Все, включая Мэри Роуз, рассмеялись.
– У вас прекрасное чувство юмора, Харрисон, – отметила она. Макдональд вовсе не шутил, но решил не заострять на этом внимание. Обойдя стол, Мэри Роуз приблизилась к нему.
– Я покажу вам комнату, в которой вы будете спать. С твоего позволения, Адам.
– Да, разумеется. Спокойной ночи, Харрисон.
Девушка повернулась и вышла из столовой. Харрисон поблагодарил братьев за ужин и последовал за ней.
Пока Макдональд и Мэри Роуз шли к отдельно стоящему строению, предназначенному, по-видимому, для гостей, никто из них не произнес ни слова. Звезды, густо усыпавшие небо, ярко освещали все вокруг.
– Вам понравились мои братья?
– Да. Странный они народ.
– Они просто разные.
Заложив руки за спину, Харрисон замедлил шаг, чтобы не обгонять девушку.
– Могу я вас кое о чем спросить?
– Пожалуйста.
– Почему вы меня не предупредили?
– Об Адаме?
– А зачем мне было вас предупреждать? Вы либо приняли бы его, либо нет – это уж ваше дело.
– Вы все не родственники по крови, верно?
– Да. И все же мы семья, Харрисон. Родственные узы не всегда зависят от общего происхождения.
– Конечно. Вы ведь стали семьей очень давно, не так ли?
– Да. А как вы догадались?
– Вы относитесь друг к другу, как родные, хотя спорите и ссоритесь из-за мелочей. По тому, как вы вели себя за ужином, я понял, что вы вместе уже не один десяток лет.
– Да. Правда, у нас здесь красиво?
Харрисон вовсе не был расположен обсуждать красоты окружающей природы, однако девушка явно хотела перевести разговор в другое русло, и он не стал противиться ее желанию. Для одного вечера было задано уже достаточно вопросов. Завтра он постарается разузнать побольше.
– Места здесь и впрямь великолепные, – сказал Макдональд. – Воздух такой чистый, что кажется, будто от него проясняются мысли.
– Вы, должно быть, слишком долго прожили в городе.
– В Лондоне далеко не всегда можно увидеть звезды, – сказал он. – Смог и испарения закрывают небо.
– Это очень похоже на Нью-Йорк.
Харрисон остановился. Ему показалось, что на какое-то мгновение сердце его перестало биться.
– Что вы сказали?
Девушка повторила последнюю фразу.
– Кажется, я вас чем-то огорошила, – заметила она.
Макдональд с трудом выдавил из себя улыбку.
– Я действительно удивился, – произнес он небрежно. – Я и не знал, что вы бывали в Нью-Йорке.
– Я тогда была совсем ребенком и, конечно, не помню, как выглядит город, но братья рассказывали мне, что там очень много заводов, а по улицам ходят толпы народа.
Харрисон глубоко вздохнул. Похоже, он был близок к разгадке тайны, над которой бился столько времени. Правда, ему еще предстояло выяснить, кто украл девочку у родителей и помог мальчикам проделать столь длинный путь от Нью-Йорка до Монтаны.
– Так густо населены только некоторые районы Нью-Йорка, – сказал он. – Вообще-то это очень интересный город.
– Там надо быть осторожным, верно?
– Осторожность нигде не помешает.
– Господи, до чего же вы похожи на Адама! Он все время твердит мне, что я должна быть осмотрительной, – признала Мэри Роуз. – Трэвис удивлялся, как меня не обворовали в Сент-Луисе, когда я училась в школе. Но здесь, на ранчо, я чувствую себя в безопасности. Я никогда больше отсюда не уеду, потому что сразу же начинаю страшно скучать по дому.
– Вы могли бы полюбить Англию или Шотландию, – сказал Харрисон, которому слова девушки пришлись не по вкусу.
– Да, конечно. На свете много прекрасных мест, которые мне предстоит увидеть. И все же я буду тосковать по моей долине. Я все время нахожу здесь что-нибудь новое и интересное. Совсем недавно я, например, узнала, что в горах Боар-Ридж живет одна женщина. Вскоре после того, как ее семья поселилась в этих краях, на них напали индейцы, убили ее мужа и сына, а ее оскальпировали, приняв за мертвую. Но она выжила. Трэвис слышал, как Билли и Дули шептались о ней. Все считают ее сумасшедшей. Бедняжка много лет провела в одиночестве. Я хочу поехать и посмотреть на нее, как только уговорю Адама.
– Это очень опасно, Мэри Роуз. Вам не следует…
– Ну вот, вы опять заговорили, как мой старший брат, – перебила девушка. – Я должна ей помочь. Я уверена, что вы меня понимаете.
Теперь настала очередь Харрисона перевести разговор на другое.
– Я бы с удовольствием остался жить в вашей долине. Думаю, что и вам пришлись бы со временем по сердцу Англия или Шотландия.
– Почему? Потому что эти страны напоминали бы мне родные края? Разве можно любить мужчину только потому, что он похож на другого? Мне понравилась бы Шотландия, Харрисон, но вряд ли я была бы там счастлива. Лучше родного дома нет ничего на свете.
– Вы слишком молоды, чтобы так противиться переменам, – вздохнув, заметил Макдональд.
– Можно задать вам один личный вопрос? Не отвечайте, если не захотите.
– Ну конечно.
– Вы умеете целоваться?
Харрисон смешался.
– Что вы сказали?
Девушка повторила еще раз. Макдональд не рассмеялся, потому что вид у нее был серьезный и искренний.
– С чего это вы вдруг заговорили о поцелуях?
– Мне просто любопытно. Ну так как же?
– Да, пожалуй.
– А как это у вас бывает – вы сначала собираетесь поцеловать кого-нибудь, а потом целуете или все это происходит само собой?
– Вас интересуют очень странные вещи.
– Да.
В это время они дошли до гостевого домика. Харрисон положил руку на дверной косяк и обернулся к девушке:
– Помните, что я сказал вам сегодня, когда мы смотрели на вашу долину? Я сначала думаю головой, а потом уже сердцем. Вот и ответ.
На лице девушки проступило разочарование.
– Вы очень дисциплинированный человек, не так ли?
– Надеюсь.
Мэри Роуз покачала головой. Харрисон недоумевал, чем она так раздосадована. По его мнению, дисциплинированность была достоинством, а не недостатком. Неужели она не понимала столь простую вещь?
– Я вовсе не такая правильная, – сказала девушка.
Макдональд кивнул – это он уже уяснил. Открыв дверь, он слегка попятился, чтобы пропустить девушку вперед, если она пожелает войти. Но Мэри Роуз осталась стоять на месте.
– Тут двенадцать кроватей, но сегодня здесь никто не будет ночевать, кроме вас. Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, дайте знать любому из нас.
– А где Дуглас решил поместить Мак-Хью?
– Отведите его в крайнее стойло слева. Оно попросторнее. Я думаю, корм для него уже приготовлен. Надеюсь, он спокойно отнесется к закрытому помещению теперь, когда он к нам немного привык.
– Наверное.
– А вы, Харрисон? Вы уже привыкаете к нам?
