Стейт хочет как-то ответить, но я сжимаю его руку, чтобы остановить.
— На самом деле, нет. Роу — одна из ТЕХ девочек сирот. Мисс Тами и я взяли ее
после того, как она перенесла невообразимое насилие.
Я не перестаю смотреть на нее.
— Еще есть вопросы?
Приносят нашу еду, и я начинаю с таким стремлением ее есть, как никогда раньше.
Между поеданием лобстера Мама Пити сводит разговор к футболу. Каждый, кажется, достиг профессионализма в том, чтобы отвлекать от реальных разговоров о жизни и
отстаивания правильных вещей. Впервые я понимаю, что усыновление Стейта, не было
таким простым, каким казалось на первый взгляд.
Он поглощает свою еду, но не отпускает меня. Он кормит меня кусками своего
стейка каждый раз между быстрыми поцелуями в мою щеку. Стейт подходит больше мне, а не его семье.
Прежде чем я забираюсь в машину его папа обнимает меня,. Марта остается на
заднем плане. Стейт не пытается ее обнять или хотя бы сказать до свидания, даже если
они увидятся только утром.
— Мне жаль, — он хлопает дверью и подносит телефон к уху, больше не пытаясь
что-то объяснить. Его костяшки пальцев белеют вокруг руля.
— Я сказал тебе с уважением относится к ней, и тебе не нужны причины такого
отношения, я требую к Бейлор уважения, — его голос звучит резко и жестко. — Ты была
бессердечной сукой, мама. Я ненавижу это говорить, но ты стала тому причиной. Я не
хочу получать от тебя известия, пока ты не извинишься.
Я слышу ее голос на другом конце телефона.
— Мне все равно, — отвечает Стейт. — Или ты извиняешься или ничего. Я не хочу
ничего слышать о тебе пока ты этого не сделаешь. Поняла?
Он бросает телефон на консоль, ударяет по рулю, а затем бросает кепку на заднее
сиденье.
— Стейт, ты не должен был.
— Чертова сучка, — рычит он.
— Не делай этого. Ты испортишь все, что у тебя есть со своей семьей.
— Ты моя семья и это все, что мне нужно. Конец истории.
Я знаю, что должна что-то ответить, но слова не находятся. Он защищает меня.
Единственный способ исправить это — уйти, но я эгоистична и никогда этого не сделаю.
ДВАДЦАТАЯ
Когда мы заходим в дом, там темно и тихо. Мы стараемся не шуметь, добираясь до
моей спальни. Я благодарна за свою личную ванную комнату примыкающей к моей
спальне, поэтому включив свет, я закрываю дверь.
— Мне нужно приготовиться ко сну, — говорю я.
Стейт сидит на краю моей кровати, уткнувшись в руки лицом. Сейчас мое сердце
болит за него, и я хочу унять его боль. Но это трудно сделать, так как боль сперва нас
объединила. Я сбрасываю свою одежду в которой была на игре и надеваю белую майку, после умываюсь и наношу увлажняющий крем.
— Могу я войти? — звучит легкий стук в дверь ванной.
Я открываю дверь, распределяя последний лосьон. Наши взоры соединяются, где у
него пылает огонь. Его руки перемещаются на мою талию, запутываясь в линии трусиков, прежде чем он поднимает меня, чтобы посадить на стойку. Он смотрит мне в глаза, не
пользуясь преимуществом близости моего рта.
— Я, блядь, буду защищать тебя от всего.
— Это приносит тебе боль, — я провожу пальцем по линии его челюсти.
— Мне чертовски больно, что у кого-то хватило смелости так с тобой говорить.
— Я уже большая девочка, — улыбаюсь ему я.
— Никто не будет относиться к моей королеве неуважительно, — он кладет руки по
обе стороны от моих бедер ладонями вниз.
— Спасибо, — я беру его лицо в свои руки.
Наши губы соединяются, и мы начинаем целоваться сильно и отрывисто. Слишком
много времени прошло с тех пор, как мы были наедине. Я вступаю с ним в игру, беря
контроль. Прижавшись к нему, я подсовываю попу на край столешницы.
— На поле ты был чертовски сексуален, Стейт.
— Это была лучшая игра в моей жизни. Как будто в моем мире все стало на свои
места.
