Голос донесся со второго этажа, и Эмили надеялась, что Ник пошел в спальню хоть что-то надеть на себя. Правда, он и в одежде был достаточно соблазнителен...
— Нет, — отозвалась она. — Но могу, если он и дальше будет изводить меня.
Буквально через три секунды Ник влетел на кухню. Он успел надеть джинсы, но не застегнул их. Ругаясь, он схватил Гизи. Кот повис у него на руках и замурлыкал.
— Да ладно, — сказала Эмили, — брось его. Он просто хочет есть.
— Я из него самого сделаю гамбургер, если ты из-за него упадешь.
Эмили широко раскрыла глаза и отобрала у него кота. Она почесала у Гизи под подбородком.
— Мужчины. Все вы одинаковые — злые, когда голодные. Ладно, уходи отсюда, если хочешь, чтобы я что-нибудь приготовила.
— Опусти его на пол, он слишком тяжелый, — отозвался Ник.
— Иди, иди, — приказала Эмили, но улыбка смягчила ее тон. — И не волнуйся, я с ним справлюсь. Гизи проголодался и просит поесть. Обычно он ест гораздо раньше.
Сердитое выражение исчезло с лица Ника, и он протянул руку, чтобы погладить Гизи, при этом мягко коснувшись груди Эмили.
— Ник, — простонала она.
— Знаю, знаю. — Он нежно посмотрел на нее, как бы лаская взглядом все ее тело.
Эмили качнулась к нему навстречу, но тут же взяла себя в руки. И дело было вовсе не в том, что она так долго не имела близости с мужчиной. Ей просто нравилось ощущать себя нормальной женой, привыкшей к вниманию мужа.
Реальность, а не чувственные фантазии...
Пейдж посоветовала сымитировать нормальный брак, чтобы создать для Ника «зону безопасности». Но эта зона была совсем не так безопасна для ее сердца. Для их дружбы.
Ник отступил назад.
— Я скоро вернусь, — пообещал он и вышел из кухни.
— Му-у-ур, — требовательно повторил Гизи.
Эмили опустила огромного кота на пол.
— Избалованный кот, — с любовью произнесла она. Открыла пачку кошачьего корма и наполнила его миску. — Вот. И не обвиняй меня, если когда-нибудь лопнешь от обжорства.
Ник снова спустился по лестнице, на ходу застегивая рубашку. Он пребывал в самом радужном расположении духа. Брак — великая вещь. А брак с Эмили — тем более.
Он заметил, что к их дому подходит почтальон, и взял со столика пачку писем, приготовленных Эмили к отправке.
Гмм... счета.
Ясное дело, что Эмили принадлежала к тем людям, которые исправно платят по счетам. Он с любопытством просмотрел их, надеясь найти какую-нибудь зацепку для памяти. Но ничего такого не было.
Телефонные счета... Наверняка из-за его частых отлучек они платят огромные деньги за переговоры.
Электроэнергия. Налоговая компания в Сиэтле.
Неожиданно что-то насторожило Ника в этих счетах. Налоговая компания? Две закладные и налоговая компания?
Ему это показалось странным, и он вскрыл конверт, уговаривая свою совесть, что должен же знать хоть что-то о своей жизни. В конверте он обнаружил чек, к которому был прикреплен листок бумаги с его именем и адресом.
— Ты голоден? — раздался голос Эмили из кухни.
— Я бы выпил кофе с тостом.
— Только тост, и все? Ты должен съесть что-нибудь еще. Давай я приготовлю омлет. Ты всегда его любил.
— Как хочешь. — Ник засунул конверт с чеком в задний карман.
Завтрак прошел спокойно. Слишком спокойно. Эмили несколько раз с тревогой посмотрела на него, когда он без необходимости резко проводил вилкой по тарелке.
— Что-нибудь не так? — наконец спросила она.
— По-моему, этот вопрос всегда задаю я.
Она удивленно взглянула на него.
Сделав несколько глубоких вдохов, Ник постарался вернуть себе самообладание. Он, может быть, преувеличивает. Наверняка есть какое-то разумное объяснение этому чеку и адресу. Как, например, тем свадебным фотографиям.
— Извини, — пробормотал он.
Эмили кивнула, но лицо ее все еще оставалось озабоченным.
На завтрак у нее было молоко, апельсиновый сок, пшеничный тост и яйцо. Здоровый завтрак беременной женщины. Никакого кофе. Омлет только мужу. Все было нормально, но вкусный омлет застрял у него в горле.
— Не обращай на меня внимания, Ангел, — сказал он с вымученной улыбкой. — Просто мне надоело, что я ничего не помню.
— Понятно.
— А ты такая независимая. Даже не позволяешь мне как следует помочь тебе. — Ник сам понял, что в его голосе опять слышатся гнев и обида, и постарался подумать о чем-нибудь приятном. Но самое приятное, о чем он мог думать, опять-таки было связано с Эмили.
— Я вовсе не хочу, чтобы тебе было трудно со мной... — проговорила она. — И уж такая я есть. А... поскольку ты часто бываешь в отъезде, я приспособилась все делать сама.
Ник подумал о конверте у него в кармане. В отъезде? Он действительно уезжал или просто проводил время в Сиэтле? Могли ли они так быстро разойтись после женитьбы? И кто такая Кармен? Имя, записанное на спичечном коробке.
Надо выяснить. Надо вникнуть.
Пока Эмили прибиралась на кухне, он поднялся в спальню и нашел номер налоговой компании. Тяжело дыша, поднял трубку.
— «Говард и Уилкокс». Чем могу быть полезна? — раздался на другом конце провода молодой женский голос.
— Это Николас Карлтон...
— Привет, дорогой. — Голос моментально стал кокетливым. — Вернулся?
— Да. Я просто хотел узнать, получили ли вы мой чек.
— Еще не видела, дорогой. Проверю и перезвоню тебе.
— А... спасибо.
Он быстро повесил трубку. «Дорогой»? Это ужасно. И кто бы ни была эта женщина, она явно не знала, что он женат. Может быть, это и есть Кармен? Но нет. Номер на спичечном коробке был международный.
Вздохнув, Ник пошел в незаконченную детскую комнату. Посмотрел на банки с красками и инвентарь. Ему представилась Эмили, кормящая их ребенка. Он ясно видел рюшечки и кружева... И улыбающуюся маленькую девочку, похожую на свою мать.
А потом...
Может быть, у них будет еще ребенок. Мальчик, с которым он будет играть во дворе. Или еще одна девочка. Семья.
Но всего этого может и не быть.
Стараясь успокоиться, Ник тщательно накрыл собранную детскую мебель пленкой, потом открыл банку белой эмали, чтобы красить оконные рамы.
Эмили несколько раз останавливалась у двери, но он не обернулся и ничего не сказал. Нельзя выходить из себя и говорить то, о чем потом будешь жалеть. Они обсудят вопрос о его квартире и их брак в целом потом, после того как он успокоится.
Спокойно.
Разумно.
Без крика.
Он ровно клал мазки, как будто вся его жизнь зависела от того, насколько гладко у него это получится.
Спустя два часа Эмили снова остановилась в дверях.
— Пожалуйста, скажи мне, что случилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
