переводила жесты Домкрата.
Через несколько минут стала известна причина остановки Титана — неполадки с аккумулятором. Домкрат сообщил, что даже смог бы справиться с ремонтом, дай ему только немного времени.
— Нет, в этом нет необходимости, — твердо возразил начальник, услышав перевод от Нади. — К тому же мы изрядно задержались, нужно продолжать путь.
Последнее предложение он произнес в адрес Лейгура, как бы давая ему понять, что их экспедиция не собирается заканчиваться.
— Миша, ты проверил комплекс для связи? Они его взяли?
— Да, — сразу сообщил тот.
— Сколько до Москвы?
— Километров двадцать-двадцать пять, около того.
— Значит, врубай наш комплекс на полную мощность, будем искать их сигнал.
— Понял.
— Возвращаемся на Титан.
Сержант последовал за Вадимом Георгиевичем. Домкрат стал собирать инструменты.
Проводив старика взглядом, Лейгур смиренно произнес:
— Стало быть — в пасть касатки.
Глава 11
Пора выходить
Кирпичные дома, огороженные заборами, стали сменяться на высокие многоэтажки, плотно прижимающиеся друг к другу. Большинство из них стояло так, словно и не было никакого Вторжения, когда как некоторые превратились в огромную кучу кирпича и железобетона.
С каждой минутой многоэтажек становилось все больше, а вместе с ними и десятки тысяч окон: черные, пустые, холодные, с каждым километром они появлялись и исчезали позади, напоминая безымянные склепы некогда живших там людей.
Следы прежде бурлящей здесь жизни будоражили воображение, заставляя рисовать в мыслях картину о людях, которые выгуливали своих псов вон в той лесной чаще; детей, радостно играющих на игровых площадках, теперь скрытых под обломками; влюбленных пар, нежно обнимающихся на берегу того едва заметного пруда, шепчущих друг другу ласковые слова.
Москва была все ближе, а с ней и тяжелое осознание того, что некогда этот огромный город с ее окрестностями являлся домом для двадцати миллионов жителей. Двадцати миллионов! В голове не укладывалось…
Именно с такими мыслями Матвей разглядывал окружающий их мрачный пейзаж и, — он был в этом уверен, — остальные разделяли его размышления.
Проезжая мимо Зеленограда, дорога становилась все менее проходимой. Казалось, брошенным на дороге машинам нет числа.
Голова Матвея закружилась от внезапно посетившей его догадки. А не этой ли дорогой тридцать три года назад отец вывозил его вместе с матерью из города, на север?
Он помнил лишь ее теплый запах, когда она прижимала его к груди; ее руки крепко, почти до боли держали его за свитер, прижимая к себе, а грудь быстро поднималась и опускалась от частого дыхания.
— Все хорошо, сыночка, все хорошо… — шепчет она ему на ухо, еще сильнее прижимая к себе.
Титан остановился, заставив Матвея вновь вернуться из пучины воспоминаний.
Дорогу загораживал военный блокпост. С блоками из бетонных стен соседствовали пулеметные гнезда, сооруженные из песчаных мешков. Вдоль дороги были установлены крепкие шумозащитные экраны.
Единственный широкий выезд из блокпоста загораживали два перевернутых танка, у одного из которых отсутствовал башня. Здесь же стояли грузовики с ящиками боеприпасов и оружия — еще одно сокровище для собирателей.
— Может, получится сдвинуть эти танки? — предположил Вадим Георгиевич, обращаясь к Домкрату, напрочь позабыв, что тот его не слышит. — Закрепим буксировочный трос и…
— В этом нет необходимости, — перебил его Матвей. — Дальше придется идти пешком.
— Пешком? Да разве…
Прекрасно зная, что лучше всего будет показать, нежели рассказывать, Матвей вытянул складную лестницу с потолка и залез на крышу вездехода.
— Идите сюда, — окликнул он остальных, окончательно убедившись в своих словах.
Поднявшиеся Вадим Георгиевич, Миша и Надя следующие несколько минут смотрели за целой свалкой перевернутых и искореженных машин и военной техники по ту сторону блокпоста, лежащих в куче дорожных сумок и чемоданов.
От увиденного невольно сжималось сердце. Все эти люди попросту не успели выехать из города и стали жертвами мерзляков. Трудно было вообразить, что творилось здесь в те годы.
Проехать через эту свалку не представлялось возможным, даже если бы они сдвинули эти танки.
А чуть дальше виднелись очертания города, они были совсем близко.
— Что же это, даже объезда не найти? — не унимался старик.
— Этими блокпостами наверняка все дороги с южной стороны Москвы перекрыли. А если с дороги съезжать, так вокруг сплошной лес, не проедем. — Собиратель обернулся к старику. — Я предупреждал вас, что рано или поздно придется идти на своих двоих.
— Ну быть этого не может… — не сдавался Вадим Георгиевич. — Должен же быть выход!
— Нет никакого выхода, — настаивал Матвей. — А если и есть, времени на его поиски у нас нет. Надо идти.
— Гадство… — прошипел Вадим Георгиевич вглядываясь в идущий до горизонта ковер автомобилей. — Миша, проверь рацию. Может, поймаем их сигнал?
— Я проверял пять минут назад, эфир чист.
— Так проверь сейчас! — гаркнул старик. — И держи его включенным постоянно на нужной частоте, понял?
Сержант молча подчинился.
На сбор вещей понадобилось около часа. За это время Матвей успел запустить зонд и собрал прогноз с метеодатчика, закрепив его на крыше Титана — конечные данные не обещали стопроцентной точности из-за небольшой высоты, но другого выхода не нашлось, — и перед самым отходом получил результаты двух профилей атмосфер, сравнил их и не увидел ничего критичного. Более того, температура на территории Москвы стала еще ниже на пару градусов!
— Думаешь, эти пару градусов сыграют роли? — поинтересовался Вадим Георгиевич, подтягивая тяжеленный рюкзак с припасами на спине.
— Раньше и полградуса могли сыграть роль, — Матвей осторожно упаковывал оборудование в чехол, — но после того, с чем мы столкнулись, ожидать можно чего угодно. И все же,
Собиратель заметил, как Надя помогает Йовану выйти из вездехода, придерживая того за плечо, хоть в этом и не было нужды. Следом вышла Арина с рюкзаком здоровяка на плече.
Йован поблагодарил Арину, рукой подхватил лямку рюкзака и накинул на правое плечо.
— Как ты, старина? — спросил у него Матвей, зацепившись взглядом на слегка окровавленную повязку.
Лицо друга выглядело крайне помятым, редкие волосы взъерошены, а цвет кожи неотличим от многолетнего асфальта под ногами.
Но вдруг здоровяк хоть и натужно, но улыбнулся, и его лицо сразу ожило.
— Сойдет, Матюш.
— Уверен, что хочешь понести рюкзак? — Надя слегка пихнул его в спину. — Я могла бы помочь.
— Не стоит, — резко ответил здоровяк.
Лейгур вышел следующим. Из вещей он
