* * *
Арди разбудил голод. Такое странное чувство, будто в животе появилась дыра, постепенно засасывающая в себя все тело, а за ним и мысли. Так что когда до носа Арди, еще до того, как он смог что-либо различить глазами, донесся аромат крови и мяса, то не отдавая себе какого-либо отчета, он схватил руками кость и впился зубами в то, что на ней еще осталось.
В этот момент мальчика не беспокоила ни тупая боль в ребрах, ни сбитые в кровь колени и локти, ни даже содранная с плеч кожа. Вгрызаясь в теплое мясо, буквально захлебываясь сочащейся кровью, разрывая клыками волокна и терзая жилы, Арди не успокоился, по не высосал из разломанной о камень кости остатки мозга.
Но даже так — голод в нем лишь немного притих. Он все еще хотел есть.
Обшаривая Хижину взглядом, он приметил Эргара, грызущего последнюю из костей. Мальчик, сам не зная зачем, аккуратно, прижимаясь к стене, начал обходить уступ барса и его самого. И, оказавшись за спиной, хотел было уже прыгнуть последнему на загривок, но получил ощутимый удар хвостом по животу.
Упав на колени и захрипев, Арди постепенно приходил в себя.
Он действительно собирался напасть на барса⁈
— И это третий урок на сегодняшний день, маленький охотник, — насмешливым тоном, выплевывая косточку, произнес барс. — А теперь, потрудись озвучить мне то, что ты сегодня узнал, детеныш.
Отдышавшись, Арди кое-как выпрямился и, усевшись под уступ, прислонился к лапе Эргара — от неё веяло теплом, а еще она оказалась куда мягче камней.
— Не надо бегать за добычей.
Эргар кивнул и добавил:
— Когда знаешь, что не сможешь догнать. Если не получилось убить первым ударом — вернись, подготовься лучше и жди своего часа. Хорошо, детеныш. Что дальше?
Арди вспомнил сегодняшний день. Он, почему-то, казался ему длиннее, чем вся прошлая жизнь. Столько всего произошло. Столько странного, удивительного и… безумно интересного!
— Надо всегда охотиться на водопоях, — не очень уверенно, даже с некоторым вопросом в тоне, продолжил Арди.
— Если ты будешь всегда охотиться на водопое, то к нему перестанут ходить. Нет, детеныш, думай лучше.
Мальчик погрузился в свои мысли. Что сегодня такого произошло, из-за чего у него не получилось поохотиться? Ведь он был быстр — куда быстрее того Арди, что он знал последние шесть лет. Его нюх позволял ему различать мельчайшие детали ароматов, щедро разлитых в воздухе. А глаза… казалось, что прежде он ходил в полудреме, а сейчас, умывшись холодной водой, окончательно проснулся и видел все ясно и отчетливо.
И все равно Арди…
— Добыча… не хочет, чтобы её поймали.
— И… — подбодрил Эргар.
— Я… не самый… лучший охотник.
— Пока не самый лучший, — с нажимом на первое слово, подытожил Эргар. — Чем больше ты будешь охотится, детеныш, тем лучше станут твои навыки, острее клыки и быстрее — когти. Никогда не позволяй сытому желудку, изобилию дичи и воды заставить себя почувствовать на вершине. Будь всегда внимателен прежде всего — к самому себе. Потому что охотишься ты не на дичь, детеныш, а на голод, а он, поверь, хитрее и изворотливее любой белки.
Белка… Скасти… какие-то мысли появились в голове Арди, но их тут же заглушил голос Эргара.
— И третий урок, Ардан, самый важный, что ты усвоил за сегодня.
Мальчик посмотрел на фиолетовое пятно на своем боку, на небольшую алую полоску на груди, а затем на длинные клыки Эргара. Все те же липкие пальцы поползли по телу мальчика.
— Выбирать добычу себе по плечу, — прошептал Арди.
— Верно, детеныш, — прогудел Эргар, после чего отвернулся ко входу в Хижину. Он смотрел куда-то в сторону горизонта, расцветающего алым и розовым. — И это единственное правило, которое, однажды, когда наступит час, тебе придется нарушить.
Мальчик хотел было спросить что-то, но вместо вопроса, который вертелся на языке, задал другой.
— А сидхе действительно существуют?
