«Здесь мне не пройти, — с ужасом подумал Колгрим. — Меня, как увядший листок, унесет вода!»
Никто из старшего поколения Людей Льда не осмеливался входить в туннель в такое время года.
Но остатки старой тропинки вдоль мчавшегося потока все еще были видны. Колгрим решился. Впрочем, другого выбора у него и не было, он должен проникнуть внутрь.
И он пройдет!
Колгрим стегнул коня, но тот уперся. Колгрим передохнул и закричал, но в конце концов, несмотря на многочисленные пинки и ругательства, ему пришлось оставить лошадь снаружи на равнине.
Иссиня-зеленый туннель вселял в него страх. Чем дальше он в него углублялся, тем становилось темнее. Тропинки он больше не видел, а поток грохотал, готовый поглотить его, если он подойдет к нему слишком близко. Струи воды, казалось, только ожидали момента увлечь его за собой. В отдельных местах уровень потока становился слишком высоким; чтобы не столкнуться с каскадами воды, приходилось ползти на животе под самой ледяной крышей. Временами по туннелю с грохотом проносились массы из огромных кусков льда, и тогда он стоял, прижимаясь к холодной ледяной стене, ему оставалось только надеяться на удачу.
Невероятно, но он прошел. Когда увидел, что свод становится светлее, и потолок приобретает прозрачный сине-зеленый цвет, он понял, что близок к выходу.
Когда же Колгрим снова вышел на дневной свет и увидел ту же картину, какую наблюдала когда-то Силье, он почувствовал себя непобедимым. «Я велик, — думал он. — Никто, кроме меня, не смог справиться с этим!»
Фанатическая вера в самого себя временами приводит человека к достижению непостижимого, совершенно невозможного.
От водяных брызг он промок насквозь, но решил, что быстро высохнет. Не спеша, двинулся он по старой долине Людей Льда. Осмотрел капитальные стены — свидетелей того, что произошло здесь полвека тому назад. Ветер грозно шумел в засохших горных березах.
Так было только на южном склоне, а на другой стороне озера Одиночества, где лед уже с грохотом ломался, толстым слоем лежал снег.
Колгрим знал, куда ему следует направиться. В дом привратника, точнее, в его руины. Там должен находиться сад Браттенга.
А там… Там жили Ханна и Гримар. Над заросшим травой местом все еще лежала печать колдовства. Мгновение он размышлял, ступить или не ступить на это место, но сильный ветер, забравшийся в кусты подсказал ему отрицательный ответ. Величайший мастер-колдун мира содрогнулся и поспешил дальше.
Колгрим даже не представлял себе, сколь подавляющая, страшная пустота царит здесь!
Не то, чтобы он ожидал встретить людей, нет, дело совершенно не в этом. Кричащая заброшенность места, свидетельства участи людей прошлого подействовали даже на холодное сердце Колгрима.
Затем он перешел к руинам дома Тенгеля и Силье. «Здесь родилась бабушка, — подумал он, когда стоял и смотрел на этот вечный покой. — О ней приятно вспомнить. Какой прекрасной женщиной она стала бы сейчас!»
Лив несправедливо говорила о ней, но Колгрим имел свою точку зрения.
День проходит быстро, у него нет времени на пустые сентиментальные рассуждения.
Что он должен сделать прежде всего? Смешать ужасное ведьмино зелье или отыскать место?
Сердце от возбуждения бешено колотилось. Одному лишь ему во всем мире известно, где…
Нет. Лучше всего сначала исследовать содержимое мешка.
Для этого Колгрим предпочел остаться неуязвимым. Он намеревался все, что находилось в мешке, сложить в котел и добиться желаемого воздействия. Никаких письменных указаний о том, как вызвать Сатану, у него не было. Такими инструкциями обладал лишь Тенгель Злой. Но это не должно привести к неудаче. Я же знаю место, где все произошло!
Колгрим разложил содержание мешка на валу, где еще маленькими детьми играли Даг, Лив и Суль. Пораженный, рассматривал он мистические, а в некоторых случаях вызывающие улыбку, предметы, появлявшиеся друг за другом из мешка. «Все это я уложу в котел, — думал он. — Ничего не сохраню для тех, кто придет после меня. Все это только мое!»
Самым важным ему казалось содержание маленьких кожаных мешочков и коробочек. На каждом из этих предметов были надписи, но понять древние письмена, как и полустертый текст на толстых берестяных свитках, Колгрим не мог.
Если бы у него было время для расшифровки написанного, он мог бы стать колдуном-мастером. «Наплевать! — думал он. — В котел все разом, сильнее подействует!»
Названия на одной или двух деревянных коробочках он знал. Это, кажется, лекарства или порошки, облегчающие душу, приводившие человека в оцепенение?
Он должен их попробовать! Немедленно!
Но сначала следует отыскать место.
Колгрим снова сложил все в большой мешок, а маленькие мешочки с наркотиками сунул за пазуху. Затем забросил мешок на плечо и пустился в путь.
Подъем был долгим. От руин домов он шел наискосок вверх по извивающимся коровьим тропам, протоптанным так глубоко, что время не смогло разгладить их.
Колгрим остановился.
Там вверху под скалой с двумя вершинами, напоминавшей надгробие, должно быть это место…
Сначала — на край обрыва. Да, здесь была тропинка, ведущая туда.
Колгрим вспотел. Не потому, что было слишком жарко; напротив, моросил дождь, а на склонах гор лежал снег. Просто карабкаться вверх по склону было очень тяжело. А он не привык к физическим нагрузкам на свежем воздухе.
Хорошо, что он высушил одежду после прохода через туннель…
Дыхание стало тяжелым и напряженным. Одиночество словно неясный, невидимый туман, окружало его. Издалека со стороны озера раздавались резкие крики пернатых хищников; они отзывались эхом в бесконечной тишине. Неподалеку от него обеспокоенно верещала золотистая ржанка.
Когда Колгрим вышел на край обрыва, ветер с такой силой набросился на него, что его почти отбросило назад. Он забрался на самый верх и бросил взгляд на дно пропасти. Закружилась голова. Внизу образовалась огромная куча из осколков, отделившихся от скалы.
А далеко, далеко внизу лежали руины жилищ Людей Льда. С места, где он находился, можно было ясно увидеть на некоторых черную копоть, оставшуюся после того давнего пожара. Некоторые развалины были едва различимы; от других были видны лишь заросшие бурьяном стены. Во дворе усадьбы Тенгеля Колгрим разглядел качавшееся на ветру голое дерево. Наверное, тунговое, подумал он.
На мгновение у него появилось желание увидеть во всех домах людей. Ведьм и колдунов — таких, как он сам. Не ведая о том, что злосчастный Хеминг Убийца Фогда — виновник всего этого опустошения, был его дедом со стороны матери. Колгрим стоял и жалел себя, оставшегося беспредельно одиноким. Сейчас ему действительно необходимо мужество для осуществления задуманного. Стать сильным, каким был Тенгель Злой. Именно этого он добивался. Впрочем у Тенгеля трудностей не было. В его времена долина была полна людей. Колгрим же был совсем один. И никто не знал, что он здесь. Никто во всем мире.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
