Возобновляемая энергетика является мощным мотором современной немецкой экономики, стимулирует создание высокотехнологичных производств и рабочих мест. Количество занятых в отраслях возобновляемой энергетики Германии составило по состоянию на 2013 г. 363 100 человек[240].
Вопреки распространенному мнению возобновляемая энергетика в Германии не субсидируется, федеральный и местные бюджеты не несут нагрузки в связи с развитием ВИЭ. Государственная поддержка ВИЭ состоит в создании соответствующих рамочных условий, благоприятствующих развитию возобновляемой энергетики. Основным методом поддержки являлся до недавнего времени вышеупомянутый зеленый тариф, выплачиваемый владельцам генерирующих мощностей за произведенное чистое электричество. Источником средств, выплачиваемых по «зеленому тарифу», является «распределительный платеж», который включается в счет потребителям энергии (за исключением их некоторых категорий, например энергоемких производств) и аккумулируется на специальных счетах сетевых компаний. Информация о состоянии данных счетов открыта и доступна всем желающим. Величина данного распределительного платежа в 2014 г. составляла 6,24 евроцента за киловатт-час, в 2015 г. он впервые снижен до 6,17 евроцента.
Немецкая организация планирования и стимулирования развития возобновляемой энергетики является примером высокоэффективного государственного управления, позволяющего мобилизовать колоссальные ресурсы и создать с нуля высокотехнологичную отрасль с сотнями тысяч занятых, с абсолютной народной поддержкой и без бюджетных вливаний.
Разумеется, крупнейшая перестройка энергетической системы не могла не сопровождаться перекосами и недостатками. Когда вводили зеленый тариф, никто не предполагал, что возобновляемая энергетика станет столь доступной и завоюет широкую народную любовь. В результате участников рынка – получателей зеленого тарифа оказалось слишком много, а суммы, которые нужно им выплачивать, превысили все возможные прогнозы, что привело к необходимости регулярно повышать распределительный платеж. Это одна из причин высоких сетевых тарифов на электроэнергию на розничном рынке. Граждане Германии платят сегодня примерно 29 центов за киловатт-час. Справедливости ради необходимо отметить, что распределительный платеж составляет менее четверти тарифа на электроэнергию, оптовая цена которой стабильно находится на низком уровне (3–4 цента за кВт · ч), и является не единственной причиной высокой розничной цены.
Сегодня зеленый тариф резко снижен и стал ниже сетевого тарифа. Это положило конец стимулированию установки частных солнечных электростанций в целях продажи электроэнергии, однако создало рынок современных систем хранения энергии, позволяющих в большей степени использовать вырабатываемую зеленую энергию для собственного потребления. Разумеется, уменьшение размера зеленого тарифа снизило привлекательность новых инвестиций в возобновляемую энергетику. Если в 2012 г. в стране было установлено 7,6 ГВт новых мощностей в солнечной энергетике, то в 2014 г. – всего 1,89 ГВт[241]. В то же время можно сказать, что развитие ВИЭ приобрело более регулируемый и планомерный характер с ежегодной постановкой целей по вводу определенного количества мощностей – столько, сколько необходимо для выполнения долгосрочных планов на 2020, 2030, 2040 и 2050 гг.
Энергетический разворот сильно ударил по традиционным энергетическим компаниям, до последнего державшимся за традиционные способы производства энергии, недооценивая ВИЭ. Их рыночная капитализация стабильно снижается с 2008 г. «Мы поздно вышли на рынок возобновляемой энергетики. Возможно, слишком поздно», – произнес глава немецкого энергетического концерна RWE, воевавшего с «энергетическим поворотом» все последнее десятилетие и зафиксировавшего в 2013 г. крупнейший убыток (€2,8 млрд) за всю историю[242].
Второе по размерам (объем выручки $162 млрд по итогам 2013 г.) предприятие Германии, энергетический гигант E.ON, прекращает свое существование в прежнем виде. В ноябре 2014 г. E.ON провозгласил выход из углеводородной и ядерной энергетики. Предприятия концерна, специализирующиеся на данных направлениях, в том числе российский бизнес E.ON, выводятся в отдельное новое юридическое лицо (или разные юридические лица), которое в 2016 г. должно быть продано посредством биржевого размещения. Обновленный Е.ON будет специализироваться на возобновляемой энергетике и управлении электрическими сетями.