— В моей тоже, — я улыбаюсь. — Я даже немного узнала о футболе.
— Расскажи, — он отступает, все еще сжимая мои бедра.
Я закусываю губу и на секунду задумываюсь.
— Есть четыре четверти, твоя работа — уничтожить наступление, у нападения есть
четыре попытки, и это хорошо, когда ты вырубаешь квотербека.
— Четыре попытки сделать что?
— Честно говоря, ты никогда не позволяешь мне увидеть эту часть, — я покусываю
нижнюю губу.
— Это к лучшему, — он гулко смеется. — Даже очень, моя Королева.
— Я готова, — шепчу я, прижавшись своим лбом к его и зажмурив глаза.
— Бейлор, — мое имя срывается с его губ сексуальным тоном.
— Я уверена. Ты мне нужен.
Мои слова побуждают его к действиям. Стук сердца ускоряется, а тело болит от
нужды, когда он двигает руками по моим бокам. Он стягивает майку через голову, оставляя меня перед своим взором голой. Стейт бродит взглядом от груди к
единственному, что разделяет нас — моим кружевным трусикам и меня бросает в дрожь
от предвкушения его прикосновений.
Я наклоняюсь, хватаю обе его руки и подношу их к моему телу, затем тянусь вперед
и касаюсь его губами. Пустив в ход свой язык, соединяя их в некотором танце, я не
мешаю его рукам, находящимся по моим бокам, где его большой палец касается нижней
части моей груди.
Мои руки спускаются по его телу, снимая через голову уже его футболку, а затем
спортивные шорты, которые легко падают на пол. Его натянутые боксеры дают больше
проблем, чтобы их снять. Он открыт для меня. Я не могу контролировать свои руки, когда
начинаю поглаживать его член от основания до кончика. Под моими прикосновениями он
остается не подвижен.
Его вид загипнотизированного моим прикосновением, делает меня храбрее. Я
никогда не захочу перестать трогать его, целовать и быть с ним. У него перехватывает
дыхание так же, как и в моей сердцевине накапливается жар. Стейт осторожно поднимает
меня со столешницы и несет к кровати.
Он аккуратно кладет меня поверх пухового одеяла, а кожа вспыхивает от теплоты
его взгляда, пожирающего мое тело. Я протягиваю к нему руку, и он без слов ее
принимает. Его другая рука медленно стягивает трусики вниз по бедрам. Ощущение
материала, тянущегося по моей коже, очень эротично. Мои внутренности скручиваются, от нужды к нему, так как я никогда не испытывала ни к кому такой нужды.
Стейт поджигает все внутри меня. Он разрывает нашу связь и проводит ладонями
под каждое из моих бедер, поднимая ноги на свои плечи, затем сжимает мою задницу, и
подтягивает к краю кровати. Стейт опускается на колени, его красивое лицо исчезает
между моих ног, и я чувствую, как в ход пускается его язык. Я дрожу от удовольствия и
еще больше хочу его.
Он берет меня в рот, облизывая и пробуя на вкус своим языком. Мои бедра
двигаются в его сторону, нуждаясь в большем. Пучок удовольствия быстро накапливается
во мне, и я собираюсь достичь своей цели в кратчайшие сроки. Требуется только один
резкий вихрь вокруг моего клитора, чтобы отправить меня за край. Я хватаюсь за его
волосы и сгибаюсь еще сильнее, качаясь на последней волне удовольствия.
— Ты такая мокрая, — шепчет он.
Он поднимается вдоль моего тела, с комфортом возвращая меня обратно в центр
кровати. Одной рукой он держит меня, пока его рот накрывает мой. Я пожираю его губы, давая понять, как сильно он мне нужен, пока он погружается в меня одним пальцем.
— Стейт, — хныкаю я.
— Ты должна быть готовой, — он облизывает губы, работая пальцами.
Мои бедра взбрыкивают, желая его прикосновениям. Во мне возрастает напряжение, и я снова погружаюсь в удовольствие. Я ноги шире, позволяя ему поместиться между
ними. Он подносит руку к своему рту, соблазнительно облизывая каждый палец и я целую
его, помогая поглотить остальную часть моего вкуса, который он получил от меня. Я
