Увидев, что она совсем рядом, Стал нахмурился. Говорили, что во время схватки с дикими собаками она была ранена, но посторонний глаз не мог бы определить этого. «Ее не зря тренировали», – подумал Стил. Переведя взгляд на ее лицо, он слегка улыбнулся. Конечно, ей не понравилось, что ее план мести пришлось отложить. Но Стил не чувствовал неловкости из-за этого. Ему были нужны ее помощь, ее хитрость и дерзость. Он вежливо поклонился остановившейся перед ним Топаз, а она ответила ему коротким кивком, после чего стала сосредоточенно рассматривать космический корабль.
Массивная громада корабля занимала почти всю посадочную площадку. Его огромный корпус тускло мерцал в свете факелов, однако большая часть исполинской конструкции была скрыта в тумане. Повсюду в корпусе были видны рваные пробоины. С центрального стабилизатора была сорвана обшивка, обнаженные стальные стойки, покрытые ржавчиной, выглядели словно кости доисторических животных. Казалось чудом, что этот распадающийся на части корабль смог достичь Мистпорта. Стил нахмурился и откусил еще кусочек шоколада. Он не верил в чудеса.
– Когда мы сможем подняться на борт, директор?
Этот властный, резкий голос застал Стила врасплох, и ему пришлось быстро проглотить шоколад, чтобы не говорить с набитым ртом.
– Это зависит от капитана. Он знает, что мы уже здесь.
– А зачем вы послали за мной? Среди дозорных есть люди поопытней меня.
– С тобой вряд ли кто может сравниться. Ты же была разведчицей!
Топаз бросила на него недоверчивый взгляд.
– А почему вы уверены, что здесь не обойтись без разведчиков?
– Мои экстрасенсы не один раз сканировали корабль и всякий раз получали разные результаты. На борту «Сигнального огня» находится кто-то странный…
– Пришелец?
– Возможно, Кто бы это ни был, он представляет для нас угрозу. Это единодушное мнение всех экстрасенсов. Это опасное и могущественное существо. Оно прячется где-то на корабле. Мне надо, чтобы ты выяснила, кто там скрывается и можно ли вступить с ним в контакт. Вот для этого здесь и нужна разведчица. Я прав?
В ответ Топаз рассмеялась, и от этого надменного, уничтожающего смеха Стилу сразу стало не по себе.
– Хочешь, я расскажу тебе, для чего нужны разведчики, Стил? Империя отбирает нас у родителей, когда мы еще совсем дети, и вытравливает из нас все человеческое. Нам запрещают жить эмоциями, потому что эмоции расслабляют. Нам запрещают чувствовать угрызения совести, жалеть, переживать за кого-то. Это может помешать нашей подготовке. Империя формирует наше тело и программирует наше мышление, и когда мы усваиваем все их уроки о том, как надо убивать, обманывать, допрашивать, они посылают нас к звездам, на границы Империи. Мы исследуем открытые в космосе цивилизации и определяем, не таят ли они угрозу для Империи. Если они опасны или мы считаем, что они могут стать такими, мы разрабатываем план, как покорить их или уничтожить. Рабство или уничтожение – в конце концов, одно не сильно отличается от другого. Империя называет нас своими послами, но на самом деле мы изощренные убийцы. Вот для чего мы существуем, Стил!
Стил неловко переминался с ноги на ногу, подыскивая нужные слова.
– Послушай, Топаз, меня сейчас интересует только одно – то, что скрывается на борту «Сигнального огня». Так ты поможешь мне или нет?
Топаз пожала плечами.
– Чем раньше мы разберемся с вашей проблемой, тем быстрее я смогу вернуться к своим делам. Если на борту корабля пришелец, то он не уйдет от меня.
– Спасибо.
Топаз с подозрением взглянула на него.
– А зачем ты сам явился, Стал? Боишься, что беженцы не предъявят для досмотра какую-нибудь ценную контрабанду?
– Я знаю мои обязанности, – холодно ответил Стил. – И выполняю их.
– За определенную цену!
Не выдержав издевательского взгляда Топаз, Стил отвернулся.
– Я слышал, что у тебя возникли кое-какие трудности с доставкой кристалла, Топаз? – спросил он после небольшой паузы.
– Плохие вести не ждут на месте! Забравшийся в наш дом взломщик пытался украсть кристалл; но, похоже, никто не предупредил его про мой дар сирены.
Стил недоверчиво улыбнулся.
– Да, ему повезло. А что, его личность до сих пор не установлена?
– Пока еще нет, – ответила Топаз. – Ему удалось ускользнуть прямо из моих рук.
Стил недоуменно поднял брови.
– Кристалл хранился в специальной, запертой на ключ шкатулке, – спокойно объяснила Топаз. – Когда я передавала шкатулку вашим охранникам, он был на месте. Ты должен быть доволен, услышав это, не так ли?
– Конечно, я доволен, Топаз, можешь не сомневаться!
Положив в рот еще кусочек шоколада и потуже закутавшись в плащ, Стил стал с любопытством разглядывать одежду Топаз. Он сразу же заметил, что она опять надела свою старую форму разведчицы, но решил не заводить об этом разговора первым. Топаз отошла немного в сторону, чтобы получше разглядеть переходный шлюз звездолета, и Стил обратил внимание на опаленное отверстие в ее плотном бирюзовом плаще. Он понял, что этот след оставил луч дисраптера, убивший ее мужа. Стил невольно вздрогнул. Как у нее хватило самообладания надеть эту помеченную смертью одежду? Он вздохнул и отвернулся. Сквозь туманную мглу неясно просвечивала бледная луна, падал легкий снежок. Проглотив не жуя последний кусок шоколада, Стал вытер пальцы о свою меховую шубу. Потом он натянул перчатку и стал в раздумье тереть одна об другую замерзшие ладони. Если Топаз думает, что ее присутствия будет достаточно, чтобы он воздержался от сбора дани с прилетевших на корабле беженцев, то она ошибается. Он просто будет немного более осторожным, чем обычно, вот и все…
Капитан Старлайт сидел в своем командирском кресле, глядя поверх закопченного гарью капитанского пульта. Бортовые компьютеры молчали, их индикаторы показывали критически низкий уровень энергопитания. Главный телемонитор бездействовал, в наушниках слышалось лишь легкое потрескивание разрядов статического электричества. Кресла, в которых обычно располагались другие члены экипажа, были пусты. Все они погибли. Во снах, которые теперь так редко приходили к Старлайту, он даже слышал крики о помощи погибших членов экипажа. Вот погас еще один индикатор – значит, главный компьютер корабля отключил еще одну систему, для которой не хватало электроэнергии. Старлайт был уже не в силах заботиться о поддержании жизни звездолета. Он видел донесения о повреждениях – «Сигнальный огонь» срочно нуждался в капитальном ремонте. В капитанской рубке сгущалась темнота – оттуда на Старлайта осуждающе смотрели тени погибших.
Старлайт медленно повернулся в своем кресле. Усталость оковами висела на его руках и ногах. Две трети его команды навсегда остались на планете Танним, обращенной в пыль и пепел звездолетами Империи. Его корабль превратили в развалину, а сам он был объявлен вне закона. Старлайт угрюмо улыбнулся. В этом проявлялась высшая справедливость? Вряд ли. Он нарушил в своей жизни немало законов и правил – какой капитан звездолета обходится без этого? – но все же не сделал ничего такого, чтобы пережить это страшное событие. «А моя бедная команда?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
