Читаем без скачивания Борьба за трон (сборник) - Уильям Гаррисон Эйнсворт

– Я ни одной минуты не сомневался в том, что вы изволите говорить, всемилостивейшая государыня, но вы простите меня, если я скажу, что ваше поведение не соответствует вашим словам.

– Прощаю вас, сэр, – отвечала королева. – Благодарю вас за то, что вы говорите со мною так откровенно. Но скажите мне – я даю вам право говорить мне всю правду, – неужели король думает, что это покушение было подстроено моим супругом?

– Преступник сам сознался в этом, – отвечал Вальтер.

– Это ложь, – воскликнула Мария с негодованием. – Король Вильгельм не способен на такое гнусное дело.

– Я вполне уверен в этом, – сказал Вальтер. – Думаю, что и ваш августейший отец считает его непричастным к этому делу.

– Благодарю вас за эту весть. Вы сняли с моей души страшную тяжесть. Я знаю, что отец считает меня неблагодарной. Знаю, что он смотрит на моего супруга как на злейшего своего врага, но я не могу себе представить, как он мог подумать, что я или он желаем его смерти.

Королева, видимо, сильно волновалась.

– Выслушайте правду и тем дайте мне возможность облегчить мое сердце, – продолжала она. – Я очень страдала от того, что я сделала. Но переделать что-либо я уже не могу.

– Почему же нет? Исправить ошибку никогда не поздно.

– Невозможно! – воскликнула королева с отчаянием в голосе. – Я боюсь небесного гнева.

– Позвольте мне утешить ваше величество, – сказал Вальтер, не смея сомневаться в ее искренности. – Могу ли я взять смелость повторить вашему августейшему отцу все то, что я здесь слышал?

– Конечно, сэр. Но никому другому, кроме него.

– Ваше величество можете в этом случае положиться на меня, – серьезно сказал Вальтер.

– По всей вероятности, мне не придется больше увидеться с отцом. Жаль, что не удастся получить прощение из его уст.

– Я надеюсь, что дело может повернуться иначе, – заметил Вальтер.

– Нет, – произнесла королева, вздрагивая, – у меня есть свои предзнаменования.

– Предзнаменования? – спросил Вальтер. – Я не понимаю вас, ваше величество.

– Да, мне было предсказано, что я не увижу отца.

Судя по тому, как она сказала эти слова, видно было, что она вполне верит в предзнаменование.

– Это мог предсказать вашему величеству только враг, – заметил Вальтер.

– Нет, это мне сказал человек, которому я вполне доверяю. Я желала бы умереть в мире со всеми. Но больше всего мне хотелось бы, чтобы отец меня простил. Добейтесь этого, если можно. Если вы увидите его, напомните ему о дочери, которую он так нежно любил. Я дрожу при мысли, что он будет проклинать меня.

– Не следует так думать, ваше величество, – сказал растроганный Вальтер. – Несмотря на все то, что случилось, я полагаю, нет, больше, я уверен, что он вас любит.

– Будем надеяться! – вскричала королева. – Вот его портрет. Всякий раз, как я гляжу на него, мне кажется, что он начинает хмуриться. Я не смею поднять на него глаза. Но, скажите, сильно он изменился?

– Лицо короля вовсе не хмуро, – отвечал Вальтер. – Напротив, оно всегда озарено улыбкой.

– Нет, я была права, – вскричала королева, взглянув на портрет и тотчас же отворачиваясь от него. – Он все еще хмурится на меня.

И, едва овладев собою, королева продолжала:

– Я не буду спрашивать вас о ваших планах. Я уверена, что они касаются ланкаширских якобитов. Но я не хочу верить, будто вы решились изменить вашим друзьям. Вы, очевидно, имеете какие-то другие причины так поступать. Объясните мне все откровенно.

– Ваше величество угадали, – ответил Вальтер. – Я не намерен изменять моим друзьям. Я стараюсь спасти их и уничтожить замыслы негодяев и изменников. Один из них – некий Лент – вчера ночью уже покушался на мою жизнь.

– Я слышала об этом Ленте от сэра Тренчарда. Мне очень досадно, что он принужден пользоваться услугами такого господина. Но я вот что скажу вам: как только я увидела вас, я сейчас же поняла ваши намерения. Ваша натура слишком благородна для предательства. Я не могу отдать себе отчета в доверии, которое чувствую к вам. Не обманите же меня. Я питаю расположение к вам, как к брату.

– О, доверие вашего величества глубоко трогает меня, – воскликнул Вальтер. – Вы изволили уже раньше что-нибудь слышать обо мне?

– Что вы хотите сказать? – спросила она с изумлением.

– Ваша благосклонность ко мне дает мне право говорить совершенно откровенно. Вашему величеству, вероятно, уже намекали, что меня считают сыном короля Иакова.

