что говорил, чувства, которые испытал… будто обрывки снов, которые не хочется покидать перед пробуждением.
На третий день отдыха после ужина мы отправились гулять по душным улицам прибрежного захолустья. На ней был легкий белый сарафан, а волосы сильно кудрявились от влажного морского воздуха. Погруженные в собственные мысли, мы шли по парку с круглым фонтаном и чувствовали приближение неизбежного, естественного поступка. Такое невозможно стереть из памяти… и да, это имеет отношение к фестивалю.
Восемь лет рядом с любовью всей жизни, я был помолвлен! Без этих отношений, не было бы самого фестиваля. Сначала в качестве хобби, затем на полную катушку я формировал её образ, выбирал одежду, управлял соцсетями, копирайтил, фотографировал, фотошопил, монтировал, вел переговоры с рекламодателями, удалял дикпики… Я делал все для единственной музы, которая вдохновляла меня своей красотой и верностью.
Это непередаваемо прекрасно чувство – видеть, как любовь меняет возлюбленную и окружающую реальность к лучшему. Моя голова плюс её обаяние породили секс-символ целого города и хоккейной спортивной лиги. Всего за несколько лет она стала знаменитостью, которую обожали и узнавали на улице. Наша магия притягивала болельщиков, спортсменов, знаменитостей, чиновников, блогеров, журналистов, спонсоров, политиков, извращенцев, завистников, хейтеров, эсэмэмщиков, бизнесменов и всех остальных, до кого можно было дотянуться.
Одной внешности было недостаточно, красота лишь инструмент, который можно использовать по-разному. Для кого-то это заработок, для кого-то смысл жизни, для кого-то способ самовыражения, для кого-то предмет восхищения, созданный самой природой, а для кого-то все сразу.
К сожалению, мужчины Этой страны не осознают и не ценят в полной мере изобилие женской красоты вокруг себя. С потребительским отношением не стоит надеяться на нечто большее “позади голубых глаз”[16]. Общество по умолчанию выдает авансы внешне одаренным, зачастую игнорируя прочие важные качества. Победа в генетической рулетке способна атрофировать стремление к личностному росту, ведь если вы хороши собой, вам простят паршивый характер, а глупость сочтут милым дополнением. Во времена особо эффективной манипуляции общественным сознанием, животные импульсы первостепенны, и красота отличный проводник для пиарщика или маркетолога. Но я видел в ней нечто большее. Это была настоящая любовь.
Я транслировал через нее популярные в регионе образы и темы, ориентируясь на максимально широкую аудиторию. Национализм, политика, спорт, культура, юмор, “фотошоп”, “премьер” и “афтер эффект” сформировали достойного лидера общественного мнения Новой Атланты. Уже тогда я понимал, что при дальнейшем развитии, её слова будут иметь вес.
Следующей вехой стал хоккей. Я часто водил ее на игры местной команды и прививал любовь к этому виду спорта. Хоккей на льду был и остаётся предметом гордости жителей Новой Атланты. Игроков до сих пор боготворят, атрибутику покупают и с гордостью носят, а плей-офф официально приравнен к священному посту.
Узнав из соцсетей о наборе в группу поддержки на льду, я отправил её участвовать в кастинге. Она хорошо каталась на коньках и прекрасно выглядела – идеальный кандидат. Не без уговоров и приключений, ей удалось пробиться в первый состав “ice girls”, став любимицей болельщиков и фотографов. Подсобил рабочий топик с огромным декольте, в котором ее буфера казались на два размера больше. Через несколько месяцев ее фото красовалось на официальном сайте хоккейной лиги с заголовком “Исторический разрез сезона”.
Тысячи болельщиков Новой Атланты были в восторге от нового украшения. Во время проката вдоль бортов, публика восторженно ахала, когда она махала ручкой и пускала воздушные поцелуи. Она радовалась вниманию и была счастлива.
Профессиональные спортивные фотографы с большим удовольствием ловили в объектив красотку, бесплатно создавая качественный контент за отметку в инсте. В описаниях под фото я поддерживал команду и описывал реальные проблемы лиги, о которых журналисты и СМИ не могли говорить вслух.
Активность в её соцсетях на тему спорта стала соперничать с официальным аккаунтом хоккейного клуба, меня заметили. Оформив резюме в виде коллекционной спортивной карточки, я заявил на собеседовании что курирую аккаунт звездочки из группы поддержки. С таким кейсом, без связей я устроился на должность специалиста по связям с общественностью, начав пиарить любимую команду и девушку одновременно. Впоследствии, я не раз огребал от руководства за то, что ставил в приоритет её продвижение за счёт клуба, а не наоборот…
Количество поклонников в соцсетях становилось все больше, только органический рост без накруток. Она входила в тройку лучших аккаунтов региона за счет активной и живой аудитории. Следуя ранее обозначенным принципам, ее образ оставался независимым и веселым, актуальные инфоповоды любых масштабов обыгрывались фото/видеомонтажем и цепляющим описанием. Ее цитировали, публиковали и репостили. Лучшие фотографии мгновенно разлетались по тематическим каналам.
Аудитория ее аккаунта отличалась от прочих со схожим содержанием и числом поклонников. Спермотоксикозных грубиянов и обиженных на жизнь завистников мы жестко фильтровали, но преданных и адекватных всегда было большинство. Они наслаждались образом, которым я играл и манипулировал в их головах.
И все-таки ее подписчики – отдельный предмет для гордости. Учитывая высокий уровень медиаконтента и качественный копирайтинг, ее поклонниками становились не только болельщики. Я пристально следил за качеством аудитории. В реакциях под постами то и дело мелькали знаменитости, топ-менеджеры, политики, маркетологи, блогеры и прочие непростые, влиятельные и платежеспособные люди.
С многотысячной поддержкой мы без труда попали на конкурс “Топ-100 самых красивых девушек по версии журнала Sаша”. Десять претенденток на обложку выбирали онлайн голосованием, что для нас приравнивалось к официальному приглашению в финал. Отправив заявку на участие, мы бросили клич в соцсетях и ожидаемо попали в следующий раунд благодаря активности подписчиков. Купив билет на самолет, я с напутствиями отправил ее в столицу, где она чудно провела время. Попасть на обложку не удалось, но порцию заслуженного хайпа мы получили. По возвращению в Новую Атланту, кто-то из подписчиков скинул на почту видео теребонькающей на веб-камеру победительницы, и досада от упущенного глянца испарилась.
Время от времени поступали предложения о рекламе, сначала за бартер, затем за деньги. Я старался не забивать ее соцсети коммерцией, уважая аудиторию, которая ценила такой подход. Мы соглашались на рекламу, когда из товара или услуги можно было сделать креативный и вовлекающий пост, и то не всегда. Тогда блогерство было лишь подработкой и не приносило существенного дохода. Чтобы расти дальше, нужно было концентрироваться на развитии, а не заработке.
Моей зарплаты пиарщика едва хватало, и я постоянно ломал голову над тем, как монетизировать ее популярность не в ущерб репутации и доверию подписчиков. Так родился “сисьверг”.
Голоса в голове прошептали слова, услышав которые вы бы не поняли, чего они стоя. Идеи вообще крайне беззащитны и быстро теряют значимость
