Он даже расхохотался, когда кошка прыгнула на девочку и прямо над ней превратилась в облачко. Девочка в панике ударилась о стекло, после чего и в самом деле потеряла сознание.
Под жидкие аплодисменты парня выпустили из стеклянного домика. Он торжествующе вскинул руки и заметно радовался, что победил и прошёл в следующий тур. Ему было безразлично, какой ценой он этого добился.
В следующих дуэлях участники действовали всё жестче и жестче. Ради победы они применяли связывающие или замораживающие противника магические смеси, вызывали мощные стихии, сотрясающие стеклянный домик. Лишь самые талантливые ухитрялись противостоять нападениям и не получить травму.
Волшебное настроение сменилось в шатре на ужас. Я уже сбилась со счёта, сколько раз подпрыгивала на своём кресле от страха или закрывала глаза от осознания своей беспомощности. Я просто не могла смотреть на те подлости, которые пытались сделать друг другу участники. Почему же зрители или родственники не прекратят эту жуткую игру?! Что вообще думают сидящие вокруг меня участники? Чего они добьются, если выйдут в финал? Почему они так охотно подпадают под влияние «вечных»?
Казалось, некоторые, поняв, что могут победить, получают удовольствие от возможности унизить противника.
А я... я хотела только одного – чтобы этот турнир как можно скорее закончился.
Глава 20
– Анастасия Владимастова! – раздался в шатре голос Элоди.
Я медленно поднялась с кресла. Но уже в следующий момент у меня сердце ушло в пятки – я услышала, против кого должна выступать.
Нет, пожалуйста, только не это!
Я закрыла глаза и в лучах прожекторов побежала вперёд, к Элоди и стеклянному домику. За спиной я слышала шаги моей соперницы, и мне просто не верилось, что это могло случиться. В стеклянном домике я прошла в дальний угол, повернулась – и увидела такое же огорчённое лицо Эллы.
Снова на нас направились лучи прожектора. Стеклянная дверь закрылась. Шум стал приглушённым. Вот и хорошо. Никто не мог услышать, что мы тут обсуждаем.
– Давай не играть в эти игры, – сказала я и серьёзно посмотрела на Эллу. – Давай попробуем применять безобидные ароматы, которыми не причиним друг другу вреда, договорились? Я совсем не хочу причинить тебе боль.
Элла поджала губы:
– Ты говоришь это только для того, чтобы выиграть?
После творившегося в стеклянном домике, после всех поединков я вполне могла понять её недоверие. К тому же она была права – я должна победить. Иначе сражаться с Элоди буду не я. Но никто, кроме меня, не знает, что она замышляет сделать с сентифлёрами.
Только как сказать об этом Элле? Она наверняка поймёт меня неправильно.
– Я должна выиграть этот турнир! При любых обстоятельствах, – сказала я, но Элла даже не захотела меня слушать.
Недоверие брызнуло из неё, словно газированная вода из бутылки. Элла тут же схватила какой-то флакон и, открыв его, направила на меня. У неё была быстрая реакция, и она действовала целеустремлённо, как все остальные, кого я уже видела в стеклянном домике. Но я сразу узнала аромат «Сто метров против ветра», потому что часто брала его в руки в нашей аптеке. И благодаря ему чувства Эллы предстали передо мной, словно открытая книга. Даан прав. Когда дело доходит до наших ароматов, для меня это детская игра.
В Элле бурлило разочарование во мне, к нему примешивалась и злость, потому что она считала, что я предала её. Как она ошибалась! Но, к сожалению, я ничего не могла ей объяснить.
Аромат, «Запах уменьшения», который открыла Элла, начал действовать, и я почувствовала, как стала быстро уменьшаться в размерах. Но мне удалось вспрыгнуть на столик, и я побежала по нему, став уже ростом с окружающие меня флаконы. Но и Элла уменьшилась на десяток сантиметров и уже не могла дотянуться до стола с флаконами.
Я внутренне ликовала. Я не причинила Элле никакого вреда. Теперь мне надо было только открыть флакон и сделать так, чтобы моя соперница больше не добралась ни до одного аромата!
Элла, несомненно, была смелее, чем все остальные участники турнира, и быстрее соображала. Но из-за того, что она постоянно робела, её все недооценивали.
Однако эти её качества не укрылись от Элоди. Я даже подумала, что именно по этой причине она и поставила Эллу против меня. Быть может, это было ясно и Эдгару; поэтому он вчера уже пытался подготовить меня.
Я затаила дыхание и встала перед самым безобидным флаконом, какой смогла отыскать. Половину флаконов уже использовали предыдущие участники, и выбор был невелик. Привстав на цыпочки, я попыталась открыть флакон. Я стонала, кряхтела от натуги, но пробка даже не шевельнулась. Чёрт! Мне не хватало силы нормальной Люци.
Лишь когда я опрокинула флакон и потянула пробку на себя, она подчинилась. Из горлышка полились мерцающие и переливающиеся струи аромата, но я быстро опять заткнула флакон пробкой.
«Трепещущее дуновение» создало иллюзию в форме сотен бабочек, наполнивших стеклянный домик. Я подошла к краю стола и посмотрела вниз.
На полу сидела Элла, тоже ставшая крошечной версией самой себя, и злобно смотрела на порхающих бабочек.
Она явно не ожидала, что я сумею до браться до стола и флаконов. Но сейчас я официально стала последней, кто от крыл флакон, и, значит, победила в этой дуэли.
Я свесила ноги с края стола.
– Когда турнир закончится, я тебе все объясню! – крикнула я Элле, сверкающей на меня глазами. – Поверь мне, это совсем не то, о чём ты думаешь!
– С нетерпением жду объяснений! – отозвалась Элла, и я опять почувствовала недоверие, от которого она пока не могла избавиться. Она видела во мне лишь честолюбивую Анастасию, которая хотела победить любой ценой и ни в грош не ставила дружбу.
Тут заворчала вытяжка, и мы обе наблюдали, как искусственные бабочки таяли в воздухе. Моё тело медленно и неприятно растягивалось, увеличиваясь до нормальной величины, а когда к Элле тоже вернулся обычный рост, Элоди отперла дверь.
Я была просто счастлива, что мы так хорошо вышли из неприятной ситуации. Зрители сдержанно аплодировали. Элоди смотрела на меня странным неприязненным взглядом, словно злилась, что ни одна из нас не лежала полумёртвая на полу. Элла тоже сердито взглянула на меня и села к родителям, чтобы посмотреть на дуэли последних финалистов.
У меня зашевелились смутные предчувствия. Большинство участников уже вылетели и сидели среди зрителей. Остались Рафаэль, четыре девочки – среди них одна из нашей комнаты, которая не
