12
С интересом дослушав повесть о том, что произошло со мной в последние дни Войны, Синий Журавль налил в бокал своей горькой микстуры, сделал несколько медленных глотков, поежился. Похоже, моя история нисколько не испугала его, отчего мое ближайшее будущее казалось мне мрачным.
— Ты уверен, что монстр Адлвейда и та тварь, которая убила киренца, — одно существо?
— У меня сохранилось яркое воспоминание.
— Существо из внешней пустоты разгуливает по улицам Низкого города. — Волшебник через силу допил остатки микстуры и вытер губы костлявой рукой. — Упаси нас Хранитель Клятвы.
— Можете что-нибудь рассказать об этом?
— Я слышал легенды. Говорят, будто Атрум Ноктал, монах-самозванец из Наркассии, умел заглядывать в пустоту между мирами, и существа, которых он видел там, отвечали на его зов. Шестьдесят лет назад мой учитель Роан Хмурый повел магов королевства против ордена Квадратного Круга, чьи преступления против Высших законов были столь вопиющими, что все записи об их деятельности впоследствии уничтожили. Что же касается непосредственного опыта… — пожал плечами Журавль. — У меня его нет. Изучение Искусства — это извилистый путь и со многими ответвлениями. До учреждения Академии развития магических искусств мы учились тому, чему наши наставники могли обучить нас, и изучали то, к чему имели склонность. Роан избегал общения с тьмой, и я, хотя и покинул его, остался верен его заповедям.
На лице Журавля появилась улыбка, и я с некоторым удивлением вдруг заметил, что он улыбается впервые с того момента, как я пришел. Клянусь Шакрой, старик быстро сдавал.
— Для меня Искусство никогда не служило способом достижения власти или проникновения в таинства, скрытые там, где ничего живого не существует. — Его руки замерцали мягким голубым светом, который постепенно собрался в искрящийся шар и застыл в воздухе. Волшебник часто исполнял этот фокус для нас с Селией, когда мы были детьми, пуская синий клубок скакать под столами и перепрыгивать через стулья, совсем рядом с нами, но всегда на таком расстоянии, чтобы мы не смогли достать до него. — Я пользовался своими дарованиями, чтобы давать исцеление и приют, чтобы защищать слабого и нести облегчение уставшему от забот. Я никогда не желал большего.
Раздались два резких удара в дверь, и в комнату вошла Селия. Голубой светящийся шар поблек, затем исчез.
Журавль быстро перевел взгляд на Селию.
— Селия, радость моя, посмотри, кто вернулся!
Голос старика показался мне немного странным.
Селия прошла по комнате, бледно-зеленое платье слегка раскачивалось, вторя ее движениям. Я чуть наклонился вперед, и она поцеловала меня в щеку, проведя руками по моему лицу. На ее указательном пальце сверкало серебряное кольцо с крупным сапфиром — знак ее признания магом первого ранга.
— Какая приятная неожиданность. Учитель подозревал, что мы больше не увидим тебя, что твой прошлый визит был всего лишь счастливой случайностью. Но я в это не верила.
— Да, ты была права, радость моя! Абсолютно права! — Скупая улыбка растянулась на его старческом лице. — И теперь мы снова вместе, как в прежние времена. — Он протянул руки, легонько обняв нас обоих. — Как нам и суждено было быть.
Селия высвободилась из объятий, позволив и мне стряхнуть руку Учителя. За это я был благодарен ей. Легкий изгиб ее губ, возможно, подразумевал улыбку.
— Полагаю, твой визит носит сугубо светский характер, однако любопытно, о чем это вы тут шептались перед моим приходом?
Я посмотрел на Журавля неодобрительным взглядом, надеясь сохранить содержание нашей беседы в тайне, но старик как будто не понял намека или намеренно проигнорировал мою просьбу.
— Наш друг желает узнать побольше о том существе, которое напало на него. Говорит, что видел его на Войне. Сдается мне, наш друг намерен стать новым Гаем Непорочным, истребителем врагов Шакры с мечом из священного пламени! — Деланый смех волшебника захлебнулся в удушливом кашле.
Селия выхватила из рук Журавля пустой бокал, снова наполнила его снадобьем из зеленого графина и отдала старику.
— Я уж было подумала, что ты наигрался в героев. Лишь некоторые из них переживают встречу с пустотой, и тот, кто остается в живых, редко стремится повторить опыт.
— Я пережил многое. Милостью Перворожденного переживу и еще.
— Твое мужество достойно восхищения. Обязательно закажем сочинить о тебе поэму, чтобы прочесть над гробом с твоим изуродованным телом.
— Почему бы не положить слова еще и на музыку. Мне всегда казалось, что я заслужил оду.
Я надеялся, что мое предложение вызовет хотя бы ухмылку, но Селия не повела и глазом, а Журавль, казалось, вообще не слушал меня.
— Возможно, это не мое дело, — сказал я. — Только исчезла еще одна девочка.
Новость вывела Журавля из забытья, его затуманенный взор пробежал по моему лицу и остановился на Селии.
— Я не слышал об этом. Думал, что… — Старик замолчал и выпил остатки снадобья. Из чего бы ни была сделана эта стряпня, к утру крепкий сон все перемелет.
Положив руку на спину Учителя, Селия подвела его к креслу. Старик вздрогнул от ее прикосновения, но позволил усадить себя на мягкую кожу и уставился в пространство. Селия склонилась над ним и погладила старика по голове. Деревянное ожерелье свесилось над глубоким вырезом ее платья и снова прижалось к коже, как только Селия выпрямилась.
— Печальное известие, — произнесла она, — но я не пойму, какое отношение оно имеет к тебе.
— Корона знает, что я нашел убитую девочку и причастен к смерти киренца. То, что мне начнут задавать вопросы, — лишь вопрос времени, и если мне нечего будет ответить… все может кончиться плохо.
— Но ты ведь не имеешь никакого опыта обращения с магией! Они должны понимать. Ты сам был когда-то агентом! Им придется выслушать тебя!
— Я не вышел в отставку с почетом — меня выгнали и лишили звания. Там будут рады пришить мне что-нибудь только для того, чтобы залатать брешь, — (Странное все-таки у правящих классов представление об отправлении правосудия.) — Доброта душевная вовсе не их конек.
Когда Селия заговорила вновь, ее слова были полны твердой решимости.
— Отлично. Если это дело коснулось тебя, значит, оно коснулось и нас. Каким будет наш следующий шаг?
— Наш?
— Можешь сколько угодно тешить свое самолюбие игрой в одинокого волка, но ты не единственный, кого волнует судьба Низкого города. Быть может, в это трудно поверить, только время в Гнезде течет так же, как и снаружи. — Она приподняла руку к свету, привлекая внимание к своему кольцу. — Учитывая характер твоего расследования, возможно, вполне разумно рассчитывать на помощь первого мага королевства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