– Никогда я этого не слышала! Но если это так, тогда становится понятен интерес, который вы возбуждаете во мне.

– Это верно, ваше величество, – продолжал Вальтер. – Я действительно сын короля Иакова, хотя я и не признан им открыто. Но наедине он открыл мне, что он мой отец. Королева Мария также знает об этом и всегда обращается со мной весьма милостиво. Я не могу, конечно, судить по этому о ее доброте, но она охотно всегда исполняла все мои просьбы.

– Этим и объясняется кое-что, о чем мне недавно передавали, – прервала его королева. – Вы, конечно, не удивитесь, что мы располагаем секретными донесениями о сен-жерменском дворе, ведь и королева Мария Моденская получает сведения о нашем. Мне передавали, что Беатриса Тильдеслей была назначена фрейлиной именно по вашей просьбе.

– Вам верно сказали, государыня, – отвечал Вальтер. – Королева Мария сразу согласилась на мою просьбу.

– Если бы вы обратились с такой просьбой ко мне, – продолжала королева, – я бы также не отказала вам.

Вальтер поклонился в знак благодарности.

– Вы любите Беатрису Тильдеслей? – спросила она.

– Больше жизни! – пылко воскликнул он.

– В таком случае будьте уверены, что она будет принадлежать вам. Я обещаю вам это. Впрочем, что я говорю? Мне ведь не долго суждено жить.

– Государыня, отбросьте эти страхи, – сказал Вальтер. – После всего того, что было здесь сказано, я приложу все усилия, чтобы восстановить между вами и вашим отцом доброе согласие. Думаю, что мне это удастся.

– Теперь, когда я нашла брата, мне нечего падать духом. Как будто Небеса услышали мою молитву. Нужно, однако, окончить нашу беседу, хотя мне хотелось бы сказать вам еще многое. Вы должны явиться сюда еще раз.

– Я предполагал возвратиться в Ланкашир, государыня, – сказал Вальтер.

– Нет, нет, я вам приказываю.

– Повинуюсь приказанию вашего величества.

Королева направилась обратно в другой конец галереи, где сидели сэр Джон и леди Фортескью, которые поднялись при ее приближении.

– Благодарю вас, сэр Джон, за то, что вы привели ко мне капитана Кросби, – обратилась королева к Тренчарду. – У меня был очень интересный разговор с ним. Прежде чем вы уйдете, я хотела бы сказать вам несколько слов.

При этом намеке присутствовавшие поспешили отойти в сторону.

– Известны ли вам, сэр Джон, причины, по которым капитан Кросби пользуется таким расположением моего отца?

– Ваше величество, я слышал, что некоторые считают короля Иакова в родстве с ним, – отвечал тот уклончиво. – Но я не знаю, известно ли вам об этом.

– Я знаю об этом и потому особенно интересуюсь им, – сказала королева. – Поэтому я желаю, чтобы вы взяли его под свое покровительство, сэр Джон. Он должен быть в полной безопасности.

– Ваше величество можете положиться на меня: я сделаю все, что от меня зависит, – с поклоном отвечал Тренчард. – Вам не угодно более говорить с ним теперь?

– Нет, – последовал ответ.

Сэр Тренчард отвесил глубокий поклон и приготовился к уходу.

Также поклонившись, Вальтер почтительно поцеловал протянутую ему королевой руку. Она следила за ним глазами и едва могла подавить вздох, когда он скрылся за дверью.

– Ваше величество довольны молодым человеком? – спросила леди Фортескью.

– Вполне. Он ведь сын моего отца.

– Вот как! – воскликнула графиня. – Это, впрочем, не новость.

На обратном пути в Уайтхолл сэр Тренчард поздравлял Вальтера с благоприятным впечатлением, которое он произвел на королеву, снова подчеркивая, что он сам будет виноват, если не создаст себе при дворе выдающегося положения. У ворот дворца они расстались. Сэр Джон просил своего спутника прийти к нему завтра, говоря, что у него есть важные новости.

– А теперь я должен переговорить с мистером Аароном Смитом, – прибавил он. – Итак, до завтра.

Вальтер не знал, что ему думать и как действовать. Одно только решил он твердо: ни за что на свете не выдавать короля Иакова.

– Что бы ни случилось, я буду верен ему, – твердил он про себя.

X

Арест

Прежде чем вернуться в гостиницу «Королева», Вальтер долго гулял по Сент-Джемскому парку. Дома хозяин сообщил ему, что незадолго до его возвращения к нему явились два каких-то господина, которые теперь ждут его в общем зале.

– Вам нечего их бояться, сударь, – сказал Прайм. – Я отвечаю за них.

Вальтер, боясь попасть в какой-нибудь новый заговор, хотел, чтобы теперь никто не беспокоил его своим посещением. Ему не доставило особого удовольствия узнать в поджидавших его господах полковника Паркера и доктора Бромфилда в его неизбежном квакерском одеянии.