Теперь пришла очередь более трудной части – вычислить, где может располагаться нужная квартира. Квартал, у которого я припарковалась, вполне мог обеспечить подобный вид на церковь. Однако угол несколько отличался, и, кроме того, на этой улице стояли лишь частные дома, а я была почти уверена, что та комната находится в многоквартирном доме. Я проехала еще по нескольким улицам и обнаружила то, что искала: несколько кварталов с многоквартирными домами.
Первое здание выглядело слишком хорошо для того, чтобы совпасть с моим видением. Та студия была невзрачной и запущенной. Еще два дома на этой улице казались более вероятными кандидатами. Я подъехала к каждому из них поочередно и обошла вокруг, пытаясь представить, какой вид открывается с этажа повыше. Эх, жаль, что в трансе я не разглядела парковку у дома! Тогда мне яснее бы было, какой этаж требуется. Поразмыслив, в конце концов я решила, что студия находится на третьем или четвертом этаже. Поскольку один из домов был двухэтажным, нужный определялся методом исключения.
Зайдя внутрь, я порадовалась, что прихватила с собой антисептик для рук. Коридоры выглядели так, словно здесь год не подметали. Стены – грязные, с облезающей краской. На полу валялся всякий мусор. В углах висела паутина, и я от души понадеялась, что здешний список ползучих тварей исчерпывался пауками. Если я увижу таракана, то могу и броситься наутек. В здании не имелось консьержки, которую можно было бы расспросить, поэтому я перехватила выходящую из дома женщину средних лет. Она остановилась, настороженно всматриваясь в меня.
– Здравствуйте, – сказала я, надеясь, что выгляжу неугрожающе. – Я ищу своего друга, но не знаю, в какой квартире он живет. Может, вы его знаете? Его зовут Маркус. У него татуировка на щеке.
Увидев непонимающий взгляд, я повторила вопрос по-испански. Теперь она поняла, но, едва лишь дослушав вопрос до конца, коротко качнула головой. Я даже не успела показать ей фотографию Маркуса.
Следующие тридцать минут я повторяла свой вопрос всем, кто входил и выходил из дома. Единственное, теперь я стояла у дверей, предпочитая ярко освещенную улицу замызганному подъезду. Некоторые жильцы определенно не заслуживали доверия, а двое парней смерили меня взглядами, которые мне совершенно не понравились. Я уже готова была сдаться, когда подошел маленький парнишка. На вид ему было лет десять, до этого он играл на парковке.
– Я знаю парня, которого вы ищете, – сказал мальчик по-английски. – Но его зовут не Маркус, а Дейв.
С учетом того, как трудно оказалось найти Маркуса, я совсем не удивилась, узнав, что он назвался другим именем.
– Ты уверен? – переспросила я и показала мальчику фотографию. – Это он?
Паренек закивал.
– Верхний этаж, четыреста седьмая квартира.
Я поблагодарила его, вернулась в подъезд и поднялась на четвертый этаж по лестнице, поскрипывающей на каждом шагу. Искомая квартира располагалась почти в самом конце коридора, рядом с квартирой, из которой неслась надоедливая музыка. Я постучалась. Ответа не последовало. Может, меня просто не услышали? Постучалась громче. И так же безрезультатно.
Я посмотрела на дверную ручку. Может, налить туда алхимических реагентов, чтоб ее разъело? Но я тут же отвергла эту идею. Даже в таком нереспектабельном доме соседи могут забеспокоиться, если увидят, как я вламываюсь в квартиру. А мне совершенно не хотелось привлекать внимания. Ситуация раздражала все сильнее. Не могу же я торчать тут весь день!
Я мысленно перебрала возможные варианты. Все говорят, что я очень умная. Наверняка должно существовать решение, которое сработает! Ждать тут в коридоре – не вариант. Совершенно неизвестно, сколько пройдет времени, прежде чем Маркус, он же Дейв, объявится. Да и, честно говоря, чем меньше времени придется просидеть в этой грязи, тем лучше. Если бы только существовал способ пробраться внутрь, не ломая…
И тут я придумала. И застонала. Способ мне не нравился, но зато он должен был сработать.
Я снова вышла на улицу и помахала мальчику – он тренировался прыгая по ступенькам.
– Ну чего, дома Дейв? – поинтересовался парнишка.
– Нет.
Мальчик кивнул:
– Он редко бывает.
Что ж, по крайней мере, это работает на мой сумасшедший план. Я оставила мальчика и обошла вокруг здания; на мое счастье, никого вокруг не было. Там, на противоположной стороне, прилепившись к стене, висела пожарная лестница – такой развалины я в жизни не видала. Если учесть, насколько жесткие в Калифорнии стандарты безопасности, поразительно, что никто о ней не доложил. Хотя, конечно, если бы кто и доложил, не похоже, что владелец здания поспешил бы принимать меры… судя по состоянию дома в целом.
Еще раз удостоверившись, что вокруг пусто, я остановилась в тени пожарной лестницы, надеясь, что она хоть сколько-то укроет меня. Извлекла из сумки один из амулетов, ожерелье из агата и перьев ворона, надела его и нараспев прочитала заклинание на греческом. Тепло магии потекло сквозь меня, но явных результатов я не увидела. Теоретически я должна была стать невидимой для тех, кто не знал, где именно меня выискивать. Но произошло ли это на самом деле, я сказать не могла. Полагаю, я это выясню, если кто-нибудь подойдет и потребует ответа: а чего это я лезу в квартиру по пожарной лестнице?
Но стоило мне взобраться на эту самую лестницу, и я чуть было не отказалась от своего плана – так она скрипела и раскачивалась. Металл настолько проржавел, что я не удивилась бы, рассыпься он под моими ногами. Я застыла, пытаясь набраться храбрости, чтобы двигаться дальше. Я напомнила себе – возможно, это мой единственный шанс найти Маркуса. Тот мальчик на парковке подтвердил, что Маркус действительно живет здесь. Нельзя упускать такой шанс.
Я судорожно сглотнула и двинулась дальше, с трудом передвигаясь от этажа к этажу. Добравшись до четвертого, изумленно посмотрела вниз. Неужели эта лестница все еще цела? Но теперь возникла новая проблема. Я вычислила, где находится студия Маркуса… она располагалась через одно окно от лестницы. Расстояние было небольшое, но на узеньком карнизе оно казалось милями. Не меньше смущал тот факт, что мне придется залезть в окно. Окно было закрыто – вполне логично, если Маркус прячется. У меня имелась пара магических амулетов, способных расплавить стекло, но я не рискнула бы воспользоваться ими на карнизе – а значит, придется проверить, хорошо ли я научилась на уроках физкультуры бросать мячики.
Все еще размышляя о ненадежности пожарной лестницы, я достала из сумки маленький мешочек с порошком. Прикинув расстояние, швырнула мешочек в окно, читая одновременно заклинание – и промахнулась. Мешочек ударился о стену дома, выпустив облачко пыли, и принялся разъедать штукатурку. Когда стена начала растворяться, я вздрогнула. Заклинание постепенно исчерпало себя, но оставило заметную дыру. Правда, стену насквозь оно не прожгло, и я решила, что при нынешнем состоянии здания этой дыры никто и не заметит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