Эргар дернул хвостом и повернулся мордой к ребенку. Его голубые глаза чуть прищурились, отчего могучий хищник стал совсем похож на игривую домашнюю кошку.
— Почему ты думаешь, что их не должно существовать, маленький охотник?
Арди, со всей твердостью и резоном, ответил с непоколебимой уверенностью:
— Потому что дедушка рассказывал про них сказки.
Мгновение и вот уже стены Хижины трясутся от волнами накатывающих на них ритмичных рыков. Арди никогда не слышал, чтобы барсы смеялись и потому сначала даже немного испугался.
А Эргар все хохотал пока, чуть было, не свалился с уступа. Взяв себя в руки или, вернее, в лапы, он вновь принял свою излюбленную, ленивую, лежачую позу.
— Да, Арди, они существуют. Но не спрашивай меня, как их позвать и, уж тем более, найти.
— Почему?
— Потому что Ленос прав — ты все еще пахнешь человеком и железом. А для Сидхе, как и любого Фае, нет хуже запаха, чем запах железа.
Мальчик кивнул. Примерно тоже самое ему рассказывал и дедушка.
— А теперь, иди, детеныш, поиграй, а я вздремну, — Эргар прикрыл глаза. — Когда Дух Дня отправится ко сну, мы вновь двинемся по охотничьим тропам, но на этот раз — если ты промахнешься, я не стану делиться своей добычей.
До самого вечера Арди прыгал и бегал по Лестницам, радуясь тому, как послушно было его тело и как быстры и легки движения. Он носился по Прихожей, взлетал вплоть до самого Чердака, а когда уставал — ложился на разогретые солнцем камнем и жевал снег. Ледяная вода струилась по его горлу и губам, забавно щекоча и покалывая тело.
Вечером Эргар действительно повел его на охоту. Но и в этот раз у мальчика не получилось поймать уже другую добычу — самку горного козла. Так что пришлось ложиться спать ни с чем. На второй день они встретили молодого ирбиса и тот бросил вызов Арди, но Эргар сказал, что тот еще слишком мал и примет вызов тогда, когда отрастит клыки и когти. Ирбис не осмелился спорить, но тропой делиться не стал.
Так Арди выучил четвертый урок — за добычу иногда приходится драться.
В том же духе прошли еще три дня. На четвертый мальчик вновь стал ощущать, как Голод постепенно поглощает его, но знал, что не должен говорить об этом Эргару — тот ведь уже сказал, что не станет делиться добычей.
Пользуясь уроками барса у мальчика получилось поймать зазевавшуюся жирную птицу на Лестницах. Это стало его первой добычей, которой он поспешил похвастаться перед барсом. Тот даже одобрительно кивнул, но тут же сурово добавил, что такая добыча — удел старых и слабых охотников. Это не помешало мальчику растерзать собственноручно добытый ужин.
Только под излет второй недели охоты, мальчик, наконец, смог настигнуть маленькую козочку. И когда его тело придавило создание к камням, руки обвили шею животного, а пальцы обхватили голову, то в сознании еще недавно — ребенка, а теперь — молодого охотника, не возникло и тени сомнения.
Он хотел есть.
Он нашел еду.
Он поймал её в честной схватке скорости и ловкости.
Теперь она — его ужин.
Маленькие ручки свернули миниатюрную шею козленка, и охотник впился клыками в жесткую шкуру. Заливаясь теплой кровью, разрывая плоть, он оказался слишком занят, чтобы увидеть, как сидевший выше по склону Эргар широко улыбнулся.
Так, в охоте, играх и беседах с барсом, прошла первая зима Арди в горах Алькады.
Глава 7
Арди, едва ли не царапая животом пол пещеры, аккуратно подбирался к спящему Эргару. Дух Дня только-только начал просыпаться, а барс отдыхал после длительной охоты — целых три дня они выслеживали стадо, вычисляя их повадки, места трапез и водопои, так что учитель отдыхал. Чего не скажешь о юном охотнике, чьей энергии, как говорил Эргар, хватило бы, что породить еще один Дух Дня.
Юный охотник убедился, что ветер задувает в пещеру ему в лицо, а тень не падает на глаза барса. И, когда жертва, казалось бы, была уже в его лапах, охотник прыгнул. Он успел даже обхватить могучую шею и цапнуть за ухо Эргара, но тот извернулся, дернул лапами и придавил мальчишку к полу.
