шаг навстречу к выходу из этих пряток на территории врага, Оскар прорабатывал сценарий грядущего свершения.
По сути, он проигрывал в голове два момента: то, как Бэккер сказал, чтобы они взрывали пещеру с собой внутри, дабы сдержать Особей и выпустить газ, и то, как он убьет его своими руками, когда выберется отсюда. Внутри кипела не просто злость — Оскар принял праведную месть за спасение всех и каждого, кто останется в живых после битвы с Варваром. Бэккер мог успеть принести активатор, что позволило бы распылить это биологическое оружие удаленно, уже вне пещер, но не сделал этого, оставив его и Роду в безвыходном положении. Если бы не она, понимает Оскар уже сейчас, то, скорей всего, он решился бы оставить все как есть, дабы Особи поглотили самого Бэккера, оставившего после себя разрушенную колонию Монолит. Этот уже не человек в глазах Оскара, а некая болезнь, что приносит смерть и разрушения везде и всюду. И если его не устранить, то обязательно начнется новый виток смертей — тут сомнений у него нет ни капли. Даже если Варвар будет побежден — оставлять Бэккера в живых слишком опасно, надо закончить все здесь, и лишь Оскар может взять на себя эту роль, значит, таковым оно и должно быть за неимением иного инструмента для безопасного будущего. Его отец так бы и поступил, Оскар в этом не сомневается.
Отдельно успокаивает и тревожит неизвестность о состоянии Насти и Любы, которые ушли и не вернулись, что подталкивает к выводу не только об их безопасности, но и о возможной гибели от… от чего угодно. Они где-то там, потеряны, или же, наоборот, может быть, примкнули к битве с Варваром… Но могут ли они противостоять этому злу? Нет, не могут. Больше всего Оскар хочет верить в их бегство с этого гиблого места. Сам он нацелился на единое исполнение мести, мало думая о последствиях. Сейчас же их держит на одном месте неизвестность окружения — они впустили газ за мгновение до того, как Особи добрались до верхней площадки из глубин Целестина, и, прежде чем убежать в небольшой тоннель справа, все же заметили украдкой неприятную реакцию живности на орудие их устранения. Дальше они бежали и бежали, пока не нашли небольшой карман, где, прислонившись к стене, затихли. Но было еще кое-что — у них нет карты этих пещер, составить некий виртуальный анализ дронами так и не представилось возможности, отсюда и страх перед владельцами этой территории. Дополнительно усиливается напряжение еще и от того, что запаса кислорода у них еще на пяток часов, вряд ли больше, и, держа Роду за руку, Оскар ненароком позволяет себе тяжелую мысль о том, как мало шансов выжить им двоим… Двоим — не одному. А с учетом того, что Варвар и правда существует и они перед ним бессильны… Оскар приходит к страшному выводу несправедливых условий: единственная цель его выживания — это убить Бэккера, но для реализации этой судьбоносной роли ему придется сделать немыслимое, чтобы выжить.
17
Бэккер хотел бы увидеть все своими глазами — без шлема, так, чтобы запечатлеть скорую победу над врагом без дополнительных инструментов. Но шаг этот непозволителен не из-за гипотетического страха смерти, а из-за последующей невозможности помочь Пете в случае опять же гипотетической неудачи. Но фильтры Бэккер все же отключил, встретив кромешный мрак будоражащим ожиданием великого события — смерти Варвара. Петя начал заряжать Осколки, рассеяв черноту свечением с мест активации у него на поясе с последующим неравномерным, чуть ли не живым блеском по всей броне. В это время объект мести стремительно приближался, уже на поверхности его, благодаря яркости от Осколков, заиграли оттенки светлого, черного, немного синеватого. Все произошло быстро — Петя занял крепкую позицию, выставил обе руки вперед, и как-только энергия дошла до предела возможностей брони, разрядил ее в сторону Варвара, уничтожив всю угольную черноту Вселенной. Яркость вынудила инстинкты Бэккера закрыть глаза уже после того, как его попытка заслонить источник света рукой оказалась провальной. Эти секунд пятнадцать стали для него чем-то величественным, знамением конца его страданий и свершением великой мести. Казалось, власть ярчайшего света не имеет временных рамок, ему даже захотелось утонуть в нем, познавая тепло и покой. Но столь же быстро Вселенная вернула свою власть, вознеся бесконечно древнюю темноту над светом. Включать фильтры нужды не было — раскаленная броня Пети заворожила пульсирующими оттенками, придавая пластинам дыхательные свойства. Только вот он был не один. Варвар стоял, уперевшись ногами, держа перед собой щит, который, вопреки повреждениям, смог уберечь владельца. Варвар не просто забрал некогда ранее созданный Петей защитный объект и воспользовался им против него, но еще и подобрался почти вплотную — он стоял от него в трех метрах. Варвар выпрямился, выкинул щит, части которого уже начали отпадать из-за плохой сварки и обработки, и только из прорезей его брони вырывался красный свет и струи газа, словно он охлаждает сам себя. Быстрым рывком он кинулся на Петю. Тот попытался нанести удар правой рукой, но Варвар успел схватить ее в процессе, нанеся уже своей правой рукой мощный удар по шлему Пети, отчего тот начал падать на спину. Но не успели они коснуться поверхности Целестина, как новая вспышка ознаменовала исчезновение обоих. Последнее, что Бэккер заметил: Варвар был невредим, никаких признаков хотя бы малейшей деформации или ранения… никаких последствий всех их трудов по устранению этого космического бога.
Средства связи все так же не работают по неизвестной причине, благо Бэккер успел отдать команду роботу помочь Лорну в закладке взрывчатки на хрупком куске небольшой территории, куда в случае поражения Пети он заманит Варвара. Ну раз Особи так и не появились, следовательно, Оскар и Рода исполнили свой долг, остальное не важно. Бэккер не поддается и намеку на сомнения или страхи, не говоря уже о панике или разочаровании, — он преисполнен неведомого ранее за всю его жизнь контроля, посматривая вокруг себя так, как это делают шахматисты с игровой доской, только в его случае фигуры исполняют свои роли где-то за декорациями. Бэккер не просто разрешает себе чувствовать свое всевластие — это его инструмент для победы над тем, кто составляет аналогичное свойство. Раз Варвар прикрылся щитом, следовательно, урон нанести возможно — надо лишь правильно использовать это знание. И только-только Бэккер дошел до остатков щита, часть которого торчит вертикально, в окружении мелких кусков, как в паре метров перед ними образовались два воина.
Увиденное
