов в третьем. В пятом они образуют гигантский субкуб с выходами в любой точке Вселенной. Так был построен лабиринт. Таким его задумало чье-то безумное сознание.
В образовавшуюся пробоину потоком устремился воздух, сбивая с ног Керсти и Тифони, цепляющихся за уступы стен. Столбы пыли крутились вокруг них, уносимые прочь.
— Держись, Тифони! — кричала Керсти, ухватившись за обломок кирпича, застрявшего в трещине стены.
Пальцы ее побелели от напряжения, они разжимались от усталости, Тифони усилием воли заставляла свое тело подчиняться. Но через какое-то время ее рука все же выпустила край каменной глыбы, лежащей посреди туннеля. Воздушный поток подхватил ее, увлекая в пролом. Тифони уже не надеялась на спасение, когда Керсти удалось одной рукой схватить ее за запястье, держась за кирпич другой рукой.
— Скорее… Уцепись за что-нибудь!.. — закричала она.
Тифони уперлась ребристой подошвой кроссовки в выступ стены и уцепилась пальцами за выступ между плитами пола, отпуская руку Керсти.
Воздушные вихри свистели, проносясь по туннелю мимо девушек. Внезапно на площадку вылетела Джулия, державшаяся за бетонную балку. Голубое платье трепетало на ней, готовое вот-вот сползти. Каштановые волосы развевались на ветру, она намертво вцепилась в балку одной рукой, сжимая в другой шкатулку.
— Ты никогда не могла долго держаться за что-нибудь, Керсти! — прокричала она сквозь завывание и гул урагана.
Крепко сжав зубы, Керсти обхватила обломок, стараясь получше закрепиться ногами. Камни неслись мимо, с грохотом катясь по полу и устремляясь в пролом со скоростью метеоритов. В космосе они становились межзвездными скитальцами, постепенно переходя с орбиты на орбиту.
Кроссовка сорвалась с ноги Тифони, и девушка повисла на одной руке, из последних сил сопротивляясь напору воздушного потока.
— Тифони! Держись за меня!
Тифони вцепилась в руку, которую протянула ей Керсти. Плиту, за которую она держалась, вдруг вырвало из пола, и та исчезла в проломе. Теперь Тифони оставалась на площадке только благодаря нечеловеческим усилиям Керсти.
Джулия подала Тифони раскрытую ладонь.
— Нет! — закричала Керсти. — Не трогай ее! Держись за меня!
Тифони подняла руку и стала вслепую ощупывать все вокруг себя в надежде найти какую-нибудь впадину или выступ.
Джулия схватила ее руку и потянула к себе. От сильного напряжения кожа на ее спине затрещала и лопнула. Джулия взвыла от боли. Под напором ветра кожа завернулась и разлетелась в стороны, оставшись в руке Тифони. Тело Джулии, ударившись несколько раз о каменные выступы и обагрив их кровью, стрелой вылетело в дыру. Джулия еще пыталась сопротивляться, уцепившись за край выступа зубами и изодранными до костей пальцами, но ее смело огромным камнем, стремительно катившимся по туннелю под действием урагана. Лишь только тело Джулии вынесло в холодные бездны космоса, с потолка туннеля сорвалась гигантская каменная плита и полностью загородила собой расщелину. Воздушный поток ударился об нее и волной отошел назад. Тонкий свист оповещал, что в щель еще выходит кислород.
Полностью обессилев и еле дыша, Керсти и Тифони лежали в туннеле на полу среди камней; им, израненным и измученным в схватке за жизнь, сейчас необходим был отдых.
— Ты в порядке? — прокричала Керсти, еще не привыкнув к наступившей тишине.
— Да, — ответила Тифони и поднялась на ноги, покачиваясь от слабости.
Керсти тоже встала. От ее тоненькой белой блузки на спине остались одни лохмотья. Она сняла ее и надела задом наперед, завязав на груди узлом.
— Так будет лучше, — прокомментировала она свои действия и прижалась к Тифони. — Надо выбираться…
— Надо, — согласилась та и побрела по усыпанному камнями туннелю.
И без того неяркий свет стал еще тусклее из-за кружившейся в воздухе пыли. Многовековая пыль стояла плотной завесой, поднятая ураганным ветром, и теперь медленно оседала на стены и пол лабиринта. Идти в этом пыльном облаке было трудно, везде валялись груды щебня и куски породы, загораживая проход. Так что девушки двигались почти вслепую, на ощупь.
Керсти, то и дело спотыкаясь, шла за Тифони, вытянув вперед руки. Но долго держать их на весу она была не в состоянии — мышцы дрожали и ныли после недавней схватки со стихией.
— В какую же нам сторону? — спросила Керсти.
В горле першило, замучивший их кашель, мало помогал забитым пылью легким.
— Не знаю, — пожала плечами Тифони, поворачивая за выступ стены.
— Чертов погреб! — зло крикнула Керсти и запустила в стену здоровенным булыжником.
Стена раздвинулась, открыв узкую неровную щель. Видимо, в этом месте стены был скрыт механизм, и удар камня привел его в действие.
Из трещины брызнул свет, заливая все вокруг и теряясь где-то среди пыли и хаоса. Цветная плитка в шахматном порядке устилала пол по ту сторону стены.
Керсти заглянула в пролом. Ярко выкрашенные стены напомнили ей институт Женерро.
— Клиника, — прошептала Тифони, тоже прильнувшая к отверстию.
Как только девушки пролезли сквозь щель, стена за ними сомкнулась, ничем не выдавая скрытого прохода.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
— Папа прости! — сквозь слезы проговорила Керсти, сидя на больничной кровати. — Прости меня…
Тифони сидела рядом и нежно гладила Керсти по голове, стараясь облегчить ее страдания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
