Джорджиана устроилась напротив леди Тремли.
– Чейз нездоров, миледи. Он передаёт вам наилучшие пожелания и надеется, что вы согласитесь поговорить со мной вместо него.
Графиня обвела взглядом низкий вырез платья Джорджианы, светлый высокий парик, подведённые глаза и узнала в ней ту, которую видели и все остальные. Опытную проститутку.
– Не думаю...
Раздался стук в дверь, Джорджиана открыла её и забрала у Бруно пакет, охранник уже без слов понимал, что требуется основателям "Падшего ангела". Закрыв дверь, она подошла к женщине и протянула ей холодный свёрток со льдом.
– Для вашего глаза.
Графиня его приняла.
– Спасибо.
– Здесь мы знаем всё о синяках. – Джорджиана снова села. – Любого происхождения.
Пока леди Тремли прижимала компресс к глазу, никто не произнёс ни слова. Джорджиана слишком часто встречалась с подобными дамами, чтобы знать всё об их желаниях. Они жаждали чего-то большего. Им хотелось развлечений, которые обогатили бы их существование. Которые хоть немного тайно изменили бы их жизни, облегчив страдания от долгих дней соблюдения приличий. И если принять во внимание синяк под глазом, облегчив страдания от долгих дней замужества.
Главное - позволить даме заговорить первой. Всегда.
После долгих минут молчания леди Тремли опустила лёд и произнесла.
– Спасибо.
Джорджиана кивнула.
– Не за что.
– Прошу прощения.
Разговор всегда начинался одинаково. С извинений. Как будто у леди был выбор в жизни. Как будто она не была просто создана женщиной и соответственно оставалась в меньшинстве.
– В извинениях нет необходимости.
Что было чистой правдой.
– Наверняка у вас есть более... – Леди Тремли замолкла на полуслове.
Джорджиана небрежно махнула рукой.
– У меня нет никаких более важных дел.
Леди Тремли кивнула, опустив глаза на свою юбку, и призналась:
– Я сразу же осудила вас, когда вы только появились.
Джорджиана рассмеялась.
– Думаете, вы первая? – Она откинулась на спинку стула. – Меня зовут Анна.
Графиня широко распахнула глаза. Джорджиана привыкла шокировать приличных дам, когда обращалась с ними, как с равными. Это первое испытание, которое проверяло их на мужество.
– Имоджин.
Леди Тремли прошла испытание.
– Добро пожаловать в "Падший ангел", Имоджин. Можете быть уверены, что наш разговор достигнет только ушей Чейза.
– Я слышала о вас. Вы его... – она замолчала, передумав называть её шлюхой, вместо него выбрав другое определение, – его доверенное лицо.
– Среди всего прочего.
Имоджин замешкалась, теребя золотую атласную ткань. Такое поведение было явно не свойственно для жены одного из ближайших советников короля.
– Я получила приглашение от мистера Чейза. Судя по всему, существует ещё и женский клуб.
Джорджиана улыбнулась.
– Боюсь, у нас вы не найдёте ни кружков шитья, ни читательских собраний.
Леди Тремли посмотрела на неё проницательным взглядом.
– Я вовсе не настолько недалёкая, как вам может показаться.
Джорджиана перевела взгляд на синяк под её глазом.
– Я вовсе не считаю вас недалёкой.
Леди Тремли покраснела, но Джорджиана не думала, что причиной тому стало смущение. Раз эта женщина находилась здесь, значит она давно перестала смущаться действий мужа. Она была вне себя от гнева.
– Я понимаю, что для того, чтобы получить членство, я должна предоставить информацию.
Джорджиана надолго замолчала.
– Не знаю, где вы могли такое услышать.
Глаза Имоджин сузились.
– Я вовсе не дура.
– Кто сказал, что Чейз уже не владеет всей информацией? Как вы, должно быть, слышали, у нас есть досье толщиной с его палец на каждого важного человека в Лондоне.
– Этой информацией он не владеет, – сказала графиня, понизив голос и глядя на дверь. – И никто не владеет.
Джорджиана ни на секунду в это не поверила.
– Даже король?
Имоджин покачала головой.
