Читаем без скачивания Кровь Троянского коня - Антон Леонтьев

– Голубушка, не сочтите за труд, а то мне так сложно улавливать смысл, – сказал профессор Иваницкий. – Вот с английским у меня более-менее все в порядке, но Мишель каждый раз обещает, что будет говорить медленнее, и всякий раз забывает об этом обещании.

Чета де Вааль отвезла их в небольшой, но весьма уютный ресторан, где они отпраздновали приезд во французскую столицу. Как поняла Ирина, профессор Иваницкий был знаком с Мишелем де Ваалем уже давно, больше тридцати лет.

– О, это будет небывалый конгресс, – говорил де Вааль. – Ярослав, потомки д'Эрбервилей обещали этим летом рассекретить манускрипт падре Ансельма, наконец-то мы сможем бросить взгляд на этот прелюбопытный документ.

– Да что ты? – изумился Иваницкий. – Это станет сенсацией десятилетия!

– Поэтому-то в Валло-дю-Крэ и собирается столько народу, – сказал француз. – Ирина, попробуйте это великолепное блюдо, мое любимое, тушеные говяжьи мозги с артишоками.

Ирина, отклонив предложение французского ученого, вздохнула. Она поняла, почему профессор Иваницкий предложил ей поехать вместе с ним. Ему требовался переводчик, а его верный ассистент Валера вообще не говорил на иностранных языках.

– Кстати, вы знаете, кто приедет на этот конгресс? – продолжал Мишель де Вааль. – Ожидается Дэвид Макалистер из Канады, а также очаровательная Вероника Ли из Новой Зеландии. А где госпожа Треухо-Ляпина?

При упоминании фамилии Зинаиды Аполлинарьевны профессор Иваницкий нахохлился, затем сам спросил по-французски:

– А при чем она-то, Мишель?

– Как же, как же, – забеспокоился профессор де Вааль, – я же являюсь координатором встречи, отвечаю за приезд и размещение известных зарубежных ученых. Так вот, из России поступили две заявки на участие во встрече дольмековедов – от тебя и от госпожи Зинаиды. Вы же работаете в одном университете, я думал, что и прилетите вместе…

Судя по всему, новость о том, что вскоре ожидается приезд Треухо-Ляпиной, не вызвала большого энтузиазма у Ярослава Мефодьевича. Выбрав момент, когда Мишель де Вааль заспорил со своей супругой о том, какой десерт нужно заказать, Иваницкий произнес вполголоса:

– Зинаида ничегошеньки мне не сказала о том, что собирается в Валло-дю-Крэ. Вот старая ведьма, специально хотела устроить мне сюрприз. А я-то поверил тому, что она не поедет во Францию. Так было и в Коста-Бьянке, она свалилась в Храмовую долину, где мы проводили раскопки, неожиданно, как снег на голову.

– Зинаида Аполлинарьевна тоже была на раскопках? – спросила удивленно Ирина. Это было для нее новостью.

Иваницкий ответил:

– Ну да, я еще сказал тогда Лайме – если Зина приехала, быть беде. И что вы думаете, моя милая, через день погиб уважаемый профессор Венденяпин. Словно Зина привезла с собой беду. И в этот раз, чует мое сердце, произойдет какая-то пакость, госпожа Треухо-Ляпина специалист по этому.

Ирина задумалась. Она и не знала, что Зинаида Аполлинарьевна была в день гибели Венденяпина в Коста-Бьянке. Значит… Это ничего не значит, конечно, но одно дело, когда полная профессорша сидит в Москве, за пятнадцать тысяч километров от места происшествия, и совсем другое, когда она находится в непосредственной близости. Вряд ли Зинаида Аполлинарьевна причастна к смерти Николая Антоновича. Хотя как знать… Если она смогла каким-то образом разнюхать, что Венденяпин нашел статуэтку богини Мелькоатлан, то профессорша, подстегиваемая научной ревностью к открытию, могла решиться и на убийство. Конечно, она сделала бы это не сама, вряд ли такая слониха, как мадам Треухо-Ляпина, смогла бы выстрелить из полой трубки и попасть ядовитой колючкой в спину профессора-конкурента, но ведь в лагере в это время был Валера Попондополо. Она могла руководить им. Будет о чем подумать на досуге!

– Ярослав Мефодьевич, а насколько вы доверяете Валере Попондополо? – спросила вдруг Ирина.

Профессор, смешно заморгав, сказал:

– Моя хорошая, я без Валеры как без рук. Кристальной честности человек, великолепный ученый и золотой помощник.

Татищева не стала развивать эту тему. Иваницкий уверен в том, что Попондополо предан ему без лести. И пока не стоит раскрывать глаза наивному Ярославу Мефодьевичу на подлинную сущность его докторанта. Тем более что доказательств у нее никаких нет. Попондополо встречался с Треухо-Ляпиной? Тот сможет всегда вывернуться и заявить, что зашел к профессорше за книжкой.

