Читаем без скачивания Октябрь Семнадцатого (Глядя из настоящего) - Игорь Фроянов

Переход к следующей социалистической ступени был реален лишь тогда, когда была устранена опасность внешнего нападения. Это произошло с изобретением водородной бомбы и созданием ракетно-ядерного оружия. В результате военное нападение на СССР стало невозможно, как и нападение СССР на западные страны. К началу 60-х годов обычная война между Россией и Западом потеряла всякий смысл, ибо в ней не могло быть победителя.[366] Н.С.Хрущев в своих "Воспоминаниях" приводит характерное на этот счет высказывание президента США Джона Кеннеди: "Мы, Соединенные Штаты Америки, располагаем термоядерным оружием, которым можем дважды уничтожить Советский Союз. Но и Советский Союз располагает термоядерным оружием, которым он может уничтожить США единожды, так что второго раза уже не понадобится".[367]

С созданием термоядерного оружия, гарантирующего внешнюю безопасность СССР, социально направленная система государственного капитализма с ее "командными высотами" в экономике и тоталитарной властью в общественной жизни исчерпала свой исторический ресурс. Появилась возможность преобразований и перевода страны на социалистические рельсы. Однако у партийного и советского руководства не хватило ни интеллекта, ни воли, да и, быть может, желания, чтобы продолжить социалистическое строительство, задержанное более чем на два десятилетия причинами внешнего свойства. После смерти Сталина руководящая верхушка передралась в борьбе за власть. Пигмеи делили наследство Колосса. Им было не до страны и народа.[368] Момент был упущен и вследствие этого началось загнивание отжившей свой век системы, вызвавшее ее отторжение обществом. Создавалась почва для контрреволюции.

Совсем иначе повели дело противники России. Быстро осознав суть произошедшего, они ловко поменяли стратегию горячей войны на стратегию войны холодной, перенеся центр тяжести в область идеологического противостояния, конечной целью которого было разложение советского общества изнутри через малозаметную, как выражался И. А. Ильин, "инфильтрацию его души и воли". Основные принципы этой политики сформулировал Аллен Даллес уже в 1945 г., когда еще не остыло тепло пожатья рук друзей и союзников по антигитлеровской коалиции: "Посеяв в России хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих помощников и союзников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного, необратимого угасания его самосознания. Из литературы и искусства, например, мы постепенно вытравим их социальную сущность. Отучим художников, отобьем у них охоту заниматься изображением, исследованием тех процессов, которые происходят в глубине народных масс. Литература, театры, кино-все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых творцов, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства, — словом, всякой безнравственности. В управлении государством мы создадим хаос, неразбериху. Мы будем незаметно, но активно и постоянно способствовать самодурству чиновников, взяточников, беспринципности. Бюрократизм и волокита будут возводиться в добродетель. Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркоманию, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу: все это мы будем ловко и незаметно культивировать… И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище. Найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества".[369]

Посредством такой "инфильтрации" спецслужбами Запада была выращена целая популяция так называемых "агентов влияния", взращена податливая на пропаганду Запада "интеллигентская" среда.[370] В результате во второй половине 80-х годов "правящая элита партии и государства сменила курс, сделав "партийным курсом" антикоммунизм и использовав традиционные методы и ресурсы партии (типичный представитель этого явления М. С. Горбачев, но наиболее яркий, откровенный-А.Яковлев, а также выращенные ЦК КПСС Е. Гайдар, Г.Явлинский, А. Чубайс и прочие "демократы")".[371] А. И. Подберезкин, слова которого мы только что процитировали, пишет: "Никто не знает до конца, где, когда и кем в партийной элите было принято решение о смене курса, но что такие решения были приняты уже не в узком кружке, а в достаточно широком коллективе просматривается точно: процесс эволюции, радикализации этих решений на полуофициальном уровне. очевидно, начался не позже 1986 г."[372]

Измена партийной элиты делу, которому она была призвана служить, открыла возможность выхода на политическую сцену "демократам", которые получили власть как дар из рук все той же элиты.

