Напротив этих зданий находится скромный жилой дом (№ 3), появившийся здесь между 1817 и 1845 гг., — это образец небогатого жилого дома в стиле ампир. В 1840-х гг. он принадлежал известному тогда театральному художнику И. Н. Иванову, автору занавеса нового Большого театра, открывшегося 6 января 1825 г., декораций и создателю многих театральных машин.
В Крапивенский переулок выходила и часть большого владения князей Одоевских (№ 2/26), которая перешла к ним от князей Львовых после женитьбы князя Сергея Одоевского на княжне Елизавете Львовой. Это была барская усадьба с большим каменным домом в центре, садом и прудом. Во второй половине XIX в. усадьбу постигла судьба многих крупных дворянских владений в городе: перейдя в другие руки, старинные палаты сносятся, сады вырубаются, пруды засыпаются и все застраивается доходными домами.
Эта усадьба тоже была застроена скучными длинными жилыми зданиями, но старый дом во дворе сохранился. В пожар 1812 г. он не пострадал, ибо в нем квартировал начальник штаба наполеоновской армии маршал Л. Бертье. Правда, дом сохранился измененный и надстроенный, а на месте пруда сейчас каток общества «Динамо». Каток существовал и до 1917 г., он был когда-то катком Императорского речного яхт-клуба и считался лучшим в городе. На нем проводились чемпионаты России, и в том числе первый, на котором победил известный конькобежец Александр Паршин, пробежавший 3 версты (соревновались на такой дистанции; с 1908 г. первенство разыгрывалось на трех дистанциях — 500, 1500 и 5000 метров) за 7 минут 21 секунду.
В домах на этом участке жили медик П. Л. Пикулин, в 1882–1887 гг. — композитор и музыкальный педагог П. И. Бларамберг, в 1886–1888 гг. — артист В. Н. Давыдов, в 1890-х гг. находился театр «Альказар» и книгоиздательство В. М. Саблина. В 1940-х гг. жил конструктор авиационных двигателей А. А. Микулин, разработавший стройную систему оздоровления, в 1960-х гг. — писатель Г. П. Шторм.
По ту сторону Неглинной улицы переулки круто взбираются вверх на берега спрятанной реки. В 1932 г. они получили одинаковые имена, различаясь только номером: 1-й Неглинный, 2-й Неглинный, 3-й…
Начнем описание этих переулков с Сандуновского, названного по фамилии актеров, владельцев большого земельного участка, которые построили в 1808 г. Неглинные бани, прозванные Сандуновскими.
В Петербурге славилась певица Елизавета Семенова, по сцене Уранова (названная так Екатериной II по имени недавно открытой планеты), обладавшая великолепным меццо-сопрано, диапазон ее голоса простирался почти до трех октав, и она с ума сводила своих многочисленных поклонников. За ней начал ухаживать богатый и могущественный вельможа граф Александр Андреевич Безбородко. «Он не был женат, — рассказывает современник, — и беспереводно имел на содержании актрис и танцовщиц, которые жили в другом доме; в летнее время на даче его на Выборгской стороне бывали большие пирушки с пушечною пальбою, на которые, кроме его любимой красавицы, приглашаемы были его угодники, им взысканные и обогащенные, по большей части также с любовницами».
Но, однако, на этот раз нашла коса на камень. Уранова любила артиста Силу Сандунова, и Безбородко решил выслать его из Петербурга, но она решилась на смелый поступок: играя в опере, она с блеском закончила финальную арию, упала на колени перед ложей Екатерины и со словами: «Матушка царица! Спаси меня, спаси!» — протянула ей письмо, в котором рассказала все, что было. Екатерина сильно разгневалась, приказала обвенчать Уранову и Сандунова, но… жалует царь, да не жалует псарь, и Сандуновых не переставали преследовать «тьмочисленными» мелкими, но весьма чувствительными придирками три долгих года, пока они наконец не уехали в Москву.
Актер Сила Николаевич Сандунов происходил из грузинского дворянского рода Зандукели и славился в Петербурге и Москве мастерским исполнением комических ролей. Переехав в Москву, муж и жена совместно приобрели участок на берегу Неглинной и выстроили на нем бани, ставшие вскоре очень популярными. В конце XIX в. бани перешли во владение В. И. Фирсановой. Получив наследство после отца, богатого лесопромышленника и владельца многих домов в Москве, а также Середникова, известного подмосковного имения Столыпиных, Вера Ивановна заводит роскошные бани, ставшие очень популярными в Москве. В 1894–1895 гг. по проекту архитекторов Б. В. Фрейденберга и С. М. Калугина строится целый комплекс по Неглинной улице и между Сандуновским и Звонарским переулками, обошедшийся тогда в 2 миллиона рублей. Во внутреннем корпусе, за двориком, располагались отдельные номера, а в здании позади — 5– и 10-копеечные общие отделения. В корпусах, выходящих в переулки, находились квартиры. Сандуновские бани, как и Центральные, считались лучшими в Москве. Для них был специально проложен водовод до Москвы-реки и сооружена насосная станция. Здание ее, занимаемое сейчас посольством, сохранилось на Пречистенской набережной. В здании же по Неглинной улице находились торговые помещения со знаменитым нотным магазином П. И. Юргенсона на втором этаже. Юргенсоновское издательство, основанное в 1861 г., было крупнейшим в России, в его каталоге приводилось 35 тысяч названий. Магазин этот, продержавшийся много лет, к сожалению, не выдержал конкуренции и закрылся в августе 2003 г.
