– Ты хочешь жениться на мне только ради ребенка? – обретя дар речи, спросила Мисти, чувствуя, как ее захлестывает горечь, к которой примешивалось удивление: предложение о браке было последнее, что она ожидала от него услышать.
– А ты хочешь стать матерью-одиночкой, как твоя мать?
– Не смей проводить параллели! – сразу вскинулась Мисти. – Я не люблю, но и не виню свою мать за то, что она так поступила со своими детьми. Мой ребенок не будет ни в чем нуждаться, особенно в материнской любви.
– А как насчет любви отцовской? – ровно произнес Леон. – Мисти, прошу тебя, не наказывай нашего ребенка за мои грехи.
Она вздрогнула и сквозь ресницы посмотрела на него. Его лицо было спокойным, но она чувствовала его волнение. Он действительно думает, что она хочет его наказать? За что? За то, что она его любит, а он ее – нет?
– Это вопрос не наказания, Леон, – медленно проговорила Мисти. – Ты ведь хочешь жениться на мне только потому, что я ношу твоего ребенка. Ты думаешь, эта достаточная причина для брака? Тем более, я уверена, что ты вовсе не желал этого ребенка.
– То, что я стану отцом, повергло меня в шок, это правда, – тщательно подбирая слова, сказал Леон. – Я этого не планировал, но, взвесив все еще раз, понял, что мое отцовство меня нисколько не пугает. К тому же меня по-прежнему влечет к тебе. Я хочу видеть тебя в моей постели. Люди вступают в брак и по менее значительному поводу, и тем не менее многие такие браки оказываются очень удачными. Почему бы не попробовать и нам? Что мы теряем? Конечно, если после того, как я с тобой обошелся, ты испытываешь ко мне отвращение, я пойму, если ты ответишь отказом. Только, пожалуйста, дай нам и нашему ребенку еще один шанс. Я буду ждать сколько нужно.
– Я не питаю к тебе отвращения, – сглотнув, проговорила Мисти. Она с сожалением подумала про себя, как сильно он заблуждается насчет ее чувств. Держа в уме его слова о том, что он по-прежнему находит ее привлекательной, она кивнула и словно издалека услышала свой голос: – Я подумаю над твоим предложением.
– Хорошо. – Леон слабо улыбнулся, и Мисти неожиданно решила, что сейчас он стал похож на человека, который вдруг узнал, что его казнь перенесли.
– Тогда спокойной ночи. Я уеду завтра утром.
– Мой шофер отвезет тебя. Спокойной ночи.
Мисти вышла из гостиной. На пороге она обернулась, и их взгляды встретились. Он смотрел на нее с надеждой. Она поспешила уйти, чтобы не сделать какой-нибудь глупости, например, чтобы не обнять его и не открыть ему свои чувства. Сначала она должна обдумать столь серьезный шаг, ведь он наверняка изменит их жизни. К тому же, признайся она ему в своей любви, кто знает, может, это поставит ее в неловкое положение? Ведь он всего лишь сказал, что желает ее, но о любви не прозвучало ни слова…
Глава десятая
В полдень следующего дня Мисти уже была в доме Берди. Леон посадил ее в машину и сказал, что приедет через неделю – он уезжал из Англии по делам, – но если она решит, как поступить с его предложением, раньше этого срока, он будет рад, ведь ему хотелось бы, чтобы она не томила его и сообщила о своем решении сразу.
Неделя быстро подходила к концу. Все это время Мисти металась между «нет» и «да». На одной чаше весов был ее ребенок и его счастье, на другой – ее собственное. Ближе к концу недели Леон позвонил под предлогом узнать, как она себя чувствует. Трубку взял Флэш, который, к ее облегчению, так ни разу и не поднял вопрос о переходе их отношений на другой уровень. Казалось, он был вполне доволен, что они снова друзья и он скоро станет дядюшкой.
– Моя дорогая будущая мамочка, тебя к телефону, – чему-то ухмыляясь, сообщил ей Флэш.
Когда Мисти подошла к телефону, она услышала голос Леона, в котором отчетливо слышались нотки сдержанной ярости.
– Почему он называет тебя «дорогой»? – глухо спросил он вместо приветствия.
– Но…
– Я не знаю, каким будет твой ответ, но я хочу, чтобы ты знала сейчас, – словно не слыша ее, продолжил Леон. – Если мы поженимся, ты вычеркнешь его из своей жизни. Я не потерплю, чтобы другие мужчины называли мою жену «дорогой».
– Но я еще не сказала, что выйду за тебя замуж, – со всем спокойствием, на которое она в этот момент была способна, заметила Мисти. Ее сердце пело. Он сказал «мою жену».
– Ты права, прости, – сразу отступил он. – Но я… – Он не закончил. – Как ты себя чувствуешь?
После твоего звонка гораздо лучше, мысленно сказала она, но вслух произнесла:
– Спасибо, хорошо.
– Я приезжаю завтра и остановлюсь в отеле «Белстоун Хаус», – спустя короткую паузу сообщил Леон.
– Да, конечно. До завтра.
– До завтра.
Мисти положила трубку и не сразу поняла, что улыбается. Как же она раньше об этом не догадалась? Сначала поведение Леона на стоянке отеля, когда он был готов разорвать Филиппа на куски, затем сцена на подземной стоянке его компании, когда она была с Флэшем, и вот сейчас их разговор. Возможно ли, что Леон ревнует? Ее сердце забилось быстро-быстро. Если это так, то она сделает все, чтобы влюбить его в себя. Едва эта мысль оформилась в мозгу Мисти, как она поняла, что, кажется, сделала свой выбор…
– Мисти? Мисти!
Она не сразу осознала, что ее зовет Берди, пару дней назад вернувшаяся от своей овдовевшей сестры.
– Что-то случилось? – встревожилась девушка.
– Нет, – улыбнулась Берди. – С каждым днем я чувствую себя все лучше и лучше. К тебе гость.
– Ко мне? – недоверчиво спросила Мисти.
– Оливер Сарджент, – мягко сказала Берди. – До того как ты ответишь, что не хочешь его видеть, я бы хотела попросить тебя, чтобы ты его все-таки выслушала.
– Нет, почему же я не должна хотеть его видеть? У меня есть к нему кое-какие вопросы.
Берди с облегчением вздохнула.
– Я приготовлю вам чай, – улыбнулась она.
Когда Мисти вошла в гостиную, с дивана поднялся Оливер Сарджент. С той первой их встречи в замке в Шотландии он заметно похудел и осунулся.
– Добрый день, – приветствовал он ее. – Если бы не Леон, я бы не пришел.
Она на миг растерялась.
– Леон?
– Он убедил меня, что я должен прийти, потому что мне уже нечего скрывать.
– Садитесь, – автоматически попросила его Мисти, устраиваясь в кресле.
Оливер Сарджент сел.
– Думаю, у вас есть ко мне вопросы.
– Да, есть пара вопросов, на которые мне бы хотелось получить ответы, – кивнула она.
– Позвольте, я начну. Когда мы познакомились с Кэрри, ей был только двадцать один год. Оказавшись среди своих сверстников, она быстро стала сожалеть, что поспешила выйти замуж за уже немолодого профессора. У нас завязался роман.
– Вы любили ее?