Развитие событий шло, как правильно считает Г. А. Зюганов, по сценарию, разработанному мировой закулисой и под управлением опытных дирижеров.[373] Эти силы в своей разрушительной деятельности не встретили должного сопротивления. Осведомленный Е этом В. А. Крючков пишет: "Для меня, как председателя Комитета госбезопасности, для сотрудников Комитета, располагавших широкой информацией по линии разведки и контрразведки, было совершенно очевидно что подрывная деятельность против Советского Союза ведется в условиях полной парализации потенциальных возможностей государства защитить себя. В реализации разрушительных планов в Советском Союзе, других социалистических странах, несмотря на различив условий, особенностей той или иной страны, идейны? подходов и деятельности основных политических сил просматривается один сценарий, одна идеология и методология".[374]

Сейчас, по истечении времени и событий, мы можем с определенной уверенностью сказать, какую общую задачу, или сверхзадачу, решали западные сценаристы и их пособники внутри страны. Они боролись не столько против коммунистического строя и КПСС, сколько против России и русского народа. Об этом с полной очевидностью говорит последовательность их акций.

Все началось с благого, казалось бы, желания усилить властные полномочия Советов, бывшие до того тенью КПСС. Инициатором этого был М. С. Горбачев.[375] По мнению Н. И. Рыжкова, "Горбачев, освобождая партию от не свойственных ей функций, явно думал не столько о нормализации соотношения между ветвями власти и, следовательно, об эффективности управления государством, сколько о том, чтобы просто перенести свое кресло со Старой площади в Кремль, сохраняя за собой фактически все прежние полномочия и меняя лишь вывески, но не суть дела. Вот это и было главной целью реанимации ленинского лозунга 70-летней давности: была вся власть в ЦК-будет в Совете, в Верховном Совете!".[376]

Думается, тут была не простая смена вывесок, а рассчитанный удар по КПСС и подача знака "демократической" оппозиции, в каком направлении действовать. Не случайно лозунг "Вся власть Советам" был подхвачен оппозиционными силами и повернут против КПСС.[377] Это и понятно, ибо в создавшихся тогда условиях лишить партию власти-значило уничтожить ее. И она была уничтожена. А "демократы" взяли власть. Но стоило им пробиться к "рычагам управления страной, на повестку дня был поставлен новый противоположный предыдущему лозунг: "Долой власть Советов!"".[378] В стране "развернулась обвальная критика Советов как формы государства, формы народовластия".[379] 4 октября 1993 г. прямой наводкой из танков был расстрелян Верховный Совет Российской Федерации, а в его лице-остальные Советы России. Никто не услышал взволнованный голос великого И. Смоктуновского: "Не надо крови ни тех, ни других. Мы так настрадались во время Великой Отечественной войны. Мы так настрадались за эти 70 лет, что мы уже созрели до мирной жизни. Шанс договориться обязательно должен быть. Мы-православные, мы христиане по сути своей. Церковь предлагает посредничество. Это надо использовать. Мы получили прекрасную возможность, можем быть свободными. Почему же мы так неразумно используем эту свободу, эту возможность?! Неужели мы только на словах великая нация?! Ужасно! Чудовищно! Только мир! Пусть будет мир, мир и мир! Другого слова я не знаю!".[380] Страстный призыв И. Смоктуновского ушел в пустоту. Президент Б. Н. Ельцин спокойно повествует: "Ну, а как брали здание парламента, все знают. Вряд ли к этому можно что-то добавить. Программа СЫЫ вела репортаж о штурме Белого дома на весь мир, и повторять то, что отлично помнят, видели своими глазами, не имеет смысла. Были танки, были выстрелы, были автоматные очереди, зеваки, пришедшие смотреть на спектакль, в котором убивают не понарошку. Были убитые, много убитых.".[381]