конкретная сумма. Тебя стали больше уважать из-за того, что ты поишь и кормишь своих друзей бездельников? А как ты будешь жить, если отец закроет свою контору и пойдет на менее оплачиваемую, но спокойную работу? Ты чем будешь платить за квартиру? Откроешь в ней бордель? Куда ты пойдешь работать, если ничего не умеешь? Или ты на деда надеешься? С таким твоим отношением к нему, можешь получить дырку от бублика. У нас с тобой разница в возрасте девять лет. Не думай, что мне не хотелось свободы и самостоятельности. Но я чувствовала границу, а ты не чувствуешь краев. Что с тобой происходит? Может, я чего-то не знаю? Объясни, я пойму.
– Не поймешь. Этого нельзя не понять, не простить. А то, что я делаю сейчас, компенсирует мое внутреннее состояние.
– Хорошо. Не говори, если не хочешь. Но запомни одно: твое внутреннее состояние – это твоя душа. Она либо есть, и ты человек, либо ее нет, тогда ты труп. Ты можешь все изменить, если ты жив, и ничего не исправить, если ты в душе мертв.
Только через два дня Саша вспомнила о трех флешках. Уложив сыны спать, Саша включила ноутбук, подумав о том, что если это рабочие материалы Макса, она передаст их Прохорову, придумав, где она могла их обнаружить. Посмотрела начало первой флешки. Это были любительские порнофильмы, в которых Максим не особо светился. На второй флешки он был с Яной. Яне было не больше шестнадцати, и вид у нее был естественный. Все начиналось довольно невинно. Это был «вводный урок», где Макс был в роли гуру, а Яна любопытным слушателем. От теории они незаметно перешли к практике, которую сестра освоила быстро. По освещению и постели, съемки были разные по дням и времени. «Извращенец, – подумала Саша, глядя на экран, передвигая вперед курсор. – Да, сестра, брат тебя многому научил, и это нравилось тебе, в прочем, ни тебе одной. Я тоже млела от его прикосновений. Господи! Это же наша мама! – сказала она вслух и нажала «паузу». – Это не возможно! – Она смотрела на лицо матери, чуть забытое, и ставшее старше, но узнаваемое. – Прости меня, я этого не ждала». На третьей флешке она увидала себя во всей красе. Это была их первая ночь с Максимом. Александра даже покраснела, хотя на экране не было ничего, что напоминало бы порнофильм. Моменты были эротичными, но не более того. Она выключила ноутбук и сидела несколько минут неподвижно, переваривая все увиденное. Встала, утопила «свою» флешку в унитазе, а две положила в ящик. « Ну, ты, Максим, и фрукт. Ты поимел всю семью. Это же надо так ненавидеть отца, а жить за его счет. Если ты так любил свою мать и мстил отцу, почему ты сейчас к ней равнодушен? Ты болен на всю голову. Этот шантаж, идиот, мог сработать для тебя, как бумеранг. Твой отец мог простить женщин, а вот тебя, скорее всего, возненавидеть, – думала она, вспоминая увиденное кино. – Зачем эту игру ты затеял со мной? Что ты хотел этим показать и кому?»
– Яна, когда будешь свободна, зайди ко мне, – позвонила и попросила она сестру. Сестра пришла через десять минут. – Я была в квартире Макса, кое-что перевезла к себе, а кое-что для тебя, – сказала она, протягивая ей две флешки. – Я видела только начало.
– Саш, там такое… – начала оправдываться Яна.
– Давай закроем эту тему. Ничего не было. Не было в нашей с тобой жизни Максима. Успокойся.
– Саша, все не так просто. Мне кажется, что в самом начале, я сама подтолкнула его к этому. Я со своей девственностью и своими комплексами, по этому поводу, в классе выглядела белой вороной в свои шестнадцать лет. Максим всегда относился ко мне, как брат. У нас с ним были доверительные отношения. Я была школьницей, а он университет закончил, работал. Разница в двенадцать лет меня не смущала. Я ему и выложила все свои проблемы. Он успокаивал меня беседами, а мне, любопытства ради, хотелось всего и сразу. Я не могла лечь в постель с кем попало. Он меня не принуждал, это я его уговорила, сама этого хотела. Он мне нравился, как мужчина и нравился секс с ним, пока он не показал мне «кино» с нашей мамой. Я очень злилась на нее, на него, на себя, на весь белый свет. Когда мамы не стало, отношения с Максом начали портиться. Я стала его избегать, а он поставил условие и впервые показал мне мое «кино». Каждый месяц, через три дня после критических дней, я проводила в его квартире два-три часа. Я только спустя время поняла, что узнай обо всем папа, Максим пострадал бы гораздо сильнее, чем я. Прошло полгода, появилась ты, он увлекся тобой, прекратил шантаж, а я постаралась забыть то, что было. Мы стали общаться с ним так, как будто ничего между нами не было. Ты ушла от него, и он вернулся ко всему тому, к чему привык. Одной из привычек была я. Теперь он не пугал меня отцом, грозился выложить ролик в сеть. Господи, как я его возненавидела и готова была сама его убить. Это Бог его наказал. Я сама далеко не ангел, он последний мерзавец. Мне очень стыдно, Сашенька. Прости меня ради Бога.
– Успокойся. Иди, умойся и утопи это кино в унитазе. Иди сестра, теперь тебе нечего бояться. Все плохое закончилось.
Александра, проводив сестру и уложив сына спать, подумала о том, что: «Максим мог снимать такое кино и шантажировать кого угодно. Может этот шантаж и обернулся для него боком? Затрат ни каких, одно удовольствие, а деньги не пахнут. Но не на тех напал и поплатился. Версия правдоподобна, но тогда выходит, что «кино» не нашли, а «оператора» убрали, чтобы не терять время и не искать дальше. И где это кино может быть? У Прохорова «следователя» не было, он явился ко мне. Но оказалось, что Максим у меня не бывал, и вариант поиска отпал. Черт возьми, о чем я думаю? Может обыск устроить? Максим все время был у меня на виду. Подарки! Он мне принес цветы, а Лешке подарки. Значит, если что-то есть, то только там. Да, я определенно, не дружу с головой. Зачем мне знать чужие секреты и тайны, пока они не касаются меня и близких мне людей? Иди, ищи приключения на свою задницу? Вспоминай, что принес Максим для Леши, только потом не ищи крайних». Поиски Саши не
