каждому слову Муад’Диба. Остальные выступления его интересовали куда меньше. Ирулан внимательно следила за ходом обсуждения, ожидая повода вмешаться.
– Я хочу обсудить рост Арракина, – сказал Пол, – и мне нужны честные ответы на мои вопросы. Планета за планетой изъявляют мне свою покорность, и население города растет быстрее, чем мы успеваем перестраивать его инфраструктуру. Паломники, беженцы и всякого рода перемещенные лица прибывают на Дюну ежедневно, а наши ресурсы ограниченны. Скоро эти люди останутся без пищи и крова.
– Они привозят с собой недостаточно воды, – добавила Алия.
Корба, одобрительно кивнув, заговорил:
– В прежние времена фрименским племенам приходилось устанавливать тысячи ветряных ловушек, строить заградительные бассейны и беречь каждую росинку просто для того, чтобы выжить. Теперь у нас нашли приют слишком многочисленные чужестранцы. Они привезли сюда свои тела и рты, но забыли захватить с собой средства пропитания. К тому же они совершенно не знают пустыни.
Чани согласилась:
– Они покупают конденскостюмы у мошенников и шарлатанов. Они думают, что могут всегда и везде купить воду за деньги, или надеются, что она упадет к ним с неба, как на их родных планетах. По фрименскому обычаю такие люди заслуживают смерти, потому что их вода должна достаться более разумным пришельцам.
Ирулан дождалась своей очереди:
– Несмотря на повышенный радиоактивный фон в местах атомных бомбардировок Барьера, там были построены временные поселки.
– Они строятся без разрешения, – возразил Корба.
– Тем не менее они строятся, – сказал Пол. – Запрещение – пустой звук для отчаявшихся и озлобленных людей.
– Радиация – не единственная опасность, – продолжила Ирулан. – Я читала еженедельные отчеты. Каждый день оттуда незаконными путями вывозят мертвецов. Людей грабят и убивают, и кто может сказать, сколько трупов осталось ненайденными? Мы знаем, что существуют банды, занимающиеся похищением живых и мертвых для добычи воды.
Пол нисколько не удивился, выслушав эту новость.
– В нашей ситуации этого следовало ожидать.
Сверившись с повесткой дня, Корба представил отчет об экспортных поставках меланжа. Границы Империи непрерывно расширялись, и Полу были нужны стимулы для привлечения на свою сторону Космической Гильдии и КООАМ. По этой причине Император просил увеличить добычу специи в пустыне. Муад’Диб всегда получал то, что хотел.
Затем Муад’Диб заслушал рапорты о результатах недавних сражений джихада. Многие аристократы Ландсраада, вступившие в союз с новым Императором, помогали нести его знамена на другие планеты, силой подчиняя те из них, которые осмеливались сопротивляться. Однако Пол отметил одну странность: очень немногие из «покоренных» планет могли представлять для его государства реальную опасность. Дружественные Муад’Дибу правители выбирали в качестве целей планеты, с которыми у них была старая родовая вражда, и под видом джихада просто сводили старые счеты с соперниками. Пол прекрасно это видел, но понимал, что эти прискорбные и бесчестные эксцессы еще сильнее раздували пламя столь необходимого ему джихада.
Слушая доклад о череде побед и данные о потерях, Ирулан не выдержала:
– Осталось не так долго ждать, когда народы будут плакать, вспоминая о блаженных днях правления моего отца.
– Хаос всегда порождает такие сожаления, – ответил Пол. «Включая и мои собственные». – Мир наступит только после того, как мы удалим всю гниль из одряхлевшей Империи. Но я не могу сказать, как долго это продлится.
Ирулан не дрогнула.
– Я вижу, как формируется ваше собственное правительство, Император Пол Атрейдес. Неужели вы всерьез думаете, что сумеете вашими методами добиться чего-то лучшего, чем Империя Дома Коррино? С небольшими перерывами наш род правил человечеством в течение десяти тысяч лет. Вы воображаете, что сможете сделать то же?
Корба, пылая праведным гневом, вскочил на ноги.
– Муад’Диб пребудет во веки!
– Довольно, Корба, – устало поморщился Пол. – Приберегите эти лозунги для толпы и не употребляйте их в этом тесном кругу.
Командир федайкинов упал на стул. Он съежился словно лопнувший воздушный шар от строгого внушения Пола.
Пол подался вперед. Ему надо было найти бреши в безупречной логике дочери бывшего Императора и воспитаннице ордена Бинэ Гессерит.
– Продолжайте, Ирулан, я слушаю вас с большим интересом.
Ирулан была удивлена и польщена таким серьезным к себе отношением и выпятила губы от гордости.
– Вами движут самые лучшие намерения, но вы во многом стали слишком истинным фрименом, чтобы править межпланетной Империей. Правление – это тонкое искусство. Однажды заключенные политические союзы не остаются стабильными на вечные времена. Необходимо постоянно следить за действиями правящих аристократических Домов и вербовать среди них союзников, менять их состав, поощрять правителей к объединению, а не запугивать их. Ведь именно по этой причине граф Торвальд с успехом собрал союзников, готовых оказать вам сопротивление. После того как он покинул заседание Ландсраада на Кайтэйне, граф начал сколачивать свой собственный союз, и многие смотрят на него, как на единственную возможную альтернативу вашей власти. Вы сделали ставку на грубую силу, а он использует сложные бюрократические механизмы.
– Его ничтожный мятеж заключается всего лишь в дерзких словах, выкрикнув которые, эти трусы прячутся в кусты.
– Пока. – Ирулан с сомнением покачала головой. – Вы увидите, что я права. Фрименская простота и грубое насилие никогда не смогут подчинить себе Империю.
– Я тоже сын благородного герцога, Ирулан, и могу соблюсти необходимое равновесие между двумя сторонами и извлечь выгоды из обеих. Я – Пол Атрейдес и одновременно я – Пол Муад’Диб.
Принцесса гневно посмотрела на него.
– И как вы пользуетесь наукой, которую преподал вам ваш отец? Я не вижу никаких выгод в том, что вы сейчас создаете: объединенное фанатизмом население, руководимое харизматическим лидером, следующим догмам, а не правовым нормам. Вы отбросили сложную – и, увы, неэффективную – бюрократию Ландсраада. Но вы не можете заменить ее анархией! Нужна надежная система законов и процедур, единый кодекс, согласно которому принимаются решения на всех планетах государства. Но пока вы пытаетесь избавиться от всех достижений своих предшественников!
– Вы предлагаете, чтобы я позволил моей администрации превратиться в раздутое чудовище, которое утонет в массе нужных только ему правил?
– Таково государство, мой супруг, и вы это знаете не хуже меня.
Угрожающе посмотрев на Ирулан, Чани хотела встать, но Пол остановил ее не допускающим возражения жестом. Он и сам с трудом подавлял раздражение.
– Разгромив такое множество планетных правителей, я не отдам мою Империю на откуп бюрократам.
– Вашей целью должна стать не бюрократия, а эффективность, – стояла на своем Ирулан. – Назначьте хороших лидеров и компетентных администраторов, людей, ценящих достижение конечных результатов превыше сохранения статус-кво или укрепления собственной власти. Любой человек, умеющий замедлить разрушение предмета, имеет преимущество перед человеком, который нуждается в таком предмете.
Пол был очень рад, что у него хватило мужества включить Ирулан в состав участников встречи. У нее одной были весьма ценные и оригинальные взгляды на будущее Империи. Но Ирулан надо держать на коротком поводке.
Хотя мать уехала совсем недавно, Пол подумывал о том, чтобы вызвать ее с Каладана. Она тоже сможет занять
