Кэрол развелась с двумя мужчинами, которые были более внимательны, чем Мэтт. С чем она никогда не могла смириться, так это с равнодушным молчанием.
– Если вы хотите мне что-нибудь сказать, мне хотелось бы услышать это, мне неприятно, когда меня игнорируют.
Мэтт слегка пожал плечами:
– Извините. Я догадываюсь, что не очень-то хорошо поддерживаю компанию. Мне следует побольше находиться вне дома, тогда я перестану испытывать неловкость, оказываясь в другом месте.
Кэрол затаила дыхание:
– Я похожа на вашу жену?
– Вовсе нет. Она была высокой брюнеткой, а не изящной блондинкой. – Мэтт взял зеленый карандаш и принялся рисовать на бумаге пальму короткими и точными штрихами.
– Мне следовало бы больше говорить о вас, а не о Деборе. Ваш сын Роб, наверное, похож на отца. У них одинаковый характер?
– Да. Они оба стремятся к совершенству, что помогло им стать очень хорошими дантистами. Но я предпочла бы не обсуждать своих бывших мужей. У меня от этого портится аппетит.
Мэтт отвлекся от рисунка и, полностью проигнорировав ее просьбу, спросил:
– Вам с ними было плохо?
Кэрол взмахнула рукой:
– Лучше сказать, что у них были определенные взгляды, которые не совпадали с моими, и это порождало больше проблем, чем мы могли бы разрешить.
– А какие взгляды?
Кэрол беспокойно заерзала на стуле. Мэтт предоставил ей прекрасную возможность сказать, что, по ее мнению, нужно для удачного брака, а потом перейти к расспросам о его семье, но Кэрол решила, что еще не настало время для такого серьезного разговора. Зачем обсуждать важные проблемы, может быть, они еще с легким сердцем разойдутся в разные стороны. Кэрол взглянула в сторону кухни и пожелала про себя, чтобы шеф-повар поспешил исполнить их заказ.
– Боб был настолько чистоплотен, что не мог успокоиться, пока я не простерилизую столовые приборы после еды, а юридическая практика Клиффа отнимала так много времени, что его не оставалось для меня. А теперь, пожалуйста, не могли бы мы поговорить о чем-нибудь другом?
Мэтт с неодобрением посмотрел на нее. Его тяготило ее замешательство, но он считал, что она поверхностно относится к проблемам, которые ему хотелось бы обсудить глубже.
– Удача в браке зависит от обоих.
– Да, это правда, я с готовностью признаю ответственность за свои неудачные браки, равно как и ответственность моих мужей, но союз не станет счастливее просто от того, что люди живут вместе.
– Согласен.
Взгляд Мэтта был скорее любопытным, нежели воинственным, и Кэрол подумала, что он вспоминает о своем прежнем супружестве с удовольствием, хоть и с налетом грусти, в то время как у нее оставалась только тоска.
– Когда я была моложе, то верила, что, если двое действительно любят друг друга, они смогут справиться с любой проблемой. Теперь я не настолько наивна.
Мэтт поставил карандаш обратно в стаканчик:
– Я тоже.
Официантка принесла их заказы, и Кэрол принялась за еду. Суп оказался ароматным и густым, а плоский хлебец с дольками чеснока – таким же великолепным, как суп. Она облизала пальцы, съев ломтик, и, взглянув на Мэтта, обнаружила, что он наблюдает за ней с бесстыдной усмешкой, отчего щеки Кэрол залил яркий румянец.
– Что Роб сказал обо мне?
– Роб? Ну, он не говорил с вами достаточно долго, чтобы составить мнение.
– Да ладно вам, я уверен, что у него имеется мнение по поводу любого мужчины, с которым вы знакомитесь.
Не собираясь обсуждать взгляды Роба, Кэрол покачала головой:
– Я не так уж много мужчин привожу к себе, а сын не живет со мной, так что он не может встречаться с ними, даже если я кого-то и приглашаю. Мне жаль, что вы не встретились с моим младшим сыном Томом. Он ортопед и не критикует всех подряд.
– Значит, Робу я не понравился.
– Я этого не говорила.
– А вам и не надо. Если Роб высказал критические замечания, это значит, что я не произвел на него должного впечатления и это очень плохо. Но я уверен, что моему сыну вы бы понравились.
Кэрол не собиралась даже с максимальной осторожностью обнародовать мнение Роба и ненавидела себя за это.
– Ради Бога, мнение Роба ничего для меня не значит.
– Конечно, значит, – возразил Мэтт. – Родители больше не могут противостоять критике своих детей, так что это наш случай.
Кэрол почувствовала себя ужасно неловко, но проглотила еще одну ложку супа.
– Это просто бесподобный суп.
– Эй, вы способны говорить о серьезных вещах?
Оскорбленная Кэрол откинулась на спинку стула:
– Что за ужасный вопрос. Конечно.
– Прекрасно. Тогда спросите меня о чем-нибудь важном.
Сбитая с толку, Кэрол постучала ложкой по ободку тарелки. Она испытывала искушение узнать его мнение на свой счет, но у нее не хватало мужества говорить обо всем, что касалось ее.
– За исключением того времени, когда мои сыновья были еще маленькими, я всегда работала. А кто была по профессии Дебора?
– У меня прибыльное дело, так что у нее не было причины работать. Она просто делала меня счастливым.
– Я не знаю, что бы я делала с собой, если бы только бродила по дому целыми днями. Мне нравится мое занятие: я встречаюсь с людьми, несу ответственность за выбор качественных товаров, наблюдаю за их продажей. Это действительно карьера, приносящая удовлетворение.
– У Деборы было много друзей, она занималась общественной работой. А вот вам хотелось ли когда-нибудь заняться чем-то другим, кроме службы в «Расселле»?
Испытывая скованность из-за обвинительного тона Мэтта, Кэрол некоторое время, собираясь с мыслями, молчала, а потом рассказала о своей мечте:
– Мне хотелось бы открыть свой собственный магазин. Годы работы в «Расселле» дали мне возможность понять, в чем секрет их успеха, но, работая там, я могу стать лишь менеджером по продаже или руководителем сети магазинов. Открытие собственного магазина, конечно, настоящий вызов, но, наверное, когда-нибудь я так и поступлю.
– Множество новых фирм терпит крах.
– Я знаю. И это одна из причин, по которой я не тороплюсь, особенно при нынешнем кризисе в экономике.
– Вы честолюбивая женщина и наверняка добьетесь успеха.
– Спасибо за комплимент, но я пока не готова.
– Много новых фирм испытывают недостаток капитала. Деньги – это проблема для вас?
Довольная тем, что они обсуждают что-то менее личное, чем ее неудавшиеся браки, Кэрол оживилась:
– Честно говоря, нет. У меня собственный дом, так что я способна легко оформить заем. Эми работает в банке, и ей будет приятно уладить этот вопрос. Но, как я уже говорила, сейчас не время начинать самостоятельное дело. Многие из крупных торговых фирм слились воедино или прекратили существование, и, пока «Расселл» держится на плаву, я останусь там.
