— Черт возьми, Ангел, — закричал Ник, — послушай, что я тебе скажу. Я люблю тебя. Я всегда тебя любил. И если бы ты не была такой упрямой, то призналась бы, что тоже любишь меня.
— Я не упрямая.
— Ты самая упрямая женщина на свете. Но я с ума схожу по тебе, так что придется мне с этим примириться.
— Большое спасибо. Только не делай мне одолжений. — Эмили улыбнулась. — Как ты думаешь, — прошептала она, наклоняясь к своему животу, — я могу ему верить?
Ребенок пошевелился, и Эмили вспомнила радость Ника при этом признаке жизни, которую они вместе создали.
Хорошо... значит, закоренелый холостяк решил стать отцом. Но это не означает еще, что он любит мать ребенка.
«Я люблю тебя... И если бы ты не была такой упрямой, то призналась бы, что тоже любишь меня».
Она не была упрямой. Решительной — да, конечно. Но это же хорошо.
— Я никуда не уйду, — предупредил Ник. — Рано или поздно ты меня все равно впустишь.
— Тебя просто сбили с толку амнезия и ребенок. — Голос ее звучал уже не столь дерзко. — Любая женщина, ставшая тебе женой, заставила бы тебя расчувствоваться.
— Неправда. Какая-то часть меня все равно тебя помнила... та часть, которая любит тебя. Ангел, если бы у меня были подружки, разве стал бы я проводить столько времени в Крокетте? Разве стал бы я сразу звонить тебе, как только возвращался из поездки?
Эмили дотронулась до замка. Она хотела верить ему.
— Посмотри мои фотоальбомы. Они все о тебе. Я даже сохранил ту ленточку, которую вытащил из твоих волос в первый день, когда мы познакомились. Помнишь?
Она помнила. Она помнила все веселые детские годы, помнила, как Ник всегда дразнил ее, но и всегда был рядом, поддерживал ее. Именно к нему она пошла после того, как рухнул ее брак. Именно Нику сказала о том, как хотела ребенка, и Ник помог ей в этом.
Всегда Ник.
Эмили открыла дверь. За широкими плечами Ника она увидела столько машин, что можно было снимать фильм катастроф. Раздались громкие крики, когда все увидели ее.
Ник широко улыбался.
— Не верю, что ты вызвала полицейских. Что подумает миссис Пикеринг?
— Не знала, что тебе не все равно.
Он посмотрел ей в глаза. Любящий мужчина, который называл ее своим Ангелом. Друг, которого она знала всю жизнь.
— Да, мне не все равно. Я немного глуп, Ангел. Двадцать пять лет я не мог понять, что люблю тебя. И всегда любил.
Эмили закусила губу. Она не сомневалась в нем. Слишком искренними, слишком любящими были его глаза.
— О Ник! — Зрители снова разразились восторженными криками, когда она упала в его объятия. — Я тоже люблю тебя.
Ник крепко сжимал ее, не в состоянии двинуться. Все хорошо. Она любит его. У них будет дом, дети и все, о чем он никогда не смел даже мечтать.
У него будет Эмили.
Он поцеловал ее, снова и снова шепча слова любви:
— Я люблю тебя, Ангел. Я буду всегда тебя любить.
ЭПИЛОГ
— Ангел!
— Ммм... да?
Ник открыл дверь и улыбнулся при виде жены, лежавшей в гидромассажной ванне. Повсюду горели свечи, они золотили кожу и волосы Эмили. Она выглядела томной и очень соблазнительной.
— Кэти в порядке? — спросила она.
Он закрыл за собой дверь и присел на край ванны.
— В порядке. Просто она хотела, чтобы ее папа обратил на нее внимание.
— Она скучала по тебе. — Эмили погладила его по руке. Узел волос рассыпался, и они погрузились в воду. — Мы обе скучали.
Невозможно было устоять против приглашения, проскользнувшего в ее улыбке. Ник начал расстегивать рубашку.
— Кажется, вечность тебя не видел, — пробормотал он, с трудом веря, что прошло всего четыре дня. Его поездка была рассчитана на неделю, но он рвался домой и, работая по восемнадцать часов в день, ускорил отъезд.
Теперь он ненавидел командировки. Ничего его не интересовало, если рядом не было Эмили. Николас Карлтон, закоренелый холостяк, пустил корни в маленьком городке.
И ему это нравилось.
Он обожал двухлетнюю дочь, так похожую на свою мать — с такими же золотистыми волосами и синими глазами. Он с ума сходил от радости, что стал отцом. Но больше всего он любил... Эмили. Одиночество, прежде неотделимое как тень, осталось в прошлом.
Улыбаясь, он снял рубашку и джинсы.
— Хочешь, искупаемся вместе?
— А ты уверен, что здесь хватит места на троих?
Ник замер. Трое? Он посмотрел на стройное тело Эмили и увидел новую жизнь в ее сверкающих глазах.
Трое.
— Ангел?
— Да, — просто ответила она.
— И сколько уже?..
Эмили рассмешило выражение его лица. Он был как ребенок в ожидании чудесного подарка. Она никогда не забудет тот день, когда родилась Кэти. Ник был таким гордым. Немного испуганным и восторженным.
Совершенный отец и муж.
Сильный. Любящий. Страстный. Сверхзаботливый, но не навязчивый. Он нисколько не изменился.
— Только пять недель, — объяснила она. — Пока никаких физических изменений, — добавила Эмили, как бы комментируя сводку погоды. — А вот это интересное физическое изменение, — она пальцем провела по его синим плавкам, потом безуспешно попыталась их снять.
С тихим страстным стоном Ник нырнул в ванну. Они засмеялись, обнаружив, что в воде проблему решить не легче. Нику пришлось повозиться, прежде чем удалось освободиться от плавок.
Их тела слились.
Иногда они занимались любовью стремительно и страстно, иногда неторопливо, тая от неги.
Сегодня был день неторопливых услад.
Улыбка тронула губы Эмили. Ее всю жизнь тянуло к Нику. Беременность или амнезия здесь совершенно ни при чем.
Внимание!Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
