Я на миг закрыла глаза и обдумала это сообщение. Когда я снова открыла глаза, Эдгар смотрел на меня ещё серьёзнее, чем раньше.
– Это будут нокаут-раунды. То есть ты должна побеждать в каждом поединке – не важно, кто будет твой противник, – до тех пор, пока не победишь всех, чтобы в конце сразиться с Элоди. – Он пронзил меня взглядом. – Тебе понятно, Люци? Только ты можешь помешать Элоди подчинить себе сентифлёров.
– Я знаю. Я буду стараться.
Эдгар улыбнулся:
– Конечно, ты будешь стараться, но, по-моему, ты не совсем поняла, что я имею в виду. Ты должна выиграть каждый поединок! Даже если твоим противником будет кто-то, кто тебе нравится. Например, Матс.
Об этом я до сих пор действительно не думала. Значит, я должна сразиться с Матсом и с помощью какого-нибудь аромата отправить его в нокаут? На глазах у Элоди и остальной публики?
– То же касается и той маленькой девочки, которая была с вами, – продолжал Эдгар. – Я заметил, что ты её немного опекала. Это прекрасно, Люци, но завтра... завтра ты должна выиграть все поединки. – Он тяжело вздохнул. – Если Элоди победит тебя, она сможет сделать с сентифлёрами всё что захочет. И баронесса наконец получит всё, о чём всегда мечтала.
Теперь я поняла, почему Эдгар непременно хотел поговорить со мной наедине. Он считал, что Матс не захочет мне проиграть. Или что я не смогу, вернее, не решусь отправить его в нокаут. А может, он опасался, что Матс нарочно мне поддастся, и тогда нас разоблачат. Хотя мы с Матсом знали, что нужно делать.
Мы должны любой ценой остановить Элоди.
– Мы не допустим этого, – пообещала я. – Мы обязательно остановим «вечных».
Эдгар потёр лоб.
– И вот ещё что. Один из лакеев рассказал мне, что завтра на поединках вы получите такие же флаконы, как и сегодня. – Он поморщился. – Но флаконы, которыми раньше уже пользовались другие участники турнира, будут удаляться со столика. Значит, по мере продолжения поединков флаконов будет оставаться всё меньше и меньше.
– Что?! – вырвалось у меня. – Но... это ведь нечестно!
– Тебя это удивляет? – Эдгар криво усмехнулся. – Судьи специально создают условия, при которых могут победить только сентифлёры. – Эдгар положил руку мне на плечо. – Чем меньше ароматов, тем легче оценивать их взаимодействие, а в случае сомнений смешать из имеющихся парочку новых. Вот, возьми! – Эдгар вынул из жилетного кармана маленькую записную книжку. – Я тут написал пару комбинаций, которые могут тебе пригодиться. Их немного, но...
– Спасибо. – Я провела пальцем по матовой коже переплёта. – Наверняка пригодится. – Я была бесконечно благодарна Эдгару за то, что он здесь. Его многолетние наблюдения за «вечными» теперь действительно помогают лучше оценить их намерения.
– Ты победишь, Люци. Кто, если не ты? – Эдгар усмехнулся. Но прежде чем я успела что-то ответить, в уши снова ворвался шум высокородных. – Я пойду, – сказал Эдгар и кивнул на боковой вход в замок. – Мне надо снова показаться в лакейской. Удачи тебе!
* * *
В коридоре, где находились комнаты участников, я наткнулась на Матса. Скрестив руки на груди, он сидел перед моей комнатой.
– Наконец-то, – сердито буркнул он, глядя на меня исподлобья. – Я уже забеспокоился.
– Эдгар дал мне несколько советов на завтрашний день, – ответила я.
– Ага, а почему только тебе, скажи, пожалуйста? – Матс встал и подошёл ближе. – Разве я не участвую в завтрашних состязаниях? Я думал, что мы действуем вместе, что мы одна команда. Поправь меня, если я ошибаюсь.
Такой вспышки злости я никак не ожидала.
– Я говорила с Эдгаром всего пару минут назад! – возразила я. – Сейчас я бы всё тебе рассказала!
– Ты уверена? – усмехнулся Матс. – Может, тебе нравится, что Эдгар делится информацией только с тобой? Может, теперь он твой...
– Мой что? – Я озадаченно вытаращилась на Матса. Во мне тоже закипела злость. – Когда я могла тебе что-то рассказать, если ты налетел на меня с упрёками? До того, как ты засомневался, что мы одна команда, или после того, как ты предположил, что Эдгар мой кто-то-там!
Сдвинув брови, Матс молчал.
Мимо нас пробежали в свои комнаты несколько участников, но мне было плевать.
– Слушай, – прошептала я. – Не мы должны завтра сделать невозможное, а я одна. Ты что, забыл? Ведь это я должна победить Элоди. Правда, к сожалению, никто не знает, как мне это сделать.
Я тоже скрестила руки, с трудом сдерживая злость. И вдруг почувствовала что- то странное – внутри меня что-то зудело. Ой, не может быть: это заканчивалось действие «Аромата изменений»!
Я судорожно старалась взять себя в руки. Уйти вот так от Матса я не могла. Если мы завтра, так и не помирившись, встретимся на дуэли... Мне даже не хотелось об этом думать. И сейчас я изо всех сил пыталась вспомнить фото Анастасии, чтобы приостановить обратное превращение. Помогло! Зуд стал слабее.
– Скажи хоть что-нибудь, – взмолилась я, но Матс молчал. Плотно сжав губы, он глядел куда-то в сторону.
Я сосредоточилась на аромате, всё ещё остававшемся на пуловере Матса. Он состоял из остатков «Аромата изменений», который смешался с «Ароматом тёмной ночи». Я вздрогнула, когда вдруг ясно поняла всё, что испытывал Матс. Такое с ним бывало, только... когда появлялся Эдгар. И это было... из-за меня.
Матс ревновал к Эдгару. Потому что я ему нравлюсь.
Очень нравлюсь.
Я даже растерялась. Значит, не только у меня учащается пульс, когда Матс рядом со мной. С ним происходит то же самое!
Я с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться, и поблагодарила свой дар за то, что он открыл мне глаза.
– Но тебе не нужно... ревновать меня к Эдгару, – прошептала я и хотела взять Матса за руку. – Ведь я не знала, что нравлюсь тебе так же, как... ты...
Матс повернулся ко мне, сверкнув глазами:
– Ты что, знаешь, что я чувствую?! – В его голосе прозвучало столько возмущения и разочарования, что мне тут же захотелось извиниться:
– Я... Прости, это получилось случайно...
– Но ты ведь обещала, что ни в коем случае не сделаешь этого с кем-то из нас! – воскликнул Матс, и у него запылали