Трудности традиционных энергетических концернов в условиях бурного развития возобновляемой энергетики заставляют пристальнее посмотреть на перспективы российского сырьевого экспорта. Германия является крупнейшим покупателем российского природного газа, который используется главным образом для производства тепла, в то время как ВИЭ работают в большей степени в сфере электроэнергетики. Казалось бы, данные рынки пересекаются незначительно и развитие ВИЭ слабо влияет на стабильность газовых потоков. Однако все не так просто.
В июне 2014 г. опубликовано исследование, подготовленное Институтом ветроэнергетики и энергетической системной техники Фраунхофера (Fraunhofer IWES), под названием «Замена природного газа посредством форсированного энергетического поворота»[243]. В исследовании оценивается возможность «безболезненного» снижения потребления природного газа в Германии с двумя целями: 1) снижение выбросов парниковых газов; 2) сокращение зависимости от импортных поставок газа. Примерно 85 % потребляемого Германией природного газа приходится на выработку тепла (в том числе в рамках когенерации), и только 5 % идет на производство электроэнергии «в чистом виде». Таким образом, возможность сокращения потребления природного газа зависит, во-первых, от способности сократить потребности страны в тепловой энергии и, во-вторых, заместить природный газ иными (возобновляемыми) источниками тепловой энергии.
В долгосрочной перспективе подобная перестройка не является утопией. Известно, что современные энергопассивные дома потребляют на 90 % меньше тепловой энергии в сравнении с обычными зданиями и им практически не нужно отопление, не нужен источник тепла с высокой плотностью энергии. Тенденция замены теплового оборудования, сжигающего углеводородное топливо (нефтепродукты и природный газ), иными способами отопления очевидна уже сейчас. Если в 2000 г. доля газа в отоплении в новостройках составляла 76,7 %, а нефтепродуктов – 13,4 %, то в 2013 г. на газ (в том числе биометан) приходилось 48,3 %, а на нефтепродукты – 0,7 % новых жилых единиц[244].
Конечно, существующий фонд зданий состоит из объектов, построенных ранее и в разное время. Его реконструкция (энергетическая санация), а также установка альтернативных систем отопления требует времени и колоссальных инвестиций. Тем не менее рассмотренные в указанном исследовании сценарии «энергетического поворота» позволяют авторам сделать следующие выводы.
Отказ от природного газа возможен. В соответствии с нынешними действующими законодательными нормами (в первую очередь действующей редакцией Закона о возобновляемых источниках энергии – EEG) его потребление Германией сократится на 24 % к 2030 г. и на 42 % к 2050 г. В случае же «форсированного сценария», предлагаемого (и обосновываемого) Институтом, потребление природного газа можно сократить к 2030 г. на 46 %, а к 2050 г. – на 98 %.
Напомним, что доля российского природного газа в немецком импорте данного сырья составляет 38–39 %. Таким образом, средне– и долгосрочные перспективы российского экспорта углеводородов на немецком направлении достаточно туманны и нуждаются в тщательном мониторинге и сценарном анализе.
Китай
В 1974 г. Китай потреблял 5 % глобальной энергии, сегодня эта доля выросла в четыре раза – 20 % мирового потребления энергии приходится на нашего восточного соседа. В 2014 г. Китай, обойдя США, стал мировым лидером по загрязнению атмосферы Земли – объем выбросов CO2 составил 8,2 млрд Гт[245].
Китай является крупнейшим в мире производителем электроэнергии – 4985 ТВт · ч, или 22 % мирового производства в 2012 г. (Россия произвела 1069 ТВт · ч, или 4,7 % мирового электричества, – четвертое место в мире)[246]. Совокупная установленная мощность китайских электростанций составляет 1247 ГВт[247] (в пять раз больше, чем в России).
При этом Китай является крупнейшим в мире производителем и потребителем угля, который исторически являлся и продолжает оставаться основой китайской энергетики. Угольная генерация дает 76 % китайского электричества[248]. Китай является не только первым производителем угля с доминирующей долей 45,5 % мирового производства (доля России 4,4 %), но и крупнейшим его импортером[249].
