в процесс конструирования этого «я». Опираясь на теорию Гелла (Ibid.), можно сказать, что с помощью костюма женщины придают своим намерениям материальную форму, позволяющую влиять на интерпретацию их внешнего облика другими людьми. Скажем, если женщина, отправляясь на собеседование по поводу работы, хочет выглядеть уверенной и сильной, она выбирает блузку и пиджак, позволяющие ей чувствовать себя соответственно. Эти блузка и пиджак не просто отражают свойства ее личности: структурированный воротник и четкая линия плеча помогают убедить окружающих в том, что перед ними деловая женщина.
Констелляции «я»
Рассматривая под микроскопом материальные составляющие персональной эстетики в рамках конкретных кейсов, я старалась сосредоточиться на том, как одежда опосредствует отношения между женщиной и внешним миром. Гардероб интерпретируется как призма, сквозь которую женщины рассматривают свои социальные роли и нормативные идеалы, предписывающие, как им следует выглядеть. Поскольку одежда тесно соприкасается с телом, внешние факторы утрачивают абстрактную природу и встраиваются в область интимного, превращаются в частную проблему. Анализируя, как женщины взаимодействуют с внешним миром с помощью костюма, важно следить за процессом облачения в одежду: это помогает понять, что упомянутые взаимодействия очень разные, специфические и зависят от конкретных обстоятельств. Даже женщины, убежденные в своей способности все сделать правильно, иногда ощущают, что их привычная уверенность поколеблена. Пример конкретной ситуации, вынуждающей женщину усомниться в своих представлениях о том, что ей идет, обнаруживается в истории Рози. Рози замужем, ей немногим более тридцати лет, она работает консультантом по вопросам управления. Однажды женщину, вместе с четырьмя подругами, пригласили на ужин в ресторан «Плющ» (The Ivy), известное лондонское заведение, где собираются знаменитости. Рози была в восторге от перспективы оказаться в таком изысканном месте и всерьез задумалась, что бы ей надеть. Выбирая наряд, она хотела создать образ, соответствующий атмосфере заведения и кругу его модных и знаменитых посетителей. Рози всю жизнь увлекалась субкультурной модой; в ее биографии были готы, хиппи, студенческое и туристское сообщества, образ «одинокой девушки „в поиске“», и она всегда одевалась так, чтобы органично вписаться в уже сложившуюся группу. Иными словами, стремление Рози соответствовать стилю ресторана «Плющ» и его посетителям можно рассматривать как следствие ее привычки следовать сарториальному канону. В данном случае ее беспокойство, связанное с необходимостью вписаться в общество, усугублялось новизной события. Рози высокооплачиваемый профессионал, владелица дома в Хэмпстеде, без иждивенцев, и потому ее волнение было вызвано не финансовыми затратами. У нее, без сомнения, много дизайнерской одежды, которая, казалось бы, должна подойти к случаю. Обычно Рози радуется возможности продемонстрировать свои наряды и славится среди друзей фантастическим чувством стиля.
Несмотря на это, Рози никак не могла определиться с выбором и тщетно тратила часы, примеряя разные наряды из своих семи шкафов. Посещение «Плюща» – особенное событие, и оно должно было оправдать возлагаемые на него надежды; для этого, как считала Рози, нужно было явиться туда в чем-то новом и привлекательном. Погребенная под грудами вещей разных цветов и стилей, она их уже не различала, а чутье, помогавшее ей создавать эстетически корректные ансамбли, притупилось. В панике она ухватилась за свою любимую черную кожаную юбку Maxmara средней длины; это был настоящий спасательный круг в бесконечном водовороте одежды, заполонившей комнату Рози и копившейся кучами на кровати и на полу. Юбка сидела идеально, облегая бедра, постепенно расширяясь книзу и заканчиваясь чуть ниже колен. Рози очень стройная и обычно не переживает, не полнит ли ее наряд. Впрочем, ее живот не настолько плоский, как ей хотелось бы, и женщина считает, что это ее проблемная зона. «Проблема» не так велика, чтобы беспокоить Рози постоянно; но когда она не знает, что надеть, то уже не так уверена в себе и сомневается не только в способности подобрать подходящий наряд, но и в упругости своего живота. Кожаная юбка идеально подходит для подобных случаев, поскольку прочная ткань поддерживает живот, и тот выглядит плоским. Несмотря на материал, юбка благодаря фасону, изящным формам и черному цвету смотрится благородно – особенно в сочетании с простым черным хлопчатобумажным топом с коротким цельнокройным рукавом. Однако для такого исключительного случая любимому костюму Рози недостает энергии: мрачный цвет не дает проявиться амбивалентности ее натуры и свойствам личности, подобающим мероприятию: Рози хочется выглядеть модной, молодой, стильной и в то же время состоявшейся женщиной. Решив все же надеть юбку, она начинает поиски подходящего топа, и на кровати постепенно растет груда забракованных вещей.
Ворох одежды приводит ее в панику, и женщина уже сомневается, что топ найдется. В конце концов Рози останавливает выбор на еще одной проверенной вещи: это любимый топ цвета хаки, усыпанный серебряными блестками, асимметричный, с открытым плечом. Сочетание камуфляжной расцветки с женственностью и сексуальностью, которые ассоциируются с блестками, создает необычный эффект. Хаки обычно используют для армейской униформы, в которой нет места индивидуальности, но блестки, отражающие свет при движении, парадоксальным образом притягивают взгляды. В панике Рози выбирает две вещи, которые умеет носить, о которых знает, что они точно ее, и которые соответствуют ее привычной эстетике: это экстравагантный топ, демонстрирующий ее яркость и энтузиазм, и роскошная кожаная юбка, купленная в дорогом бутике и ассоциирующаяся с шикарным стилем. Для завершения образа она надевает кожаные сапоги до колена и кожаный жакет длиной три четверти. Поскольку оба предмета из той же ткани и того же цвета, что и юбка, сочетание кажется ей безопасным: темная мерцающая ткань образует единое целое, и на этом фоне топ должен выделяться.
По признанию Рози, она, однако, чувствовала, что наряд не выстрелил. Кожаная юбка, жакет и сапоги, которые, казалось бы, так хорошо сочетались друг с другом, не подчеркивали причудливый топ, а задавали доминанту наряда и скрадывали утонченную сексуальность юбки. Рози чувствовала себя участницей Liberty X (скандальной популярной музыкальной группы, известной вульгарным, откровенно сексуализированным стилем; ее представители с ног до головы одевались в кожу). В этом наряде Рози слишком хорошо сознавала свой возраст: ей немного за тридцать, она добилась прочного положения в жизни, и ее привычный гардероб соответствует ему; а тут она, по ее признанию, смотрелась «чуточку слишком гламурно, чуточку слишком похожей на юную девушку, не вылезающую из клубов». Наряд напоминал о тех временах, когда она была молодой женщиной в поиске, и это было неуместно для «Плюща», куда приходят люди, чья жизнь состоялась. Дискомфорт Рози был связан не с вещами как таковыми, а с тем, как они сочетались. Она не предвидела эффект, произведенный обилием мерцающей темной кожи, подавлявшей все претензии на утонченность образа и подчеркивавшей совсем не те черты личности Рози, какие ей хотелось бы. Вместо
