– Закаляться надо, – усмехнулся директор, но фрамугу прикрыл.
– Он писал под мою диктовку, когда вы ходили вниз, – пояснил Бердин. – Даббан утверждает, что его родичи – люди надежные и умеют держать язык за зубами. Это кстати, ведь теперь император узнает о наших войсках под Келарагом. Если крельник долетит.
– Жаль, его не удалось сбить, как первого. Меньше было бы хлопот.
– Зато у нас теперь есть шанс поиграть с императором. Даббан вполне может отправить еще одно письмо, с вестью об успешном разгроме передового отряда противника. А потом поводить Ракансора за нос, передавая ложные сведения. Возможно, это притормозит реакцию императора на наше появление. Хотя…
Василий ухмыльнулся, взял свернутый пергамент, покатал между пальцами. Заметил бурые пятна, бросил обратно на стол.
– Хотя считать императора и его помощников дураками не следует. В провинции хватает цензоров Малого Имперского Совета, приставов и иных соглядатаев. Мы даже не успели начать их поиск. А они наверняка имеют возможность отправить сообщение начальству. Да и армия среагирует, ведь мы прервали все связи с когортами и Шестым легионом. А это уже сигнал.
– Зато у нас прямой выход на императора, – заметил Навруцкий. – Это пригодится, когда надо будет выходить на него с предложениями.
Бердин кивнул. Директор прав.
– Я пока не думал об этом, но, видимо, скоро настанет момент, когда мы будем искать пути заключения мира с империей. Как только захватим «ковбоев» и оккупируем Коршу. Вести войну дальше не будет смысла. Мы свои цели достигнем, хординги тоже. А империи точно будет не до войны.
– Но это потом. А сейчас… какая обстановка здесь и на восходе?
Бердин раскрыл ноутбук, вывел на экран карту восходной части империи, но смотреть на нее не стал. И так помнил почти наизусть.
– Здесь мы первый этап кампании завершили. Столица взята, обе когорты уничтожены, иного сопротивления не будет. Никаких партизанских действий, никаких ударов в спину. Сейчас корпус получил небольшой отдых, а через двое суток продолжит марш на полночь.
– Не встречая сопротивления? – уточнил Навруцкий.
– Почти. Во всяком случае, до границы с Ошерой никого не будет. Корпус «Закат» так же успешно захватил прикордонные города и взял столицу Дельры Паскариту.
Бердин сделал паузу, посмотрел на Дениса и Глеба:
– Не видели файл с записью?
Оба покачали головами:
– Не успели.
– Ладно. Вьерд и Якушев несколько изменили план и отправили к столице конный полк, усиленный двумя разведэскадронами и диверсионным отрядом. Командир конного полка Вестак решился на ночной штурм. Он подошел к Паскарите на день раньше срока и имел возможность провести тщательную разведку. После заката, когда все гуляки ушли с улиц, диверсанты и разведчики вошли в город, перебили стражу и обеспечили подход основных сил.
– Жаль, не посмотрели, – цокнул языком Глеб. – Зрелище, наверное, было интересное!
– Да уж. В свете горящих костров и факелов, быстро и незаметно… окружили ключевые объекты, захватили дворец префекта, но его самого живым не взяли.
– Почему?
– Не их вина. Префект при виде хордингов дал дуба. – Бердин заметил вопросительный взгляд директора и пояснил: – Инфаркт. Вскрытия, понятное дело, не проводили, но похоже на скрытый порок сердца.
– Жаль.
– Конечно. Зато взяли его помощников, приставов, даже одного цензора. Так что без сведений не остались. Сейчас корпус тоже отдыхает, приводит себя в порядок и готовится ко второму этапу.
– Потери большие?
– Минимальные. Погибло одиннадцать, ранено и заболело около полусотни. Из них почти все вернутся в строй.
– А в итоге?
– В итоге мы уже захватили половину двух провинций, разбили Шестой легион, причем без существенных потерь, и обеспечили себя приличными запасами продовольствия, фуража, прочих припасов. Хватает трофейных лошадей, повозок, есть запасы железа. В плену много знати и чиновников, от них идет важный поток информации. Внезапность вторжения и скорость продвижения дали нам существенную фору. И хотя император уже знает о нападении, принять быстрые и действенные меры он не сможет. Мы имеем все шансы занять провинции полностью и пойти дальше с тем же темпом. И только потом встретить резервы врага. Единственный нежелательный вариант – удар части сил имперской армии из провинции Бамареан. Но пока воорги приковывают к себе все внимание стянутых туда легионов, мы можем быть спокойны. Хотя и будем настороже.
– Кстати, как там союзники?
– Ведут маневренную войну. Где-то отходят, где-то атакуют. Стремятся бить имперцев по частям, что не всегда выходит. Их, может, и смяли бы, нагнав еще резервы, но тут ударили мы. И пока провинция Бамареан – пылающий костер. Воорги полны решимости продолжать войну, боевой дух у них на высоте. А весть о том, что и мы напали на империю, добавляет им сил.
– Долго они смогут сопротивляться?
– Сказать сложно. Без нас империя их в конце концов вытеснит. Но с нами… есть шанс закрепиться, перебив пару-тройку легионов. Мы не особо следим за обстановкой там, держим под контролем только соседние с Кум-куаро районы провинции, чтобы не прозевать подход войск империи. Но связь с верховным князем поддерживаем.
Директор довольно потер руки. Новости его обрадовали. На Асалентае все идет по плану, это хорошо. Хотя до конца операции еще далеко.
– Лишь бы «ковбои» с места не сорвались, – произнес он.
– С какой радости? С чего им уходить отсюда? Тут у них запасное логово. Если только вовсе бросят шастать сюда, – удивился Бердин.
Денис махнул рукой, мол, вырвалось, но Василий этой отмашке не поверил. Не будет Навруцкий говорить просто так. Значит, что-то на Земле произошло. Ладно, сам скажет, когда захочет.
– Как там наши Штирлицы? – спросил Глеб. – Все шастают по тылам?
– Орешкин со своими пошел в Ошеру. Держит связь, присылает донесения. Штурмин задержался в Дельре из-за контактов с эльфами. Устанавливал с ними более тесную связь. Но сейчас тоже уходит в Коршу. Оба начинают поиск «ковбоев». Единственная сложность – чем дальше на полночь, тем сложнее будет с их эвакуацией, если что. Там уже начинает влиять излучение.
При этих словах Навруцкий поморщился и потер подбородок. Упоминание об излучении ему явно было не по душе. Бердин замолчал, глядя на директора. Кажется, пришла пора гостям рассказывать новости?..
Пауза затягивалась. Навруцкий стоял возле самого окна, обдуваемый ветерком, и смотрел на стол. Щеглов пересел ближе к жаровне, с завистью глядя на директора, которого, как и Бердина, холод не брал. Тишина в помещении стояла такая, что были слышны голоса воинов во дворе и перестук копыт привязанных у ворот лошадей. И далекие удары по железу. Кто-то из оружейников или кузнецов проводил спешный ремонт.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
