– Ты находишь все это интересным?
– Конечно. А ты – нет?
– Я… – Тахир умолк, когда вдруг неожиданная мысль пришла ему в голову.
Он исполнял обязанности монарха и в то же время искал себе замену. Ни разу за все время ему не было скучно! Он сердился, разочаровывался, даже иногда радовался, когда добивался важного успеха. Но он ни разу не заскучал!
– Тахир? – На него уставились две пары глаз.
Он вернулся к разговору, но следующие двадцать минут едва слушал женщин.
Тахир думал о том, что должен убрать разделяющую их пропасть. Если она и дальше будет так страдать, это негативно отразится на ребенке. Но если он пойдет с ней на сближение, станет уязвимым. Аннализа делает его сомневающимся в себе человеком.
Она пробуждает в нем… чувства. Будоражит в нем эмоции, к которым он не привык. Например, ревность. Вчера вечером ревность поразила его, как пустынный ветер. Он превратился в жадного тирана, набросившись на Аннализу, – вместо того чтобы защищать.
Он обязан защищать ее и облегчать существование.
Тахир аль-Рамис обретает чувство долга. Чего только не происходит в этом мире!
– Как ты считаешь, Тахир? – Мать прервала его размышления. – Децентрализованная система здравоохранения потеряла смысл? Или это риторический вопрос?
Он увидел, как Аннализа вспыхнула, и догадался, что идет обсуждение положения в стране. Тахир с гордостью отметил, что подобные дела интересуют Аннализу.
– Если это тебя так интересует, приходи на следующее заседание рабочей группы.
– Так не принято, – покачала головой его мать. – Обычно там присутствуют только чиновники…
А то он не знает! Бюрократия повсюду. Но Тахир не привык так работать. Ему не нравится управлять страной! И если он вынужден ею управлять, то будет поступать по-своему.
Тахир наклонился вперед, чтобы выбрать финик на блюде.
– Я прикажу секретарю сообщить тебе, когда будет следующее заседание.
– О, но я не думаю… – Аннализа осеклась под его взглядом.
– Но ты должна думать, Аннализа, поэтому я и хочу тебя там видеть. – Произнеся эти слова, он понял, насколько правильно поступает. Подобные совещания были примером официоза, неплохо бы посетить их. Кроме того, у Аннализы будет возможность подумать о чем-то еще, кроме своей беременности.
– У тебя есть опыт работы в области здравоохранения в провинции. Будет полезно узнать твое мнение, – заметил он, а затем повернулся к матери: – Ты знаешь о том, что Аннализа оказывала медицинскую помощь в отдаленных деревнях?
– Знаю. – Взгляд его матери можно было назвать одобрительным. Тахир перестал жевать. – Какая хорошая идея! Опыт Аннализы, несомненно, пригодится.
Проглотив финик, Тахир откинулся назад. Голова шла кругом. Его королевская мать почти похвалила его! Раньше она была с ним вежливо-холодна, а во время его изгнания отказывалась отвечать на его звонки.
– Но я не могу, – пробормотала Аннализа. – Я не…
– Я был бы рад твоему участию. Там будет и моя мать. – Наклонившись вперед, Тахир одарил Аннализу взглядом, который, он знал, лишал сопротивления любую женщину за тридцать секунд. Он увидел, как она быстро заморгала и нежный румянец покрыл ее щеки и горло.
Глава 12
Откинувшись на спинку стула, Тахир молчаливо поздравил себя.
С участием Аннализы рабочая группа за прошедшие две недели добилась большего, чем он предполагал. Она сделала то, чего не удавалось его чиновникам, – узнала о нуждах людей в отдаленных районах страны. Планы по координированию медицинского обслуживания обещали принести успех.
Его будущая невеста оказалась весьма талантливой. Она общалась с людьми разного социального положения и при этом была заботлива, терпелива и интеллигентна.
И она возбуждала Тахира, как ни одна другая женщина…
Даже осознание того, что Аннализа носит его ребенка, не могло унять его желания. Едва высыпаясь, преследуемый эротическими фантазиями, Тахир обретал новую силу. Когда-то в пустыне он соблазнил ее сразу же, как только искушение стало невыносимым… Тем не менее он испытывал странную удовлетворенность, зная, что поступает правильно, давая Аннализе время, чтобы привыкнуть. Судя по тому, как она сияет, он поступает верно.
Он кивком попрощался со своими служащими. Вышли все, кроме Аннализы.
Тахир молчаливо прошел через зал и встал рядом с ней.
В нос ударил знакомый аромат – запах дикого меда, и его уже и без того напряженные мускулы еще более напружинились. Он глубоко вздохнул. Ни один из ароматов не казался ему столь провокационным. У него вспотели ладони, он с трудом унял желание обнять ее.
Тахир наблюдал за грациозными движениями Аннализы, которая переворачивала страницы. За тем, как непроизвольно она надула губы. Ему захотелось слегка прикусить ее сочную нижнюю губу и вырвать из Аннализы восторженный стон, затем жадно поцеловать ее. Ему захотелось увидеть отблеск огня страсти в ее добрых карих глазах, когда она затрепещет от наслаждения…
Он жаждал быть с ней, владеть ею, чтобы она всегда улыбалась ему и позволяла греться в тепле своего сердца.
То, что Тахир подошел, Аннализа почувствовала, еще не видя его. Дрожащими руками она положила документы на стол переговоров. Сильные пальцы взяли ее за локоть, и она замерла. Посмотрев наверх, она утонула в глубинах голубых глаз Тахира.
– Пойдем, – сказал он, потянув ее к удобным креслам. – Посиди со мной.
Машинально Аннализа обернулась, но увидела, что дверь заперта. Они остались наедине. Ее кровь забурлила, а ладони вспотели от воспоминания о том, что произошло, когда они остались наедине в прошлый раз. Может ли она доверять Тахиру? А себе?
– Никто не помешает, – успокоил он ее.
Но, видя его страстный взгляд, Аннализа засомневалась. Тахир был мужчиной, которого она слишком любит, и это пугало ее.
В ту ночь он покинул ее спальню без возражений и не притрагивался к ней после того иссушающего поцелуя, когда она согласилась стать его женой. Она явно перестала быть ему интересной…
Аннализа присела на низкий диван. К ее испугу, Тахир присел рядом с ней.
– Я назначил дату нашей свадьбы.
Аннализа с трудом сглотнула. Ее сердце забилось чаще, когда в его глазах она увидела тревогу.
– Когда? – хрипло спросила она, напоминая себе, что их брак будет фиктивным.
Но, судя по тому, как Тахир наклонился к ней, взял за руки, она ошибается. Огонь опалил ее кровь.
– Через неделю мы станем мужем и женой.
Казалось, атмосфера между ними вспыхнула. Так случалось всякий раз, когда Аннализа оказывалась рядом с Тахиром.
Она выпрямилась, избегая его пристального взгляда. Большим пальцем он погладил ее запястье, отчего по руке у нее побежала дрожь. А когда наклонился ближе, ее веки затрепетали. Ей не следовало желать его поцелуя, но она очень хотела, чтобы он ее поцеловал…