– Она погубит Тремли. Навсегда, – она произнесла эти слова с рвением. С волнением. С пьянящим триумфом, который сопутствует мести.
Джорджиана откинулась назад.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Нам известно, что ваш муж обкрадывает казну.
Глаза леди Тремли расширились.
– Откуда вы знаете?
Значит, это правда.
Чёрт возьми, откуда об этом узнал Уэст?
И почему Джорджиана оставалась не в курсе?
Она взяла себя в руки и заговорила снова:
– И мы знаем, что он тратит эти деньги на финансирование армии наших врагов.
Графиня заметно поникла, годы практики не позволили Джорджиане наклониться вперёд и спросить: "Правда"? Ведь она не поверила Уэсту полностью. В конце концов, если всё так и есть, то граф виновен в измене. И его повесят, если преступление когда-нибудь раскроется.
Чтобы сохранить подобную информацию в тайне, Тремли вполне может пойти на убийство. И судя по лицу его жены, он не колебался, когда дело доходило до насилия.
– Боюсь, миледи, что ценой вашего билета в "Падший ангел" станут доказательства того, что мы уже знаем о вашем муже. Однако, прежде чем мы продолжим, вы должны быть абсолютно уверены, что готовы предоставить их Чейзу и "Ангелу", – вновь заговорила Джорджиана. – Вы должны понимать, что как только мы получим эти доказательства в обмен на членство, то оставим за собой право ими воспользоваться. В любое время.
– Я понимаю. – Взгляд графини зажёгся торжеством.
Джорджиана наклонилась вперёд.
– Вы понимаете, что говорите об измене.
– Понимаю.
– Его повесят, если правда вскроется.
Торжество уступило место хладнокровию.
– И пусть.
Услышав бесчувственные слова, Джорджиана выгнула бровь. Тремли был ублюдком, это не вызывало особого удивления. Но то, что его жена оказалась Боудиккой2, совсем другое дело.
– Справедливо. У вас есть доказательства?
Леди Тремли извлекла из-за корсажа несколько опалённых по краям обрывков бумаги. И протянула их Джорджиане.
– Покажите это Чейзу.
Джорджиана сложила у себя на коленях кусочки документа и пробежалась глазами по изобличающему тексту. А затем подняла взгляд на жену графа.
– Как вы...
– Мой муж не так умён, как считает король. Он бросает свою корреспонденцию в огонь, но не дожидается, когда она сгорит.
– То есть... – начала Джорджиана.
– Есть ещё десяток писем, – закончила фразу Имоджин.
Джорджиана долго молчала, обдумывая роль этой женщины. Украденные письма. И то, как они смогут помочь прямо сейчас.
Они обеспечат ей поддержку Дункана Уэста и, следовательно, гарантируют будущее ей и её дочери.
Новые тайные сведения всегда вызывали у неё пьянящий трепет, но сегодня день был поистине выдающийся.
– Я уверена, что могу с удовольствием пригласить вас от имени Чейза в "Иной мир".
Леди Тремли улыбнулась, и её лицо преобразилось. Она снова стала выглядеть на свои годы.
– Вы можете остаться, – сказала Джорджиана.
– Мне бы хотелось немного оглядеться. Спасибо.
Леди Тремли не поняла.
– Дольше, чем на один вечер, миледи. "Иной мир" не просто игорный клуб. Если вам нужно убежище, мы можем его предоставить.
Улыбка исчезла с её лица.
– Мне оно не нужно.
Джорджиана прокляла мир, в котором они родились, где у женщин не было иного выбора, кроме как смириться с опасностью в своей повседневной жизни. Великий парадокс заключался в том, что, если потеряв репутацию, женщина умудрялась выжить, то она становилась свободной. Чем не могли похвастаться приличные женщины с безупречной репутацией. Состоящие в хорошем браке.
Скорее, в неудачном.
Джорджиана кивнула, вставая и разглаживая юбки. Она достаточно много повидала подобных жизненных сцен и знала, что лучше не настаивать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Если когда-нибудь понадобится... – Она замолкла, и остальная часть фразы повисла в воздухе.
Леди Тремли тоже поднялась на ноги, но ничего не ответила.
