Глава 17
Роберт тем временем приближается ко мне.
– Скажи, тебя околдовали? – шипит Кара.
– Никак нет, – вздергивает подбородок Роберт и прибавляет очень уверенно. – Я все еще считаюсь ирриди и несу обязательства…
– Бред, – вырывается у этой суровой брюнетки и тут я понимаю, что пора разруливать сложившийся конфликт. – Роберт, тебя ждут отобранные невесты!
– Тааак, – произношу я. – Дом мой, так?
Все вокруг замирают и по наступившей в помещении тишине, я понимаю, что с ларди Э’Вилн точно что-то было не так. Все как-то очень боялись того момента, когда она говорила. Но я пытаюсь не придавать этому факту излишнего значения сейчас.
– Мужчина мой?
Мне неожиданно кивает показавшийся в дверях Иштван. Вот ведь вездесущая морда!
– По правде… – начинает Кара.
Взмахиваю рукой.
– Может, и не мой до конца, но он ведь сам решил остаться.
Роберт кивает.
– Тогда остается вопрос: что ты тут делаешь?
– Роберт, – обращается к моему ирриди Кара. – Ты ведь понимаешь…
– Эй! – поднимаю голос я. – Дорогие слуги или гаремники! У нас тут незапланированная аудиенция! Расскажите госпоже Каре, что врываться в мой дом как минимум невежливо!
Тут же откуда не возьмись возникают два парня, которые уже сопровождали меня во время встречи с гаремом. Они окружают Кару, но та вырывается из их рук и предупредительно разворачивается к дверям сама.
– Когда у меня возникнет желание пообщаться, я обязательно передам приглашение, – не могу не съехидничать, глядя ей вслед.
Вскоре двери за Карой закрываются и мы с Робертом остаемся в холле. Я аккуратно беру за руку своего ирриди и как ни в чем не бывало прижимаюсь к плечу.
– А теперь давай начистоту, – едва-едва шепчу я, мило улыбаясь, – ты ведь сделал это не от великой любви?
Роберт хмыкает и аккуратно накрывает мою ладонь своей. Слышу такой же негромкий ответ:
– Поговорим без свидетелей?
Обвожу взглядом холл – действительно, любопытствующих товарищей уже набралось множество.
Поправляю прическу и оборачиваюсь к Роберту.
– Могу предположить, что ты еще не завтракал.
Тот учтиво наклоняет голову.
– Вы совершенно правы, госпожа, – на сей раз я не вижу в его мимике отвращения или злобы, что чрезвычайно радует.
– Идем, – протягиваю руку и делаю слугам жест который призывает обслужить нас.
Оказываемся все в том же обеденном зале. Прислуга мечется, стараясь как можно скорее накрыть на стол. Я останавливаюсь, не доходя пару шагов до шикарного кресла, в котором мне довелось посидеть вчера.
– Надеюсь, ты не будешь пытаться сесть на пол, – предупреждаю любые странные действия Роберта.
Тот усмехается и отодвигает от стола чуть менее пышно украшенное кресло.
Я выдыхаю. Вот это меня уже начинает радовать.
Наконец на стол накрыто и мы с Робертом можем поговорить с глазу на глаз. Однако слова не идут. Ковыряю ложечкой воздушный десерт, задаваясь вопросом, отчего в этом доме подают преимущественно сладкое?
Это приказ Эми или на Элирне вообще принята такая пища. Черт его знает. Мне приходит в голову, что я даже не успела толком испугаться из-за визита Кары по одной-единственной причине: я до конца все еще не могу поверить в реальность происходящего.
Наконец заставляю себя собраться.
– Кхм… – прочистив горло, удобней устраиваюсь в кресле.
Роберт поднимает голову и бросает изучающий взгляд на меня. Я понимаю, ему доставляет удовольствие ждать моей речи.
– Так у тебя будет целый гарем? – наверное этот вопрос сейчас выглядит неуместным, но я не замечаю того чтобы Роберт скивился или как-то иначе выразил свое неприятие.
– Гаремы – привилегия богатых и титулованных женщин, – отвечает он, явно веселясь. – Мне пообещали выбор – я сам решу, которая из них возьмет меня в мужья.
Откидываюсь на спинку кресла и скрещиваю руки на груди. Тут должен быть подвох. Иначе не бывает!
– Я в жизни не поверю в то, что ты решил променять жизнь во дворце на такую замечательную меня!
Роберт усмехается, так и не доев свою порцию десерта. Часть воздушного крема слетает с ложечки из-за его резкого выдоха и оказывается на верхней губе мужчины. Я ловлю себя на мысли, что хотела бы коснуться его, убрать это или даже… слизать.
Нет! Ну что за мысли?!
Роберт сам избавляется от крема и вдруг при этом смотрит мне прямо в глаза. От этого жеста меня почему-то бросает в жар, в то время как по глазам мужчины я вижу: ирриди настроен говорить о деле.
Крепче сжимаю колени, чувствуя себя как пожилая женщина, заглянувшая в мужской стриптиз-бар. Отставить идиотские идеи!
– Все дело в моем брате, – признается Роб бархатным голосом.
Я чуть ближе пододвигаюсь к столу.
– Что ты сказал? – все мысли о разврате тут же вылетают из моей головы. Я никак не могла ожидать того, что Роберт сам заговорит о Дэниеле, моей, по сути, единственной настоящей на данный момент любви.
Чувствую как сердце начинает ускоренно биться в груди. Я вижу, что Роб как будто оценивает мою реакцию, словно ловит эмоции, написанные на моем лице. Между нами как будто создается странный, почти что неосязаемый контакт.
– Ты любишь его, – одними губами произносит Роб.
– Что? – вторю едва слышно. – Что бы делаешь?
Роберт опускает глаза и смотрит в стол.
– Я умею считывать эмоции, – признается он, рассматривая скатерть и я вижу по его лицу: то, что сейчас с ним происходит нельзя назвать смущением, это просто… попытка держать свое умение под контролем!
– Всех ирриди учат такому. Но я в чтении не особенно хорош, – он улыбается и, отдышавшись, снова поднимает на меня взгляд. Сейчас глаза Роберта нормальные, привычные. – Я просто хотел убедиться, – добавляет он.
– В чем?
– Что ты не лгала, – после этого Роберт откидывается на спинку сиденья. – Теперь я расскажу почему остался.
Задерживаю дыхание.