Супруги Сила и Елизавета Сандуновы
На противоположной стороне Сандуновского переулка находятся два больших здания. Одно из них (№ 2) принадлежит Центральному банку Российской Федерации. Основное здание банка на Неглинной улице со скульптурами А. М. Опекушина, олицетворяющими Земледелие, Промышленность и Торговлю, было построено в 1890–1894 гг. по проекту К. М. Быковского. В конце 1920-х гг. его намеревались надстроить и изменить фасад — сделать более современным, по бокам пристроить два высоких крыла по проекту И. В. Жолтовского. Возвели, однако, только эти большие корпуса, один из которых и выходит в переулок.
Рядом с банковским корпусом расположено здание с большими оконными проемами, несколько напоминающее фабричное. Оно построено для мастерских Строгановского училища в 1914 г. инженером А. В. Кузнецовым, поборником функционализма в архитектуре. Это один из первенцев железобетонного строительства в Москве, где впервые появились горизонтальные ленточные окна, получившие в 1920-х гг. широкое распространение.
Следующий переулок — Звонарский — назван по слободе кремлевских звонарей, бывшей здесь в XV–XVII вв. На углу переулка и Рождественки стоит церковь Николы, «что в Звонарях», — «отличный пример барочного храма», как писал о нем рано умерший талантливый искусствовед В. В. Згура. Церковь очень выгодно стоит на высоком месте, и ее стройный барочный восьмерик виден издалека. Первоначально, еще до поселения звонарей, церковь находилась при кладбище нищих, бродяг, при так называемом божьем доме, то есть богадельне. В 1657 г. здание церкви обозначается в источниках как каменное.
Проект церкви, законченной в 1781 г., был заказан архитектору Карлу Бланку генерал-поручиком И. И. Воронцовым, у которого рядом была большая усадьба (там, где теперь МАРХИ — архитектурный институт). Церковь закрыли, вероятно, в начале 1930-х гг., там находились различные службы и мастерские, а примерно с 1960-х гг. — кафедра рисунка МАРХИ. В 1994 г. здание передали церкви, и теперь тут подворье Успенского Пюхтицкого (в Эстонии) женского монастыря.
Звонарский переулок был застроен небольшими двух-трех-этажными домиками, такими как № 7, 9 или 11. Только в 1914 г. в него проникает строительная горячка. На участке № 5 архитектором Ф. А. Ганешиным строится жилой дом по улице и здание для ювелирной фабрики фирмы «Ф. А. Лорие» во дворе. Это бывшее производственное сооружение недавно полностью переделано для конторы нефтяной фирмы «Лукойл». Авторы перестройки здания — архитекторы П. П. Павлов, М. П. Павлов — получили европейский приз за реконструкцию городов. На красном фоне неоштукатуренного кирпича выделяются большие керамические панно с лебедями и фирменным логотипом фирмы (автор — скульптор О. А. Иконников). Ниже по переулку стоит дом № 1 — часть крупного жилого комплекса, который должен был состоять из девятиэтажного дома по Неглинной для меблированных комнат и магазинов с обзорной площадкой на плоской крыше, а также нескольких жилых корпусов. Весь комплекс проектировал и начал строить И. Г. Кондратенко, но из-за военного времени удалось возвести только один дом. Вместо домиков № 7, 9, 11 построены новые дома.
Этот переулок — одно из чеховских мест в Москве. А. П. Чехов жил в доме Фирсановой (№ 2/14). Парадный вход в его квартиру на первом этаже и сейчас там же, где и был, — с переулка. О. Л. Книппер сняла ее в ноябре 1901 г. и тогда же писала Чехову, что квартира ему понравится — просторная, в пять комнат с высокими потолками, центральным отоплением и, что было еще необычно тогда, с электрическим освещением: «Электричество будет у Маши (Марии Павловны Чеховой. — Авт.), в столовой и в кабинете твоем, уж куда ни шло — 3 лампочки -45 р. в год». Чехов прожил в этой квартире с перерывами с мая по ноябрь 1902 г. В этом же доме жили артисты Московского Художественного театра И. М. Москвин и Л. М. Леонидов, балерина Адель Джури.