После десерта, воздушных пирожных безе и мороженого с коньяком, профессор де Вааль заявил:

– Ну что, мои дорогие, уже ждет машина, которая доставит вас прямиком в Валло-дю-Крэ. Это живописный крошечный городок, или большая деревушка, как вам будет угодно, в восьмидесяти километрах к западу от столицы. Я, увы, не могу вас сопровождать, через час прибывает самолет из Новой Зеландии. Но конгресс откроется завтра в полдень, там мы и увидимся…

Француз вместе со своей супругой проводил Ирину и Иваницкого до мини-автобуса, тепло с ними попрощался, и гости отправились в путь.

– Замечательный человек, – сказал профессор Иваницкий. – И, кроме того, единственный во Франции специалист по дольмекам. Вы не поверите мне, голубушка Ирина Вениаминовна, но во всем мире найдется не более дюжины людей, которые на самом деле разбираются в истории и религии этого загадочного племени. И я имею честь принадлежать к числу избранных.

Ярослав Мефодьевич занимал Ирину разговорами всю дорогу. Вскоре они покинули урбанистический Париж, дома сменились полями и лугами, небольшими речушками и островками лесов. Их путешествие не было долгим, и через час с небольшим они, спустившись с холма, въехали в небольшую долину. На обочине автострады Ирина заметила стилизованную под старинную вывеску, которая гласила: «Добро пожаловать в Валло-дю-Крэ, родину Уго и Ансельма д'Эрбервилей. У нас делают самый лучший сыр в мире».

Уютная деревушка, заполненная старинными каменными домами. Ратуша с красной черепичной крышей на рыночной площади и величественный, хотя и мрачноватый монастырский комплекс в северной части. Они остановились около небольшой гостиницы, водитель помог выгрузить багаж.

– Вот мы и прибыли, – сказал с радостью Иваницкий. – Это и есть Валло-дю-Крэ. Отсюда берет начало род д'Эрбервилей. Здесь появился на свет корсар Уго. Занимательная личность, мог бы стать великим политиком, а превратился в беспощадного пирата. А вот его брат, Ансельм, основал в этих местах монастырь.

Ирину разместили в украшенном цветами номере. Гостиница только снаружи производила впечатление древней, в номере имелся телевизор со спутниковой антенной, а при желании через компьютер, установленный в холле гостиницы, можно было выйти в Интернет. Здесь уже было несколько постояльцев из-за границы, тоже, как и профессор Иваницкий, важных экспертов по истории дольмеков.

Уже вечерело, когда Ярослав Мефодьевич предложил Ирине прогуляться по городку. Она с радостью согласилась. Они прошли по центральной улице, на которой располагались несколько магазинов и супермаркет, осмотрели каменное изваяние, изображавшее бородатого и длинноволосого субъекта со шпагой в руке и в старинном одеянии.

– Уго д'Эрбервиль, гроза и гордость здешних мест, – сказал профессор Иваницкий. – Крошечному Валло-дю-Крэ, в котором время, кажется, почти замерло на месте, и гордиться нечем, кроме этого разбойника и его святого брата. Он был замечательной личностью, этот Уго. Родился в обнищавшей аристократической семье, которая когда-то была могущественной, но к моменту его появления на свет растеряла все связи и власть. Молодой человек, не будучи дураком, решил, что прозябание в провинции не по нему, отправился в Париж и за короткое время снискал себе славу ловеласа и донжуана. Скорее всего, негодник искал себе выгодную партию. Но одной не самой счастливой ночью его угораздило соблазнить герцогиню Маргариту де Рамбуйен, которая в то время считалась первой красавицей Французского королевства. Полуслепой герцог, ее супруг, который был старше юной герцогини не то на пятьдесят, не то на шестьдесят лет, не представлял для молодого Уго опасности. Однако у него отыскался куда более могущественный противник – сам французский король. Оказывается, прелестная герцогиня одновременно была пассией его величества. Королю, естественно, не могло понравиться такое соперничество, поэтому Уго быстренько обвинили в ереси и занятиях черной магией, и гореть бы ему на костре на Гревской площади как колдуну и поклоннику Люцифера, если бы герцогиня, прознавшая о планах своего коронованного любовника, не сообщила Уго о нависшей над ним опасности. Д'Эрбервиль бежал из Франции и осел после шатаний по Европе в Мадриде. Это было году в 1534-м или 1535-м. Испания судорожно осваивала новые территории, которые более трех десятилетий раньше открыл Христофор Колумб. Можно сказать, в Испании царила золотая лихорадка – еще бы, из-за океана один за другим приходили караваны, груженные драгоценными металлами, сокровищами колоний. Молодой Уго, чуя, что именно там, за океаном, он сможет приобрести славу и деньги, отправился в Америку. Вместе с ним отплыл и его младший брат, ставший к тому времени монахом. Так сказать, один из братьев отвечал за материальные ценности, а другой за духовные. То, чем они там занимались, никому точно не известно, но, говорят, в жестокости Уго не было равных. Именно он организовал нападение на столицу дольмеков, разграбил и уничтожил древнюю цивилизацию. И именно он прихватил с собой в Европу две из трех статуэток дольмекских божеств.